Хлоя Гонг – Наш неистовый конец (страница 50)

– Вас к телефону, мисс Цай.

Джульетта кивнула, затем встала и натянула одеяло Розалинды немного выше. Розалинда не пошевелилась, только закрыла глаза, продолжая дрожать. Джульетта подошла к двери и закрыла ее за собой.

– Не беспокой ее, – сказала она Алому. – Дай ей поспать.

– Вы слишком снисходительны к предателям, – ответил он.

Джульетта сжала губы и двинулась по коридору. Он был прав. Они были слишком снисходительны к ней – она сама была слишком снисходительна к ней. И поскольку порку остановила именно Джульетта, ее отец поручит ей преподать Розалинде урок, если та не предоставит им информацию в ближайшее время. Именно Джульетте придется выяснять, почему кузина их предала, придется использовать для этого любые доступные средства.

Подойдя к телефону, Джульетта с усилием сглотнула. Она не сомневалась, что сможет это сделать. Она никогда не колебалась, пуская в ход проволочную удавку и нож против других Алых, когда отец посылал ее к ним из-за проблем с арендной платой или выручкой от торговли. Но хочет ли она делать это сейчас, не станет ли это слишком большим пятном на ее совести?

Джульетта взяла трубку и прижала ее к уху.

– Wèy?

– Мисс Кай?

Звонящий говорил по-английски. И его голос был похож на…

– Рома?

В трубке послышался смущенный кашель.

– Близко, но нет. Это Венедикт.

Джульетта вздохнула, подавив свое разочарование. И сказала себе, что это потому, что она ожидала, что Рома нашел того француза, а не потому, что она хотела услышать его голос.

– Что-то произошло? – спросила она, заговорив тише. Быстро оглянувшись через плечо, она увидела, что в вестибюле никого нет, но это вовсе не значило, что никто не подслушивает ее разговор.

– Смотря что вы имеете в виду, говоря что-то, – ответил Венедикт, тоже понизив голос. – Я собирался связаться с вами уже несколько дней, но мне только сейчас удалось избавиться от общества Ромы. Ваш кузен похитил его сестру. Цай Тайлер. Рома обыскал весь город в поисках Алисы, но ее нигде нет. И пока его нет рядом, я решил спросить вас, знаете ли вы что-то.

Джульетта прижала руку к глазам, борясь с острым желанием закричать. Ну конечно, это в духе Тайлера. С него станется еще больше поднять градус кровной вражды.

– Нет, я ничего об этом не знаю, – с горечью ответила Джульетта. – Я даже не знала, что он похитил ее. Она цела?

– Он не может причинить ей вред – он не станет причинять ей вред. Она будет в целости, чтобы у Тайлера появился шанс убить Рому.

Джульетта чуть не выронила трубку.

– Что ты сказал? – Она опять оглянулась. На лестничной площадке стояли двое посыльных и с подозрением смотрели на нее. Джульетта едва удержалась от крика. – Что ты имеешь в виду?

Венедикт долго молчал, как будто сожалел, что должен сообщить ей эту новость.

– Дуэль, мисс Цай. Если Рома не отыщет Алису в течение трех дней, то ему придется сразиться с Тайлером на дуэли, чтобы вернуть ее.

Джульетта нашла Тайлера несколько часов спустя за столиком в тускло освещенном зале «Байлемэня». У нее было такое чувство, будто с тех пор, как в последний раз она была здесь с Ромой, прошли десятилетия, и будто с тех пор город изменился. Однако танцевальный зал был полон людей, как всегда. Вероятно, такое заведение, как «Байлемэнь» никогда не опустеет, даже если за его пределами бушует война.

– Убирайтесь, – приказала она четверым гангстерам рядом с ее кузеном, усевшись напротив него.

Они все посмотрели на Тайлера, ожидая указаний. Джульетту так и подмывало схватить проволочную удавку, обвитую вокруг запястья, на тот случай, если она понадобится ей, но тут Тайлер кивнул, и его подручные отошли, с презрением поглядев на Джульетту.

– Что я могу для тебя сделать? – спросил Тайлер, откинувшись на спинку кресла и положив руки на подлокотники. Перед ним стояли три пустых бокала, но он был трезв. Он находился здесь недолго; как только посыльный сообщил Джульетте, что видел его в «Байлемэне», она немедля бросилась сюда.

– Не делай этого, – без обиняков сказала Джульетта. – Это того не стоит и никогда не стоило.

Тайлер взял один из пустых бокалов и помахал им, как будто в нем находилось некое незримое спиртное, видеть которое Джульетта не могла.

– Я гадал, как скоро эта новость дойдет до тебя, – ответил он, глядя, как в бокале преломляется свет. – Должен признать, что для этого тебе понадобилось больше времени, чем я ожидал.

– Не у всех в городе имеется столько же ушей, сколько у тебя.

– Зато у тебя есть прямая связь с Монтековыми.

У Джульетты похолодела кровь. Значит, вот оно что. Тайлер наконец решил уличить ее во лжи.

