Хлоя Пеньяранда – Восстание наследницы (страница 17)

Она предположила, что он хорош собой, даже красив, несмотря на уродующий шрам. У него были резкие черты лица, полностью черные глаза и волнистые каштановые волосы, ниспадавшие на плечи и наполовину собранные сзади в небольшой узел. И все же, когда она выдержала его взгляд, на нее словно смотрели глаза зверя, обещавшие лишь насилие и отчаяние любому, кто попадется на пути. Она не могла скрыть злость, вынужденная смотреть в ответ, зажатая в его хватке. Интуиция подсказывала бежать.

– Как тебя зовут? – спросил он с притворным спокойствием.

Она хотела промолчать, но это сулило одни проблемы, поэтому прошептала:

– Фейт, – и лишь надеялась, что ее тон не доставит еще больших проблем, чем молчание.

Один из фейри осторожно вмешался.

– Она часто тренируется с мечом, капитан. Она безобидна.

Капитан отпустил ее не сразу, явно размышляя, но разжал руки, что-то ворча. И ей захотелось поблагодарить юного фейри, который вступился за нее.

Фейт поморщилась, челюсть ныла от чересчур сильной хватки, и она поняла, что останется синяк.

Его взгляд метнулся к рукояти Лумариеса, прежде чем снова впиться в ее золотистые глаза.

– Могучий клинок для такой скромной человеческой девчушки, – злорадно усмехнулся он, и ее вытянутые по швам руки дернулись во вспышке ярости.

– Это подарок, – процедила она сквозь зубы.

Он прищурился и пристально посмотрел на нее, но она не возражала. Не давай им повода присматриваться к тебе… Она с молчаливой покорностью уставилась в землю, когда совет Ника эхом отозвался в голове.

Недовольно хмыкнув, капитан отошел.

– Иди своей дорогой, девочка, – сказал он скучающим тоном.

Не медля, Фейт резко развернулась и пошла прочь нетвердой походкой. А когда заметила темный переулок, завернула за угол и побежала.

Она бежала всю дорогу, выбирая самые темные улочки и спеша вверх на холмы, пока впереди не показался лес. Она тут же заметила Ника, который стоял, небрежно прислонившись к дереву, и немного успокоилась. Она даже не осознавала, что дрожит, пока не замедлила шаг, подходя ближе.

– Ты опоздала, – сказал он, а затем окинул ее взглядом. – Что, будь прокляты Духи, произошло? – Ник подбежал к ней, осматривая тело на наличие физических повреждений. – Кто тебя обидел? – прорычал он, схватив ее за челюсть, которая все еще болела.

– Патруль. – Она тяжело дышала, не зная, как подобрать нужные слова. – Капитан, – выдавила она, пытаясь отдышаться, положив руки на бедра, когда скопившееся напряжение разом обрушилось на нее.

Ник выругался.

– Кажется, я говорил тебе не высовываться.

Фейт скептически уставилась на него.

– А я и не высовывалась! – огрызнулась она. – Не моя вина, что вы, фейри, такие свирепые жестокие существа, которые при первой возможности унижают людей! – Теперь она дрожала уже от гнева, а не страха.

Его губы сжались, а взгляд смягчился.

– Просто это капитан Варис. – Ник провел рукой по черным как смоль волосам. – Он злобный ублюдок и садист, но один из самых одаренных Ночных странников короля. Не стоит недооценивать его. – В его голосе не слышалось упрека, только беспокойство.

Она побледнела. И повезло же ей попасться Ночному страннику именно тогда, когда нужно притвориться невидимкой.

Словно прочитав ее мысли, Ник сказал:

– Тебе нужно постичь собственные способности. Проклятье, Фейт, просто чудо, что никто еще не раскрыл тебя с твоим-то безрассудством.

Она вздрогнула и собралась было возразить, но он продолжил:

– Если научишься контролировать их, то перестанешь бояться, что кто-то другой проникнет в твою голову. Сможешь скрывать все, что захочешь, и показывать свою обыденную жизнь, просто чтобы они были довольны.

От новой информации кружилась голова, но Ник жестом позвал следовать за ним, когда направился в лес.

Она помедлила.

– Я увижу… что-нибудь снова? – тихо спросила она.

Ник покачал головой и подал руку.

– Нет. Ты уже доказала, что достойна.

Она посмотрела на его протянутую в знак утешения ладонь, а затем в глаза, когда он ободряюще улыбнулся. Может, это было глупо и наивно с ее стороны, но она невольно верила ему. Это заставляло нервничать. Он знал то, за что ее могли осудить, и все же продолжал помогать. Она не понимала, был ли он ее союзником, другом или просто тешил свое вечное любопытство. Но была благодарна, в чем бы ни крылась причина.

