Хлоя Пеньяранда – Трон из пепла (страница 42)

Раздраженная Заяна повернулась к своим спутникам. Все взгляды были прикованы к ней, и, когда фейри слегка отшатнулись, она была уверена, что выражение ее лица было далеко не приятным. Или даже нейтральным.

– Проклятие, прошло уже полчаса, а вы способны придумать лишь трюки для новичков и ветхие полевые укрепления, – взорвалась она. Ее соратники стали несчастными свидетелями гнева, зародившегося не по их вине. – Никто из вас даже на секунду не задумался о новом оружии в нашем арсенале. – Позволяя им спорить, как лучше всего подойти к турниру на испытательном полигоне, Заяна обдумывала свой собственный план.

Она надеялась, что хотя бы один из них додумается до того, что сложилось в ее сознании. И позволила так долго разглагольствовать, чтобы проверить, действительно ли они слишком погрязли в собственном недовольстве и презрении, чтобы включить в план юную темную фейри, Амайю.

Когда взгляд Заяны скользнул по ней, приспешница тьмы застыла на своем месте в дальнем углу, держась на приличном расстоянии от остальных, лениво развалившихся по всему дивану.

– Без обид, – начал Тайнан, обращаясь к Заяне, а не к юной фейри, которую все же собирался оскорбить, – но мы вовсе не считаем ее действенным оружием.

Амайя оставалась бесстрастной, но не отвела взгляда от Заяны.

Заяна склонила голову и спросила:

– Ты с ним согласна?

Амайя обвела взглядом остальных, смотревших на нее с вызовом, и заерзала на стуле, но слегка приподняла подбородок.

– Думаю, я могу помочь, – робко сказала она. Слабый ответ ребенка.

Грудь Заяны вздымалась от растущего нетерпения. Ей не нравилось давить, и обычно она никому не давала второго шанса.

– Никогда не говори, что чего-то стоишь, не подкрепив слова заслугами, – предупредила Заяна.

У Амайи перехватило дыхание, но, к ее удивлению, фейри встала и обошла стол, оказавшись напротив Заяны, чтобы обратиться к сидящим. Это было смело, и Заяна немного остыла, надеясь, что, возможно, Амайя думает о том же, в то время как остальные отказываются признавать ее возможный вклад. Возможно, она просто выжидала, чтобы не выступать против тех, кто все еще с недоверием относился к ее присутствию в их тесном кругу.

Амайя посмотрела Заяне в глаза, словно спрашивая разрешения говорить. И Заяна слегка кивнула, давая понять, что они готовы ее выслушать.

Амайя прочистила горло, прежде чем начать.

– Очевидно, что я выгляжу самой слабой из всех.

Келлиес хихикнул, и Заяна бросила на него предостерегающий убийственный взгляд. Он тут же выпрямился, снова сосредоточив свое внимание на юной темной фейри без малейшего намека на веселье.

Надо отдать Амайе должное, она не растеряла уверенности после этой насмешки.

– Маверик и остальные не увидят во мне угрозу. Не будут ожидать, что я способна хорошо управляться с луком. Поэтому я стану их первой мишенью. Я думаю, это совершенно очевидно.

Заяна позволила себе легкую улыбку, поскольку мысли Амайи были схожи с ее собственными. Компания была вовсе не в восторге от тонкой насмешки, что они впустую потратили полчаса, ослепленные своим высокомерием.

– Флаг должна нести я, – сказала она, словно это была просто игра. – Они не упустят возможности напасть на легкую добычу. Если я смогу привлечь их внимание по одному, они могут заглотнуть наживку и отвлечься, чтобы один из вас успел их прикончить – или чтобы они слишком поздно узнали, насколько точны мои выстрелы.

Теперь Заяна уже широко улыбалась. И по озадаченным взглядам остальных поняла, что они тоже считают этот план блестящим. Сдерживая свое одобрение, она сказала:

– Хорошо. Хоть кто-то думает о команде, а не только о себе.

Все недоверчиво посмотрели на нее, но Заяна проигнорировала их.

– Маверик знает, что Амайя теперь в наших рядах, но он не дурак. Скорее всего, он привлечет Беррика и Джеспера из жестокого состава. Они захотят объединиться и нацелиться на Тайнана, возможно, и на Келлиеса тоже.

– Я могу справиться с ними…

– Сейчас не время для высокомерия. Я не сомневаюсь в тебе, Тайнан. Безусловно, ты бы одолел их в одиночной схватке. Но на поле боя я не стану так рисковать. Ты будешь прикрывать Амайю. Никто не передвигается в одиночку, и не позволяйте противнику превосходить вас физически или численно. – Она бросила на Амайю хитрый взгляд, и девушка вздрогнула. – Как только ты получишь флаг, я буду свободна и сражусь с Мавериком. Он мой. Я его. Так было всегда, и он тоже ждет этого. Бой, к которому я более чем готова.

– Как победить в игре? – спросила Амайя, не оробев от всеобщего внимания. – Если нам не разрешают убивать.