Она быстро вырвала бокал из руки своего кузена. Он не должен смотреть на танцпол, на мерцающие стены, на несуществующие напитки. Она заставит его смотреть на нее.

– Полагаю, ты читал Пушкина, – сказала она. – В русских дуэлях участвуют секунданты, и этим секундантам позволено спрашивать оскорбителя, не желает ли он извиниться. Поэтому я прошу тебя, Тайлер, – верни им Алису и брось это дело. Это не стоит твоей жизни.

Тайлер коротко рассмеялся. Его смешок не был похож на горячечный смех, звучащий вокруг, смех, который подчеркивали темный вечер и странная музыка. От его смеха веяло ледяным холодом, то был смех охотника, увидевшего, как захлопнулся капкан.

– Что ты себе думаешь? – Он стер с лица веселье и подался вперед. – Кто просил тебя говорить от имени Ромы Монтекова? Кто просил тебя быть его секундантом?

Руки Джульетты сжались в кулаки, и она опять коснулась своей проволочной удавки – не затем, чтобы пустить ее в ход, а просто чтобы почувствовать под ногами твердую почву, чтобы обвить ее вокруг пальца, дабы боль нейтрализовала лютый гнев, жгущий ее горло.

– Это была просто фигура речи.

Тайлер встал.

– Не лги мне. – В его голосе не было веселости. Он воспринимал все это серьезно, назначив себя блюстителем благонадежности Джульетты. – Ты можешь стать моим секундантом и либо дать мне довести эту игру до конца, либо отдать мне Алую банду уже сейчас.

Джульетта в ярости бросилась на него через стол, но Тайлер перехватил ее кулак и не дал ей расквасить ему нос.

– Ты сошел с ума, – прошипела она. – Не только ты можешь убить его, но и он тебя. Ты не неуязвим.

– Верно, – согласился Тайлер. – Но я Алый. Не то, что ты. – Он резко оттолкнул ее кулак и взял свое пальто, готовясь уйти. Джульетта схватилась за стол, стараясь угомонить мысли, лихорадочно крутящиеся у нее в голове.

– В понедельник утром, tángjiê[36], – добавил Тайлер. – У самой границы Международного квартала на берегу Сучжоу. Не опаздывай.

Глава двадцать девять

– Я не могу его отговорить, – сказал Венедикт Монтеков.

Джульетта взглянула на него. Они стояли на берегу Хуанпу, глядя на воду. До дуэли оставалось два дня, и в воздухе запахло весной – а может быть, дело было в том, что солнце сегодня сияло слишком ярко, отражаясь в мелких волнах.

Как странно, что Венедикт согласился встретиться с ней вот так. Его руки были засунуты в карманы, лицо выражало неустрашимость. Он явно не собирался расслабляться. Хотя он и вел себя любезно, какая-то часть его, наверное, считала, что Джульетта может в любой момент начать стрелять. Но он все-таки пришел. Он пришел и делился с ней информацией, как будто они были старыми друзьями, которых объединяло общее дело.

– Ты уверена, что мы не можем вызволить Алису?

– Я не знаю, где ее держат, – ответила Джульетта. – Этот город слишком велик. Как я могу прятать Маршалла Сео, так и Тайлер может прятать Алису так долго, как он хочет.

– Тогда другого выхода нет, – без обиняков сказал Венедикт. – Тайлер получит дуэль, которой он хочет.

Джульетта сделала глубокий вдох и задержала дыхание.

– Он заявил, что это будет русская дуэль, так что каждый сможет сделать только один выстрел, – хрипло проговорила она. – Но это же Рома и Тайлер. Кто-то из них умрет.

В дуэлях, описанных в художественной литературе, этот единственный выстрел часто не попадал в цель – пуля летела мимо или сбивала головной убор. Но ни Рому, ни Тайлера нельзя было упрекнуть в плохой меткости.

– Хуже того, – продолжал Венедикт. – Если мы действительно станем придерживаться старых правил, то первым должен будет стрелять тот, кто послал вызов. А каковы шансы, что Тайлер промажет?

Джульетта зажмурила глаза, борясь с тревожным шумом в голове. А тут еще этот ветер – он выманивал наружу тот ужас, который она так старалась подавить.

– Их нет, – прошептала она. – Ни малейших.

Она не хотела видеть, как это случится. Алый против Белого цветка. Ее семья против всего ее сердца, красного и омытого кровью.

– Ты можешь отговорить его, Джульетта.

Джульетта вздрогнула, открыла глаза и повернулась к Венедикту Монтекову. Он назвал ее по имени. Возможно, его недоверие к ней все же не так велико, как кажется.

– Я пыталась. Но Тайлер не желает меня слушать.

– Я говорю не о Тайлере.

У нее упало сердце. Правильно ли она поняла Венедикта? Когда ветер обдул ее лицо на этот раз, он был холодным, как лед. По ее щеке быстро стекла слеза и, никем не замеченная, упала на бетон. Они стояли молча, вокруг шумел Бунд. Венедикт смотрел на реку, а Джульетта глядела на него, гадая, что ему известно, а что нет.

Она получила ответ на свой вопрос, когда Венедикт посмотрел ей в глаза и спросил: