Хлоя Пеньяранда – Королева у власти (страница 46)

Потребовалось больше часа, чтобы втиснуть группу людей в гостиницу и распределить их по нескольким комнатам тесного заведения. Когда все были довольны настолько, насколько это возможно, и получили сомнительную, но горячую еду, Джейкон наконец позволил себе вздохнуть с облегчением.

Когда он добрался до отведенной ему комнаты дальше по коридору, то намеренно медленно открыл дверь, надеясь, что Марлоу поддалась усталости и уснула. Но вместо этого обнаружил ее сидящей на краю маленькой хлипкой кроватки, закутанную в одеяло и обхватившую обеими руками чашку горячего чая. При виде него она заметно расслабилась и улыбнулась. И его окоченевшее тело тут же окутало теплом.

– Не обязательно было меня ждать, – сказал он, начиная снимать мокрую одежду, и поежился от холода, быстро натягивая запасные рубашку и брюки.

Марлоу поставила чашку на шаткую тумбочку и подошла к нему. Сбросив одеяло, она поднялась на носочки и набросила его на плечи Джейкону. Сердце затрепетало от этого нежного и самоотверженного поступка. Он обхватил ее так, что они оба оказались в тепле одеяла и друг друга.

Она прижалась щекой к его груди.

– Мы сделали это, – с облегчением прошептала она, словно прежде сомневалась в успехе.

Он машинально обхватил ее еще крепче, при мысли об альтернативе – навсегда потерять ее.

Когда она отстранилась и посмотрела ему в глаза, то увиденное в них заставило ее запустить пальцы в его волосы и притянуть губы к своим в порыве желания. Награда за то, что они в безопасности и справились со своей задачей.

Марлоу взяла инициативу в свои руки, развернувшись и нежно направляя его назад, пока ноги не нащупали низкий край деревянной узкой кровати. Но это не имело значения, поскольку сегодня между ними не останется даже сантиметра. Опускаясь на край, он сдержал стон от боли в животе, но Марлоу все равно заметила. Она обеспокоенно нахмурилась, но он обхватил ее руками за талию и тоже заставил опуститься, пока она не оказалась сверху.

– Фейт провела в замке несколько месяцев, – пробормотала Марлоу с нотками злости, которые так редко звучали в ее голосе. – И уже могла бы найти руину.

Джейкон нахмурился, заправляя русую прядь за ухо, чтобы полностью видеть ее лицо. Челюсть была плотно сжата, когда она смотрела вниз на старую рану и нежно провела по выступающему под рубашкой шраму.

– Это не ее вина…

Марлоу раздраженно покачала головой и резко встала, отчего он тут же умолк.

Джейкон остался сидеть, пока она отошла на пару шагов. А когда снова повернулась к нему, ее лицо было грустным, и ему стало не по себе. Он приготовился к взрыву эмоций, которые так долго копились в ней.

– Она могла бы стараться лучше, – выпалила Марлоу, раздраженно вздохнув. Но Джейкон видел, что ей больно говорить такое. – Фейт могла бы бороться сильнее. – Ее голос надломился, и сердце Джейкона сжалось. Он встал, но Марлоу протянула руку, чтобы остановить его, когда он попытался подойти. – Она уже так давно в замке. Я потеряла отца, тебе было больно, мы нуждались в ней, а ее не было рядом.

– Она не знала…

– Когда ты уже перестанешь постоянно защищать ее?

Тон Марлоу стал резким, ее горе и гнев слились воедино, превратившись в нечто такое, чего Джейкон никогда прежде в ней не видел. Они много говорили о Фейт, высказывали свои опасения и огорчения после разлуки с ней, но он был дураком, раз не заметил, насколько больно ей было. Чувства, которые она сдерживала все это время…

Когда он промолчал, Марлоу продолжила:

– Понимаю, вы выросли вместе. Между вами есть связь, которую мне никогда не постичь. Но теперь Фейт живет своей жизнью и, похоже, приняла это, в то время как ты не смог.

Ее горькие слова пронзали сердце словно нож.

– Откуда столько злости?

– Я не сержусь – мне больно! – Ее губы задрожали, и Джейкон едва не упал перед ней на колени. – Я не могу избавиться от своего дара, и я устала, Джейк. – Ее голос сорвался, когда потекли слезы, обнажая месяцы терзаний, которых он совершенно не замечал. Возможно, она права и он слишком беспокоился за Фейт, чтобы заметить, как страдает Марлоу. Горло сдавило от боли.

– Я люблю ее, Джейк. Правда люблю. Знаю, чем Фейт пожертвовала для меня, но это из-за нее нас разлучили. Может, это эгоистично, но я потеряла отца, а ее не было рядом. Я узнала, что являюсь оракулом незадолго до ее ухода. Но ничего не исчезло – видения, знания. И я просто устала, так устала, Джейкон. А Фейт, единственная, кто может понять, что я переживаю, оставила меня.

– Я здесь, – только и смог произнести он.

Ее лицо стало мрачным, как и голос.

– Разве ты не видишь? В некотором смысле в тот день я потеряла вас обоих, потому что твои мысли остались с ней во дворце.

Марлоу умолкла, переводя дыхание.