Она вложила свою руку в его ладонь, и Ник повел ее сквозь темную пелену. Боясь, что он исчезнет и она снова останется одна задыхаться в тумане и черной паутине лоз, Фейт даже не осознавала, как сильно вцепилась в него, пока он не усмехнулся, глядя на их соединенные руки. Они прошли через совершенно обычный лес и оказались на поляне у водопада. Костяшки ее пальцев побелели от хватки, подобной тискам.

Она тут же отпустила руку и покраснела.

Ник прошел в центр поляны, где скинул плащ и постелил его на траву, прежде чем усесться на него. Фейт, нахмурившись, наблюдала за ним и последовала только после того, как он жестом призвал сделать то же самое.

– Я так понимаю, это часть эксперимента? – ненароком спросила она, также устраиваясь на траве.

Он улыбнулся в ответ, прежде чем достать из кармана два бутылька.

– Это просто снотворное, – пояснил он в ответ на ее полный надежд взгляд. – Ты заснешь обычным сном, но сможешь пробудиться в подсознании, – продолжил он.

– Мы собираемся спать?

Он щелкнул ее по носу.

– Умница, – пробормотал он, протягивая бутылек. – Я собираюсь перехватить тебя в промежуточном состоянии, прежде чем ты отправишься бог знает куда.

Она уставилась на него широко раскрытыми глазами.

– Ты собираешься забраться в мою голову?

Он одарил ее коварной улыбкой.

– Скрываешь какие-нибудь маленькие грязные секреты, Фейт? Ты просто в ужасе.

Она сердито толкнула его в плечо, и он рассмеялся.

– Я выпью первым. Средство подействует через пять минут. Как только засну, примешь свое. Я смогу почувствовать, когда ты начнешь засыпать, и, ну… – Он замолчал. – Не уверен, сработает ли это, но, кажется, попытаться стоит.

Она обеспокоенно нахмурилась.

– А если не сработает? Что, если я окажусь где-нибудь еще?

– Я все равно смогу проникнуть в твой разум. Ты почувствуешь мое присутствие, и я, надеюсь, смогу уговорить тебя вернуться, но… – Еще одна из тех пауз, которых она боялась. – Ну, это неизведанная территория. Не знаю, работают ли твои способности так же, как наши.

Фейт кивнула. Она поняла, что он имел в виду тот факт, что она была человеком.

Ник вздохнул.

– И не узнаем, если не попробуем.

Она решила, что терять нечего. Ей придется взять способности под контроль, и если для этого нужно впустить Ника в свою голову, она должна попытаться.

– Просто знай, – сказал он, – я очень надеюсь, что ты не попытаешься убить меня, как только я выпью это. – Он откупорил пробку, поднял к ней в знак приветствия и выпил содержимое до дна, отбросив сосуд в сторону.

Фейт закатила глаза и наблюдала, как он улегся на спину, и с драматичным вздохом облегчения закрыл глаза. Она сидела, поджав колени, и пару минут следила, как поднимается и опускается его грудь.

На мгновение она поразилась его уязвимости. Взрослый воин-фейри был полностью в ее власти. Хотя он сказал это в шутку, на душе стало тепло оттого, что он действительно настолько доверял ей. Возможно, ей выпал единственный шанс; единственный раз, когда она столкнется лицом к лицу с фейри, который окажется достаточно слаб, чтобы она могла нанести удар. И все же, даже если бы перед ней лежал злобный капитан Варис, она была уверена, что никогда не воспользовалась бы такой бесчестной возможностью.

Когда его дыхание замедлилось и стало глубже, она посмотрела на бутылек. Терять нечего, подумала она, залпом выпивая содержимое и ложась рядом с Ником. Она повернула голову и посмотрела на него, такого умиротворенного и безобидного, без тени беспокойства на бледном лице. Красивый. Ник действительно был воплощением бессмертной грации.

Ее веки несколько раз дрогнули, когда она почувствовала, что уплывает прочь, и вместе с этим исчезла ее нарастающая паника…

– Фейт, – позвал голос вдалеке.

Она чувствовала, что направляется в одну сторону, но неведомая сила потянула ее в противоположном направлении. Она ухватилась за эту призрачную нить и подалась туда против течения, которое погружало в забвение. Прошло совсем немного времени, прежде чем она увидела свет, пробивающийся сквозь непроглядную пустоту вокруг, и последовала на него до тех пор, пока он не стал ослепляющим, и ей пришлось прищуриться, чтобы привыкнуть.

Затем она оказалась в бесконечной комнате, заполненной клубящимся золотисто-белым туманом. Она проснулась в собственной голове. Она могла чувствовать, видеть это. Туман вокруг рассеялся, показав череду воспоминаний, которые сменяли друг друга. Она видела воспоминания с тех времен, как едва могла ходить, вплоть до сегодняшнего дня – всю свою жизнь, с совершенной ясностью.