Хлоя Пеньяранда – Королева у власти (страница 35)
Фейт отвела взгляд, чтобы посмотреть вперед. Она почувствовала, что слегка покачивается, и не знала, была ли причина в откровениях или неровной рыси лошади. Прежде всего ее удивил возраст Рейлана. Может, столетие ничего не значило в жизни фейри, но, учитывая, что он выглядел не старше Ника, Фейт не ожидала такой разницы в возрасте. Во-вторых, ее сильно расстроили его слова о ее способностях. Он постиг их в полной мере, тогда как она едва понимала основы.
Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.
– Ты можешь использовать только одну способность за раз?
– Я могу удержать несколько, но частично. Мой рекорд – четыре, в Великих битвах и других сражениях. Полезно иметь много вариантов, которые можно использовать. Но чем больше я беру, тем быстрее выгораю. У всякой магии есть пределы. Если бы это было не так, уверен, мы все уже уничтожили бы друг друга.
– Мы и так недалеки от этого.
– Да, недалеки.
Чтобы не поддаться унылому настроению, Фейт быстро спросила:
– Значит, ты магический вор?
Рейлан рассмеялся, низко и искренне, и Фейт проклинала себя за то, что наслаждалась этим звуком.
– Телепат, – поправил он. – За свою жизнь я встречал всего пару таких фейри.
По крайней мере, он знал, как назвать себя. Фейт не знала, чувствовала ли свободу от того, что ее нельзя было причислить ни к одной группе, или еще больше отдалялась от мира.
– Должно быть, тебя боятся, – размышляла она, – раз ты можешь лишать способностей.
Рейлан оценивающе посмотрел на нее, словно решая, намекает ли она на свой собственный страх. И она не знала, почему ее больно ранило то, что он ожидал этого, хоть и не хотел.
– Те, кто ничего о них не знает или не умеет блокировать, – да, они могут быть… бесчувственны к моему виду.
На мгновение Фейт почувствовала какую-то печальную связь с генералом, будто они оба понимали, каково это – быть изгоем, непохожим на других, что не оставляло окружающим другого выбора, кроме как поддаться страху неизвестности.
Взглянув на нее, он, похоже, прочитал ее мысли и добавил:
– Есть два типа людей: те, кто боится силы, и те, кто
Фейт ничего не сказала, хотя слова задели за живое. Пока она узнала о генерале лишь то, что он был головоломкой из разрозненных деталей, но так и было задумано – на случай, если кто-то пытался понять его, недостающие осколки скрывались глубоко внутри. Ему было все равно, каким люди видели его без этих частиц. И Фейт поймала себя на том, что восхищается им, даже завидует этой его черте характера.
Рискуя потерять бдительность, она сменила тему:
– Как можно блокировать твои способности?
И снова Рейлан помолчал, но, очевидно, решил, что она не представляет серьезной угрозы.
– Способности как у тебя и Ночных странников всегда можно блокировать. Мы не атакуем физически; мы проникаем в разум, наши силы гораздо мощнее. И можно помешать нам, если хозяин об этом знает, – объяснил он, не сводя с нее глаз. – Полагаю, все сводится к тому, кто в итоге окажется сильнее.
– Тебе уже удавалось обходить защиту, – заключила она.
Рейлан коротко кивнул:
– Да. Но насильственный захват способностей может плохо закончиться для их хозяина. И я поступал так только перед лицом опасности.
– Как ты узнаешь, что близок к пределу?
Он слегка прищурился, и она забеспокоилась, что зашла слишком далеко в поисках знаний и дала понять, что сама не владеет ими. Хотя она чувствовала, как его недоверие возрастает, но все же немного успокоилась, услышав ответ.
– Нужно время и практика, чтобы понять это. Обладая способностями, можно довести свое физическое тело до предела использования энергии. Это может убить нас. Думай об этом как о безотказном инструменте природы, позволяющем нам не уничтожить других или весь мир. Используешь слишком много силы, которой наделена, и она поглотит тебя. Нет выключателя, который перекрыл бы доступ к нашей магии; ты должна научиться распознавать, что исчерпала запас, достигла собственного предела, – и знать, что пора остановиться.
