Хлоя Пеньяранда – Королева у власти (страница 33)

Задыхаясь в стенах покоев, она направилась в библиотеку замка. Парочка ученых бросили на нее недовольные взгляды, но она проигнорировала их. Фейт даже не знала, что именно ищет. Она бесцельно разгуливала между рядами невероятно высоких стеллажей. Запах старых страниц, похожий на шоколад и мускус, наполнял ноздри, и она глубоко вдохнула их успокаивающий аромат.

Тут ее внимание привлекла серия книг. Они выделялись размером и корешками с золотым теснением. История королевских родов. Она остановилась перед ними, проводя пальцами по названиям, и, взяв одну, направилась к столу и наугад раскрыла огромный том. От пыли перехватило дыхание, и она закашляла, разгоняя ее в поисках свежего воздуха. Было очевидно, что никто не брал книгу в руки уже очень давно.

Фейт пролистала страницы, это было описание благородных домов во всех королевствах. Пролистав еще немного вперед, она остановилась. Не было причин подозревать короля Варласа – с момента своего прибытия он был исключительно добр, приветлив и казался совершенно безобидным, – но она все равно не могла избавиться от тревожного чувства, что никому не стоит слепо доверять.

Проведя пальцем по витиеватым записям о королевских семьях, она наконец нашла родословную Олмстоуна и широко раскрыла глаза, обнаружив, что Варласу чуть больше восьмисот лет, так же как и Орлону, в то время как король Райенелла Агалор был старше на столетие. Фейт вдруг почувствовала свое двадцатилетнее существование таким ничтожным и с грустью осознала, что даже близко не приблизится к четверти их нынешней продолжительности жизни. Внешне короли едва ли приблизились к среднему возрасту людей, значит, прожили лишь половину жизни… Для смертной эта мысль была непостижима.

Она разглядывала родословную, когда вдруг остановилась и нахмурилась. От имени Варласа с обеих сторон отходили две отдельные ветви. Ее глаза расширились, когда она продолжила читать. Нынешняя королева, Кира Вулверлон, была не первой. Нет – до нее корону носила другая: королева Фрейя Вулверлон.

В этом не было ничего необычного, если бы не слова, прочитав которые, сердце Фейт сжалось от жалости к королю Олмстоуна.

Родственная душа – Скончалась.

Смерть королевы выпадала на период Великих битв, и Фейт решила, что война унесла ее жизнь. Ей не хотелось даже представлять боль от потери родной души, и она почувствовала себя даже более виноватой за плохие мысли о Варласе, учитывая, что он пережил такое и не растерял доброту и сердечность.

В последнем абзаце указывалось, что Тарли был наследником Варласа и сыном Фрейи, тогда как Опал была дочерью Киры. Теперь закрытость и унылое настроение принца казались более оправданными.

Фейт захлопнула книгу, злясь на себя, что не уделила времени изучению знатных домов Унгардии. Она разрешала себе жить в невежестве в своем маленьком мирке. Но больше это не повторится. Теперь ей хотелось узнать обо всем.

Собираясь вернуться за другой книгой, Фейт остановилась от порыва ветра, который пронесся мимо нее. Выбившиеся из переплетенных кос пряди заплясали перед глазами, и по спине пробежал холодок. Она обернулась, но не обнаружила ничего, кроме длинного темного коридора, в котором не было видно ни двери, ни окна. Она замерла, желая верить, что это просто сквозняк между рядами книжных шкафов, но по коже побежали мурашки, а чувства обострились.

И тут она услышала шепот.

Фейт отпрянула и застыла от страха, хотя по-прежнему ничего не видела. Логика подсказывала, что это просто свист ветра или ее собственные рассеянные мысли. Но в порыве безрассудства она все же решилась исследовать темный манящий проход.

Она напрягла слух, готовая уловить малейший звук, пока глаза привыкали к сгущавшейся темноте. Пройдя половину пути, Фейт сняла со стены последний факел, поскольку дальше коридор утопал во тьме. Голубой огонь тоже пылал бесшумно, освещая все вокруг.

Тишина была оглушительной.

Коридор заканчивался тупиком, но расширялся по левой стороне, и Фейт обнаружила глубокую потаенную нишу со скромными книжными полками, стол и парочку кресел. Это было необычное место для уединенного чтения, хотя, казалось, им пренебрегали годами, возможно, даже десятилетиями. Все было покрыто паутиной и толстым слоем пыли. В нос бросался резкий запах сырости и плесени, и Фейт уткнулась в изгиб локтя, обводя помещение факелом.

Три гобелена украшали дальнюю стену. Она подошла поближе, чтобы разглядеть замысловатые произведения искусства, и задумалась, почему их бросили в холодном, темном углу библиотеки.

