Хлоя Пеньяранда – Восстание наследницы (страница 56)
– Простите, что подвела всех вас, – прошептала она.
Марлоу обняла ее за плечи, окутывая своим теплом.
– Мы разберемся с этим вместе, – успокаивающе сказала она.
– Еще раз, кто-нибудь хочет меня просветить? – спросил Феррис.
Джейкон резко повернулся к нему, и Феррис благоразумно встал в оборонительную позу, но Джейкон остался на месте. Хотя, если можно было бы убить взглядом, он бы уже превратился в пепел.
Не видя причин дальше хранить свою тайну, Фейт неохотно рассказала об основах, чтобы Феррис понял, почему они так взволнованы и напряжены. Это было странное, но в то же время освобождающее чувство – иметь возможность говорить об этом так открыто.
– Чушь собачья, – первым дело произнес он. – Докажи.
Фейт бросила на него сердитый взгляд.
– Я не обязана ничего тебе доказывать, придурок.
Его глаза сузились, лицо стало задумчивым.
– Что ж, если это правда, нужно вытаскивать тебя отсюда.
Джейкон тут же посмотрел на нее.
– Я пойду с тобой.
Она покачала головой.
– Ни за что. Это моя проблема, и никто из вас не будет в этом замешан.
– Мы не бросим тебя одну. Мы идем, – тихо добавила Марлоу.
Фейт резко повернулась к девушке и высвободилась из ее объятий.
– Ни в коем случае.
– Ты не имеешь права решать за нас, – отрезала Марлоу. – Мы с тобой, нравится тебе это или нет, – твердо сказала она, что так отличалось от ее обычно тихого ласкового голоса. С ее стороны было бы мудро не спорить с оракулом, связанным с духами.
– Я смогу обеспечить тебе безопасный проезд, – вмешался Феррис, прежде чем Фейт смогла возражать дальше. Он обвел их взглядом. – Всем вам. Могу переправить вас в Райенелл. Вы не предатели. И есть шанс, что вас примут как граждан. Марлоу владеет ремеслом, которое может им пригодиться, Джейкон фермер, а, ну… потанцуй немного с мечом, Фейт, и они могут найти дело и тебе.
Фейт сдержалась и не ответила, поскольку предложение было идеальным, но при упоминании друзей у нее упало сердце.
– Я не могу просить вас бросить жизнь здесь, – печально произнесла она.
Лицо Джейкона смягчилось, он сел перед ней и взял ее руки.
– Тебе и не нужно просить. Куда ты, туда и я.
Марлоу кивнула в знак твердого согласия.
Они хотели пожертвовать всем, чего достигли здесь, и последовать за ней в неизвестность, и этот долг Фейт будет выплачивать всю оставшуюся жизнь – долгую или короткую.
– Я все улажу в течение двух дней. Этого должно хватить, вместе с остальными заработками, на дорогу и помощь в обустройстве на месте. – Феррис подошел к столу, держась подальше от Джейкона, который все еще угрожающе смотрел на него, и бросил тяжелый мешочек с монетами. Его доля с сегодняшней ночи, поняла Фейт.
Она собиралась запротестовать, но он бросил на нее непреклонный взгляд.
– Ты заработала каждую монету. – Секунду он с любопытством смотрел на нее, а потом нервно рассмеялся. – Кто бы мог подумать? Фейт читает человеческие мысли.
Она застенчиво улыбнулась, и он ответил грустной улыбкой.
– Жаль, что все так обернулось. И прошу прощения за свой вклад.
Она кивнула в знак понимания и прощения. Феррис тоже кивнул и повернулся к двери.
– Увидимся у Западного леса через два дня с наступлением темноты, – бросил он напоследок. Когда дверь за ним закрылась, двое друзей остались сидеть в мрачном молчании.
Спустя мгновение в дверь постучали, и они вопросительно переглянулись.
– На сей раз я не задумываясь придушу его, – проворчал Джейкон, направляясь к двери.
Глаза Фейт расширились при виде высокой фигуры в плаще, появившейся спустя секунду. Внушительный вид Ника делал их хижину еще более убогой.
Когда они молча уставились друг на друга и никто не решался заговорить, со скамьи поднялась Марлоу.
– Джейкон, проводишь меня домой? – ласково спросила она, и Фейт готова была обнять подругу.
Она сомневалась, что выдержит объяснения случившегося – особенно учитывая то, чем все в итоге обернулось для них с Ником – на глазах у друзей. Фейт только сейчас осознала, что, вероятно, видит его в последний раз, и эта мысль разбивала ей сердце.