Фейт невольно вздрогнула. В его словах был смысл, и она с радостью выяснила, что ее магия не бесконечна и не всесильна. Но в то же время испугалась, что понятия не имела о собственных пределах и могла однажды выйти за рамки своих возможностей, сама того не осознавая. Она молчала, глядя прямо перед собой, побледнев от ужаса.
Рейлан натянул поводья, и Кали остановилась. Лошадь Фейт прошла еще несколько шагов, прежде чем сделала то же самое. Сердцебиение участилось, и ей не терпелось узнать причину остановки.
Генерал направил Кали немного вперед и перегородил ей путь.
– Кто ты на самом деле, Фейт?
Она заерзала в седле. Несмотря на холодный зимний ветер и страх, ей вдруг стало невыносимо жарко от этого допроса.
– Я выросла в замке с…
– Да, это я уже слышал, – он тут же оборвал лживую историю. – Но ведь это не правда?
Она с трудом сглотнула, не находя убедительных способов подкрепить фактами историю своего детства. И когда не ответила, он продолжил:
– Человеческая девушка выросла среди придворных Хай-Фэрроу, но не умеет ездить верхом, не знает этикета, а все стражники тут же напрягаются при виде нее. А также она живет в гостевых покоях и понятия не имеет о масштабах и пределах своих способностей.
Фейт могла лишь в панике слушать, как он озвучивал факты, разрушающие ее придуманную историю. В то время как она думала, что смогла слиться с придворными и не вызывала подозрений, его орлиный глаз подмечал все.
Он знал ложь, но не правду.
– Тебя не касается, кто я, – равнодушно сказала она.
– Касается, если ты представляешь угрозу.
Ее губы изогнулись в усмешке:
– Осторожнее, Рейлан. Ты ведь не хочешь, чтобы все узнали, что великий генерал Райенелла дрожит от страха перед простой девушкой.
– А разве ты простая девушка?
– А разве нет?
Его глаза загорелись, и она не была уверена, от восторга или предостережения.
– Не мне следует быть осторожным, Фейт.
Она отвела взгляд.
– Если хочешь оборвать мою жизнь, можешь встать в гребаную очередь.
Его веселье погасло, но больше он ничего не сказал.
Устав от шуток, Фейт слегка потянула поводья с одной стороны и удивилась, но обрадовалась, когда лошадь развернулась и направилась обратно к конюшням. Она успела пройти всего пару метров, прежде чем Кали снова подкралась к ней, словно полуночная тень. Она даже не обернулась на всадника черной красавицы.
– Где ты на самом деле выросла? – спросил Рейлан необычно ласковым голосом.
Хоть она и была не в настроении, но оценила его попытку завести нормальную беседу. Ее прикрытие было раскрыто – или скорее его вообще никогда не существовало. Он мог бы выдать ее ради славы и награды в любой момент, когда ему заблагорассудится, и немного правды этого не изменит.
– В Фэрроухолде, в городе людей, – ответила она. Было приятно говорить правду и больше не притворяться перед генералом той, кем она никогда не являлась.
– Родители?
Фейт поморщилась:
– Мама умерла, когда мне было девять. Отца я не знала.
Генерал молчал. Пауза слишком затянулась, и она повернулась проверить его реакцию и с удивлением обнаружила, что он нахмурился, погруженный в глубокие раздумья.
Решив, что ее слова пробудили в нем собственные мрачные воспоминания, она спросила:
– Что насчет тебя?
Он встретился с ней взглядом, и она заметила в его глазах печаль. Хоть он и пытался ее скрыть. Прежде чем она успела что-то подумать, его лицо снова стало бесстрастным.
– Они умерли в начале войны, – только и сказал он тоном, отсекающим дальнейшие вопросы.
Но Фейт быстро оценила временные рамки. Война началась более пяти веков назад, а Рейлану было четыреста лет. Она гадала, насколько юным он был, когда остался один в этом мире, и от этой мысли сжималось сердце.
– Похоже, мы оба пострадали от рук Вальгарда, – тихо произнесла она.