– Я молчала, ведь думала, что ты прав. Как я могла винить ее, когда она осталась там не по собственному желанию? Но теперь я понимаю, что ты ошибаешься. Мы ничего не можем изменить, но она могла бы приложить больше усилий и дать отпор. Бороться ради нас, и не только за физическую безопасность. Но вместо этого она подчинилась и была рада, что больше нас не увидит.

– Это не правда, – Джейкон не мог просто молчать.

Было ошибкой говорить такое. Ее лицо застыло, на нем отразилось поражение.

– Ты никогда не перестанешь защищать ее, да?

Джейкон тяжело сглотнул, но в горле все равно застрял горький ком.

– Почему мне кажется, что ты заставляешь меня делать выбор?

Разочарование Марлоу, смешанное с шоком, поразило его, как удар под дых. Ее плечи слабо приподнялись и опустились.

– Мне не стоило этого говорить. – Она отвернулась.

Джейкон неуверенно подошел ближе, наблюдая, как она слегка вздрагивает от тихих рыданий. Не говоря ни слова, он обхватил ее сзади и притянул вплотную к себе. Марлоу заплакала еще сильнее, и он молча обнимал ее, позволяя выплеснуть эмоции, которые она самоотверженно сдерживала. Чувства, о которых ему следовало догадаться раньше.

Стоя вот так, Джейкон перебирал свои собственные мысли, обдумывая каждое произнесенное ею слово и каждое событие, произошедшее между ними тремя. Он не знал, сколько времени прошло, но постепенно ее плач утих, а затем и вовсе прекратился. Они так и стояли неподвижно. Он не мог отпустить ее.

– Ты права, – наконец сказал он и, взяв ее за плечи, развернул к себе лицом. Его челюсть дрогнула при виде сломленного выражения на ее лице, и он коснулся ладонью щеки, вытирая большим пальцем слезы. – Прости, что не понимал тебя, Марлоу. Ты не заслуживаешь такого после всего, через что прошла. Возможно, я действительно был невнимателен и поглощен заботой о Фейт, хотя это не оправдание. Ты права – в ее нынешней жизни мне нет места, и я признаю… – Ему пришлось остановиться и собраться с силами перед следующей фразой. – Иногда мне тоже хочется, чтобы она делала больше. Чтобы боролась и нашла способ поскорее вернуться к нам. Но в то же время не могу даже представить, через что она прошла и все еще проходит в том замке.

Я обижался – на короля, на всех фейри, но отчасти и на Фейт. Я молчал, потому что не могу винить ее, тогда как сам не попытался сделать хоть что-то, несмотря на бесконечные раздумья о том, чтобы вызволить ее. Я подвел вас обеих. – Он прижался губами к ее лбу. – Мне так жаль, Марлоу. Ты сможешь простить меня?

В ее глазах снова блеснули слезы, и она кивнула, прежде чем свернуться в его объятиях, и Джейкон вздохнул с облегчением.

– Мне тоже жаль.

– Не стоит. – Джейкон медленно зашагал обратно, пока не уткнулся в кровать. Он осторожно опустился, не разжимая объятий, пока она снова не оказалась верхом на нем. – Ни на секунду не жалей о том, что высказала свое мнение.

Марлоу отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом. В ее глазах все еще была боль.

– Ты должен знать, что я не обижаюсь ни на нее, ни на тебя, я просто…

Их губы встретились.

– Знаю, – сказал Джейкон. Немного отстранившись, он провел пальцами от ее виска к губам. – Я рядом и всегда выслушаю тебя, Марлоу. Все, что обременяет твою чудесную головку. Но думаю, вам с Фейт нужно поговорить по душам. Возможно, у вас больше общего, чем ты думаешь.

Марлоу кивнула.

– Если представится момент между спасением беглецов, общением с Духами и борьбой со злобными королями, – в шутку размышляла она.

Ее легкая улыбка рассеяла сгустившуюся в душе тьму, и Джейкон хрипло рассмеялся.

Он обхватил ее одной рукой, и Марлоу удивленно вскрикнула, когда он изогнулся, прижимая ее к кровати под собой. Она расплылась в улыбке, и у него перехватило дыхание. Джейкон настойчиво поцеловал ее, ноги Марлоу раздвинулись шире, прежде чем она крепче прижалась к нему, и он подавил стон, когда она пошевелила бедрами.

Он осыпал поцелуями ее шею.

– Этим стенам далеко до… звуконепроницаемости, – выдавил он, в то время как разум затуманился.

Ее руки скользнули под его расстегнутую рубашку, пробежались по напряженному животу, прежде чем впиться ногтями в поясницу, когда она выгнулась дугой, в молчаливом призыве к большему.

Они нуждались в этом. В отвлечении и близости.

– Тебе просто нужно вести себя очень тихо, – с вожделением прошептала она

Его губы снова приникли к ее губам. В их желании не было нежности. Лишь томление и потребность. Жажда примирения.

Он ласкал ее бедра, поднимаясь выше, пока не добрался до пояса лосин и обнажил великолепные стройные ноги, в то время как она снимала топ. Он на секунду отстранился, чтобы полюбоваться совершенными изгибами, пожирая взглядом ее тело.