Хлоя Пеньяранда – Трон из пепла (страница 40)
Фейт знала, что Рейлана и ее маму связывали какие-то отношения. Это было очевидно по тому, как он говорил о ней. В груди Фейт разлилось тепло от осознания того, что он был дорог маме, заставляя ее улыбнуться.
– Я искал тебя.
Они обернулись к воину с серебристыми волосами, о котором говорили, и ее сердце замерло при виде его в дверном проеме.
– А, да, кажется, я забыла упомянуть об этом, – сказала Ливия, одарив ее лукавой улыбкой. Фейт слегка усмехнулась, увидев хмурый взгляд Рейлана. – Приму это как сигнал к уходу. – Она подошла к стеклянным дверям, но остановилась и обернулась, чтобы добавить: – Я позабочусь, чтобы до ухода у нас было немного времени на тренировочный зал.
Фейт кивнула в знак обещания, уже предвкушая тренировку с командиром. Затем она ушла, оставив Фейт и Рейлана в умиротворяющей тишине вечера.
– Ты говорила с Агалором. – Нарушил молчание Рейлан, тщательно выбирая слова.
Фейт улыбнулась, и он слегка расслабился. Словно готовился помочь ей справиться с эмоциями, если бы все прошло плохо. На него падали лучи солнца, и Фейт не знала, чем именно заслужила его преданность с того самого дня, как они впервые встретились. Ей хотелось навсегда запечатлеть его образ, стоящего здесь и сверкающего в лучах солнца, защитника Райенелла.
Рейлан терпеливо ждал, пока она заговорит, и Фейт глубоко вдохнула прохладный воздух, прежде чем начать.
– Я хочу рассказать тебе все.
Фейт была полностью поглощена пересказыванием истории, которой отец поделился с ней, сидя в своих покоях за столом напротив Рейлана. Она почти не прикоснулась к изумительной еде, выражая свои чувства и мысли о Фениксах, которые занимали ее весь день.
Рейлан тоже сидел с почти полной тарелкой, добавляя что-то свое в некоторые истории, но в основном внимательно слушал, откинувшись на спинку стула и наблюдая за ней с редкой теплой улыбкой, позволяя ей говорить и говорить. Фейт не знала, сколько прошло времени, но была рада ужину из холодного мяса и сыра, поскольку все остальное уже точно остыло бы.
– Ешь, – приказал Рейлан, выпрямляясь и отдавая команду как раз в тот момент, когда она закончила одну мысль и собиралась сразу же перейти к следующей.
Он выжидающе посмотрел, когда она не отреагировала мгновенно. Фейт закатила глаза и, схватив вилку, наколола кусочек сыра и отправила его в рот. Рейлан недовольно усмехнулся ее детской выходке и потянулся за собственными серебряными приборами.
Когда ее возбуждение улеглось, на смену пришла жуткая нервозность. Одна мысль не давала ей покоя, пугая настолько, что заставила отложить этот разговор утром. У Фейт тут же пропал аппетит.
– Ты остался прошлой ночью, – выпалила она, когда больше не могла этого выносить. Ей нужно было знать, что он не жалеет о случившемся.
– Ты сама попросила меня об этом, – ответил он, словно защищаясь.
Фейт опустила взгляд, понимая, что надеялась услышать другое. Прежде чем разочарование полностью охватило ее, Рейлан вздохнул, откладывая вилку.
– Мне жаль. Я не собирался засыпать, – признался он.
Фейт подняла глаза и встретила его настороженный извиняющийся взгляд.
– Почему тебе жаль?
– Потому что неприлично для… – Он умолк, раздумывая.
Фейт откинулась на спинку стула и скрестила руки.
– Волнуешься о том, что подумают остальные?
– Они не просто думают – они говорят.
– Ну и пусть. Те, кто настолько мелочен, чтобы распространять сплетни, все равно не заботятся о правде.
Рейлан смягчился, словно пытался быть с ней поласковее, и она ненавидела это.
– Кто-то может сказать, что я пользуюсь тобой.
Фейт насмешливо изогнула бровь:
– Какое потрясение.
– Могут предположить, что мы не просто спим, – продолжил он, едва сдерживая усмешку.
Фейт пришлось сесть ровнее, когда по телу неожиданно разлился жар. Она наклонилась вперед и положила подбородок на сцепленные руки на столе.
– Какой скандал.
– Они могут решить, что я плохо влияю на такого нежного человека. – Его голос стал ниже, когда он повторил ее позу.