Джейкон кивнул, понимая, что им нужно время попрощаться, и друзья молча ушли.
Услышав щелчок двери, Фейт встала и подошла к Нику, который так и стоял на месте. Его челюсть сжалась, когда он молча осмотрел ее лицо, оценивая травмы. Она завернулась в одеяло, чтобы скрыть ребра, но оно все равно обнажало голое бедро и большую повязку, сквозь которую немного сочилась кровь.
– Я должен был убедиться, что ты в порядке, – начал он мучительно тихо, пытаясь сдержать злость при взгляде на нее.
– Это был капитан Варис, – выпалила она, не в силах откладывать неизбежную душераздирающую новость об отъезде.
Его глаза гневно сверкнули, чего она никогда прежде не видела, и Ник выпрямился.
– И ты позволила ему победить, ведь так? – резко и сурово спросил он.
Она содрогнулась при виде его мрачного лица.
– Вроде того, – ответила она и заметила, как его сжатые кулаки начали слегка трястись. – Он собирался меня убить – я это
Ник невесело усмехнулся, потирая лицо рукой. И прежде чем успел отчитать ее за безрассудство, она продолжила:
– Это не было совпадением. Он знал, кто я. И знает, что я что-то скрываю, – быстро объяснила она. Ей не пришлось договаривать, когда на его лице отразилось понимание, и гнев сменился ужасом. Следующие слова она произнесла сдавленным шепотом: – Я должна уходить, Ник. – На глаза навернулись жгучие слезы при виде боли на его лице, и она заморгала, прогоняя их.
Он подошел к ней вплотную и нежно обхватил лицо руками, беспокоясь за ушибленную щеку.
– Я об этом позабочусь, – сказал он, но она видела, что его решимость пошатнулась. На сей раз все вышло из-под его контроля.
Фейт покачала головой.
– Я уезжаю в Райенелл через два дня. Джейкон и Марлоу поедут со мной.
Он прижался лбом к ее лбу.
– Фейт, – только и выдохнул он. Они оба понимали, что это ее единственный шанс на спасение.
Она сбросила одеяло, чтобы обвить руками его шею, и он крепко обнял ее. А потом она тихо заплакала. Это нечестно. Их разлучали из-за какого-то монстра и его жажды власти и насилия. Она позволила себе поверить, что у них с Ником может что-то получиться. Конечно, это были бы осуждаемые, сложные отношения, но она была готова пойти на риск ради возможности быть с ним.
Его руки скользнули по ее обнаженной талии под бинтами, и их прикосновение на мгновение успокоило боль в сердце. Когда она откинулась назад, чтобы посмотреть на него, то погладила пальцами контуры его лица. По его подбородку, носу и рту, пытаясь запомнить каждую черту, если это был последний раз, когда она его видела.
Она подалась вперед для страстного поцелуя, и он ответил с мучительной нежностью. Его прикосновения оставляли на теле огненные следы, пока руки нежно блуждали по обнаженной коже, остерегаясь травм. Но она не хотела нежности, и ей было все равно, протестует ли тело, когда она прижимается к нему. Она тихо охнула, и он наклонился, обхватив ее бедра и приподняв так, чтобы ей не пришлось вставать на цыпочки для поцелуя. Она обвила ногами его талию и погрузилась в бездну чувств новой позы, едва не обезумев от желания, ощущая его руки на бедрах. Фейт хотела его – всего его, – но знала, что, поддавшись отчаянному порыву, только сделает их расставание еще более мучительным.
Прежде чем ситуация успела накалиться до предела, она поцеловала его медленно и нежно. Его губы оставили ее, и он поцеловал ее в шею – нежно, без вожделения. Казалось, он наслаждался ее запахом и прикосновениями. Затем он осторожно поставил ее на ноги и, пристально глядя, погладил по ушибленной щеке.
– Я буду по тебе скучать, – прошептала Фейт, не доверяя своему голосу.
Он ответил грустной улыбкой.
– На свете никогда не будет подобной тебе, Фейт. Человека, фейри, знатного, простолюдина… Твоя душа уникальна.
Она знала, что это замечание никак не связано с их отношениями, и эти слова одновременно сломили ее и вселили решимость. Она не знала, что ответить, поэтому просто прижалась к нему, внезапно почувствовав холодный сквозняк по хижине, когда его тепло окутало ее, даруя безопасность.
Они обняли друг друга в последний раз. Ни у кого не хватило духу официально попрощаться, поэтому, поцеловав ее напоследок, Ник ушел, не оглянувшись.
Фейт почувствовала, как ее сердце разбилось в тот момент, когда за ним закрылась дверь.