– Я должна найти последний черный флаг раньше Маверика. Он будет скрыт в пределах горного хребта. Твоя задача – выиграть для меня как можно больше времени для выполнения последнего задания. – Увидев страх в глазах Амайи, Заяна сделала то, чего точно от себя не ожидала. – Тебе нельзя убивать намеренно. Иначе и на твою жизнь могут заявить права. – Она шагнула к приспешнице. – Но если станет ясно, что это выбор между твоей жизнью и их, то знай, ты под моей защитой.

– Заяна. – Тайнан выпрямился на кресле. – Ты это несерьезно.

Она бросила на него скучающий взгляд:

– Разве я когда-нибудь шучу?

– Ты правда рискнешь ради нее жизнью? – Он пренебрежительно махнул рукой в сторону Амайи, которая побелела как мел.

Заявление означало, что если Амайе придется отнять жизнь во время битвы, вина ляжет на Заяну, а не на юную фейри.

– Да, – просто ответила она.

– Это абсурд! – Тайнан вскочил на ноги, и Заяна инстинктивно вспыхнула от брошенного вызова, но сдержала жажду доминирования, не в настроении препираться ни с кем из них.

Она знала, что его гнев вызван стремлением защитить, и, возможно, Тайнан был прав. Заяна и сама не понимала, что заставило ее предложить приспешнице защиту. И она хотела верить, что поступила так только потому, что не хотела потерять талантливого соратника, если та окажется в ситуации, когда придется нанести Блэкфейру смертельную рану. Заяна была уверена, что сможет избежать смертного приговора в качестве компенсации, но владыки не раздумывая позволили бы Маверику лишить жизни юную фейри, если это удовлетворит его. И Заяна не могла позволить этому случиться.

– Думаю, мы закончили, – отмахнулась Заяна. Была уже почти полночь.

Ее спутники поднялись, явно недовольные итогом встречи. Прямо сейчас она не могла принять на себя тяжесть их эмоций, поэтому пыталась полностью игнорировать своих приближенных. Все кивнули ей на прощанье, но их взгляды были настороженными. Они беспокоились за нее; все их существование строилось вокруг того, чтобы сохранить ей жизнь. Заяна часто задавалась вопросом, не растрачивали ли они свой потенциал напрасно, живя, чтобы защищать что-то настолько отвратительное и злое.

Тайнан уходил последним, став спиной к Амайе, словно так она не могла слышать то, что он собирался сказать.

– Зачем ты это делаешь?

Он стоял почти вплотную к ней, и Заяна посмотрела ему прямо в глаза.

– Чтобы победить. – Тайнан удерживал ее взгляд, пока часы на каминной полке отсчитывали секунду за секундой. Заяна не дрогнула от его напора, но читала слово, которое он хотел произнести, но никогда бы не осмелился.

Лгунья.

Как и ожидалось, Тайнан первым отвел взгляд. Вздохнув и покачав головой, он повернулся и направился к выходу в стене вслед за остальными. Но фейри не удержался и бросил презрительный взгляд на Амайю, которая не дрогнула. Она уже не съеживалась от малейшего вызова. Приспешница тьмы тоже шагнула к выходу.

– Только не ты, – остановила ее Заяна.

Она вся напряглась, когда повернулась, чтобы с почтением посмотреть на своего лидера. Амайя скопировала ее позу и встала прямо, расправив плечи, сложив руки за спиной. Секунду это напоминало отражение в зеркале. И Заяна вдруг почувствовала то, к чему не привыкла. Что-то похожее на грусть.

Она быстро прогнала эту вспышку и осмотрела темную фейри с головы до ног. Та не вздрогнула и не заговорила. Похвально. Затем Заяну внезапно охватило чувство ответственности, поскольку Амайя подражала ее позе. Насколько хорошо юная приспешница изучила ее, чтобы так понимать за столь короткое время? Заяна расжала руки и вытянула их по бокам. Амайя сделала то же самое. Ее обдало холодом, не имеющим ничего общего с гневом. Она даже осмелилась признать, что это был страх. Наблюдать, как Амайя берет на себя инициативу, словно это стоит восхищения и подражания, было проклятием для любой бедной души, которая считала себя чем-то вроде идола.

Заяна была лидером и представителем их вида не просто так. Но причина заключалась только в ее безжалостности. Она не обладала ни одной достойной чертой характера. Нет, без звания она была никем. Лишь холодной статуей. Само ее существование было неправильным.

– Тебе нужно узнать себя, – сказала она отстраненным голосом, как будто разговаривала сама с собой. – Нужно понять, кем ты хочешь быть в этом мире и какое впечатление производить. Ты можешь выполнять приказы, быть солдатом в армии, но никто не сделает тебя той, кто ты есть, если только ты им не позволишь.

Неуверенность Амайи читалась в том, как она переступила с ноги на ногу. Юная фейри не ответила, но Заяне это было и не нужно.

– Где ты спишь?

Ее зеленые глаза снова встретились с глазами Заяны.