У нее перехватило дыхание при виде центрального гобелена, когда она сразу узнала волосы, напоминающие свет луны, и кристально-голубые глаза Ориелис. Ее бросило в дрожь при виде сотканного из нитей Духа. Она могла только догадываться о возрасте гобелена, но тот, кто создал его, определенно встречался с Богиней Солнца. Но Ориелис была не одна. Она гордо стояла в окружении еще двух женщин. Фейт не нуждалась в даре оракула, чтобы догадаться, что это ее сестры – Дух Смерти и Дух Душ. У одной были волосы цвета воронова крыла, которые подходили к ее глазам, в то время как у другой…

Фейт подняла руку и провела по лицу Марвеллас. Она поняла, что это Дух Душ, так как ее глаза сверкали, словно золото, и дополняли янтарно-красные локоны.

Она была ее прямым потомком.

Мысль казалась невероятной, и все же это было правдой. Ей хотелось бы и дальше отрицать это, но теперь, видя неземную красавицу с глазами, почти идентичными ее собственным, она больше не могла отвергать свое древнее наследие. Изображения богинь завораживали, но в то же время потрясли ее до глубины души. Было странно видеть их здесь, прямо сейчас, когда она должна была отыскать руину Духа Жизни.

Позади золотой нитью были вытканы их символы поверх небесных тел, которые они олицетворяют: Марвеллас на фоне потрясающей восьмиконечной звезды, Ориелис на красивом солнце с волнистыми лучами и Дакодес на фоне безупречного полумесяца. Пока она продолжала с благоговением разглядывать линии, ее внимание привлекло какое-то движение. Она склонилась к краю гобелена, но все было совершенно неподвижно.

И когда она уже собиралась отвести взгляд, ткань снова шевельнулась всего на долю секунды. Помедлив, Фейт подняла руку, взялась за край и, прежде чем окончательно струсить, отдернула гобелен. А когда поднесла факел поближе, ее глаза широко распахнулась.

Там был твердый камень. Но потом она различила глубокую линию, которая шла вертикально и пересекалась горизонтальной.

Дверь!

Вероятно, спрятанная не просто так, подумала она, прижав к ней ладонь, но та не поддалась ни на сантиметр. Сердце учащенно забилось, когда она представила, что может лежать за ней. Тот факт, что кто-то намеренно скрыл ход, говорил о многом, но любопытство взяло верх. Фейт навалилась на дверь, и скрежет камня тут же привел ее в чувство. Ее рациональная сторона надеялась, что дверь вообще не откроется.

Но, не желая отступать, она продолжала толкать, пока проход не открылся настолько, чтобы заглянуть внутрь. Сначала она прислушалась.

Тишина.

Оставалось лишь надеяться, что это хороший знак.

Фейт переложила факел в правую руку и просунула его в заброшенный ход, но обнаружила лишь черную пустоту. Там могло скрываться что угодно; было бы глупо и безрассудно бродить по давно забытому проходу в практически незнакомом замке.

И все же что-то словно манило ее в черную неизвестность.

Фейт забыла об осторожности и проскользнула в маленькую щель, позволив гобелену упасть позади. Она была настороже, делая неуверенные шаги и напрягая слух, чтобы уловить малейший намек на надвигающуюся опасность. Но, будучи сама бесшумной убийцей, знала, что тишина тоже может оказаться смертельной.

И путь назад, и путь вперед были скрыты тьмой, и только голубое пламя образовывало вокруг нее шар света. Разум кричал поворачивать назад, но ноги двигались вперед по собственной воле.

Вскоре Фейт подошла к развилке. Ход перед ней разделялся на два отдельных коридора. Она уже собиралась повернуть направо, повинуясь интуиции… как вдруг услышала слабое эхо из левого прохода.

Взволнованная, она решила выяснить источник шума, и когда осторожно двинулась на звук, то точно поняла, что услышала. Голоса. Фейт обрадовалась, что не столкнется с каким-нибудь мерзким, притаившимся существом, но мысль о том, что ее поймают, приводила в панику. Король четко приказал, чтобы она не бродила там, где не следует.

Она бесшумно шагала возле стены, готовая тут же бросить факел и убежать при первых признаках постороннего присутствия. И дошла уже до конца коридора, сворачивающего налево, но не увидела никаких отблесков света, кроме пламени в руках. Не желая рисковать, она поставила факел на землю, прежде чем добежать до угла и прижаться спиной к стене. А потом затаила дыхание, медленно поворачивая голову, чтобы уловить голоса, которые становились все громче.

К ее удивлению, там было пусто.

Лишь маленькое прямоугольное окошко заливало середину коридора теплым светом. Фейт вынырнула из укрытия и осторожно приблизилась к нему. Проем в камне закрывался завитками бронзы, но сквозь щели она могла кое-что разглядеть.

И не поверила своим глазам.

Она оказалась в зале совета. Или над ним, если говорить точнее, и смотрела вниз на собравшихся членов королевских семей и знати.