Фейт склонила голову набок, но не могла игнорировать участившееся сердцебиение.
– И как именно ты на меня
Его губы изогнулись в усмешке.
– Мне гораздо любопытнее услышать, что рисует твое воображение?
– Держу пари, ты знаешь.
– Значит, не хочешь поделиться?
Фейт проклинала духов за румянец на щеках, вынужденная отвести взгляд, она сделала глубокий вдох, восстанавливая самообладание. Когда девушка снова встретилась с ним взглядом, что-то изменилось между ними. Это читалось в глазах.
– Что, если я снова попрошу тебя остаться?
Рейлан ответил не сразу, но было ясно, что он обдумывает предложение, и то, что он не сразу отверг его, вселяло надежду. Очевидно, генерал заботился о ее репутации.
– Не знаю, вернутся ли мои ночные кошмары, и я… не хочу оставаться одна.
На лице Рейлана отразилось понимание.
– Ты уверена? – осторожно спросить он, давая шанс осознать, о чем именно она просит.
В груди зародилось нервное возбуждение, когда Фейт расценила это как согласие. Просьба была вполне невинной, и она знала, что Рейлан ничего от нее не ждет, так же как она от него. Но Рейлан был прав: замок, полный знатных фейри и слуг-людей, которым свойственно сплетничать, тут же наполнится слухами и догадками, когда его, несомненно, застукают выходящим из ее комнаты утром. Однако Фейт это вовсе не волновало, поскольку желание побыть с ним рядом и не оставаться наедине со своими страхами заглушало беспокойство перед бессмысленной болтовней.
– Пусть шепчутся.
В ободрительной улыбке Рейлана крылось нечто большее. Облегчение. И прежде чем Фейт смогла это обдумать, он продолжил есть и сменил тему разговора.
– Ты рассказала Агалору о нашем опасном путешествии?
Фейт заерзала на стуле, тоже схватив вилку, чтобы отвлечься на еду в тарелке.
– Не было подходящего момента.
В последовавшей тишине Фейт подняла глаза и обнаружила, что Рейлан пристально смотрит на нее с легким неодобрением, уличая во лжи. Она вздохнула, положив приборы на стол.
– Ты бы видел, как он был счастлив, – тихо сказала она и поморщилась. – Говорил о будущем, о наверстывании упущенного времени, воодушевленный перспективами так же, как и я. Как я могла отнять это у него?
– Почему ты говоришь так, будто не планируешь возвращаться?
– Я знаю, каковы наши шансы.
– Будь прокляты эти шансы.
Фейт была ошеломлена его язвительным тоном, но он злился не потому, что она не верила в их выживание. В его суровом взгляде читался ужас, потому что Рейлан тоже осознавал опасности, которые заставляли по-настоящему бояться, что они могут не вернуться.
– Ливия посоветовала готовиться к пути в один конец, но я всегда осознавала, на какой риск иду. – Ее жизнь – одна человеческая жизнь – будет небольшой платой за миллионы спасенных жизней. И она готова была пойти на эту жертву, пока…
Фейт посмотрела на воина перед собой и впервые почувствовала болезненный укол эгоистичного желания. Ей отчаянно хотелось стереть боль с его лица, хотелось провести рядом с ним то время, которое будет у них отнято. Что бы с ними ни случилось, сколько бы еще времени им ни было отмерено, она хотела прожить каждую секунду.
– Ты бросила вызов шансам на существование. И бросишь снова, чтобы выжить. – То, как он произнес эти слова, взгляд сапфировых глаз в обрамлении золота, пробудило желание – дало
– Это приказ, генерал? – спросила Фейт, едва дыша от его взгляда.
В суровых глазах появился блеск, когда он слегка усмехнулся, и Фейт поняла, что пробудила в нем что-то, произнеся его титул.
– Да. А теперь
Глава 21. Рейлан
После ужина Рейлан стоял у закрытых дверей балкона, скрестив руки на груди и пытаясь не думать о том, что прямо сейчас Фейт переодевается ко сну в гардеробной в нескольких метрах от него. Ему не следовало быть здесь – не следовало принимать приглашение остаться. Но эгоизм взял верх. За последние месяцы он ни разу не спал так хорошо, как прошлой ночью, и не мог отказать ей в просьбе, если существовал шанс, что ее кошмары вернутся. Даже несмотря на то, что их удалось избежать в первый раз. Если его присутствие могло помочь, то решение было очевидным.