Хизер Критчлоу – Убитые девушки (страница 40)
– Я не думал…
Кэла все сильнее подмывает врезать Энди: руки сами собой сжимаются в кулаки, по телу разливается жар. Но информация важнее мести. Пока…
– Что случилось потом?
– Я не знаю. Это был последний раз, когда я ее видел. – Энди снова закрывает руками лицо, его тело сотрясается от всхлипов. – Это я во всем виноват.
У Кэла перехватывает дыхание: грудь сдавило, и в горле встал ком.
– Ты уверен, что все было именно так?
Энди вскидывает голову:
– Клянусь, Кэл! Я никогда не причинил бы ей вреда. Никогда! Я бы не смог…
Кэл смотрит на него: такие убедительные прежде факты уносит в сторону течением.
– Почему ты ничего не сказал? Тогда! Это могло бы помочь. – Кэл повышает голос, так что женщина, выгуливающая собаку у пруда, вздрагивает и оборачивается.
– Я сожалею об этом… – Вытянув руку, Энди дотрагивается до таблички с именем Марго.
Кэл больше не в силах сидеть рядом с этим человеком. Он бросил Марго на дороге одну и она попала в лапы монстра!
– Все это время… я доверял тебе…
Энди заходится кашлем, прячет лицо. Кэл не ждет, когда он снова посмотрит на него.
Кто бы мог подумать, что боль от утраты Марго может усилиться? Но, с каждым шагом удаляясь от скамейки, Кэл все отчетливее осознает: он ошибался. Всегда может стать еще хуже…
Глава сорок шестая
Дома Кэла встречает тишина. Но он так устал, что это даже приносит облегчение. Они запланировали отъезд на утро. Элли спозаранку хлопочет, уже наделала массу тостов и теперь укладывает сэндвичи в контейнеры и наполняет фляги.
– Ты сходила на дорожку в туалет? – спрашивает она Крисси.
Дочь фыркает:
– Мне уже не пять лет, мама. Отстань.
Элли пытается рассмеяться, но ей это не удается, и в комнате повисает неловкое молчание. Кэл залпом осушает чашку кофе.
– Ладно, – говорит он, поднимаясь. – Нам пора, если мы хотим доехать за день. – Кэл переводит взгляд с жены на дочь: враждебность между ними почти осязаема. – Я отнесу сумки в машину.
Небо хмурится тяжелыми дождевыми тучами, ощущается близость грозы. Собака идет рядом, вид у Ракеты несчастный. А Кэлу кажется странным, непривычным, что рядом с его сумкой в багажнике лежит сумка Крисси, а ее рюкзак лежит в ногах у переднего пассажирского сиденья.
Щелкает дверь, и через пару секунд Крисси уже рядом с ним. Наклоняется, чтобы обнять и погладить собаку. Элли стоит на крыльце. Она выглядит такой одинокой! Кэлу невыносимо это видеть. Взбежав по ступенькам, он заключает жену в объятия, и они крепко прижимаются друг к другу. Всего на миг. От ощущения конца у Кэла перехватывает дыхание. Когда он возвращается к машине, Элли на крыльце уже нет: она ушла в дом.
Поездка на север проходит незаметно. Они болтают ни о чем, потом – слишком рано – съедают все сэндвичи. В конце концов дочь вставляет в уши наушники и засыпает лицом к окну. Лицо у Крисси бледное, словно ее покинули все жизненные силы.
Пока она спит, Кэл пытается избавиться от страха, охватившего его после откровений Энди. Его карьера построена на разглашении тайн и секретов, которые люди хранили годами. Но такого поворота событий он точно не ожидал. С девяти лет Энди постоянно был в его жизни. Кэл доверял ему, потому что ему доверяла Марго.
Проснувшись, Крисси разглядывает витрины мини-маркета при АЗС, а он отходит, чтобы позвонить, и под гул проезжающих мимо машин ждет, когда услышит голос детектива Фулдс.
– Мистер Ловетт?
– Спасибо, что ответили.
– Не за что.
– Я сегодня разговаривал с Энди. Он рассказал мне кое-что, и я подумал, что вам следует это знать.
– Правильно…
– Энди видел Марго той ночью. Он сказал, что подобрал ее на дороге, они поссорились и он оставил ее на обочине.
– Что за дорога?
– Не знаю. Какая-то грунтовка.
– Мы рассмотрим все варианты, мистер Ловетт, уверяю вас.
– По-моему, он ездил тогда на «Воксхолле». Вы же спрашивали меня, водил ли он «Воксхолл»? Так вот, я уверен, что водил.
Секундное молчание.
– Мистер Ловетт…
– Это же может пригодиться, разве не так? Все ведь совпадает. Что, если ее нашел Дюбуа? Может, он преследовал ее или предложил подвезти…
– Кэл… – Он понимает: Фулдс пытается остудить его пыл, успокоить, как он сам успокаивает других. – Предоставьте это мне. Мы изучим все возможные варианты, обещаю вам. Мы приложим все усилия, чтобы найти ответы.
Вскинув глаза, Кэл видит у машины Крисси. Она вглядывается в заросли вереска в поисках отца. Кэл машет ей рукой. Крисси ухмыляется и поднимает вверх объемный пакет, набитый всякой всячиной. С глубоким вздохом Кэл убирает мобильник в карман.
Когда они подъезжают к гостевому дому, на улице уже темно. Мэрилена приветствует их как старых друзей, крепко обнимает Крисси и ведет ее в маленькую комнатку под скатом крыши, чуть дальше от комнаты Кэла.
– Я принесу ей горячий шоколад и печенье, – торжественно провозглашает она, стреляя сияющими глазами.
– А меня она не угощала горячим шоколадом, – шепчет он, едва Мэрилена уходит.
Опустившись на кровать, Крисси натужно улыбается:
– Ты не такой красивый, как я, папочка.
Это хорошо. Дочь нуждается в том, чтобы ее немного побаловали. Крисси надо преодолеть свою замкнутость, вылезти из панциря и убедиться, что мир менее враждебен, нежели ей сейчас представляется, что стоит быть его частью. Быть может, однажды и Кэл сумеет вылезти из своей раковины.
Глава сорок седьмая
Они с Джин договорились встретиться в больнице в десять. Мэрилена потчует их таким обильным завтраком с несколькими чашками кофе, что Крисси едва успевает перед уходом захватить свои учебники, альбом для эскизов и карандаши.
Кэл оставляет дочь в буфете, а сам, следуя указателям на полу, устремляется по лабиринту коридоров больницы. В палате он на миг растерянно застывает, оглядывая кровати. Поначалу Кэл не узнает Тэма. Возможно, он так и не нашел бы его, не сиди у постели мужа Джин.
Пожилого мужчину в конце палаты пришли проведать внуки: непоседливый малыш забирается на кровать, и матери приходится шикнуть на него. Половицы под ботинками Кэла предупреждающе поскрипывают – Джин поднимает глаза. В больничной палате она кажется совсем маленькой, даже тщедушной.
– Как дела, Тэм? – спрашивает Кэл.
Старик молча наблюдает за ним из-под кустистых бровей. Отвечает на его вопрос Джин:
– Врачи обещали отпустить его через день-два домой.
– Со мной все в порядке, – бурчит Тэм.
Джин закатывает глаза и жестом приглашает Кэла занять пустой стул по другую сторону кровати.
– Я сожалею, что был вынужден уехать.
– Вы раньше носили другую фамилию, – выговаривает наконец Тэм. – Не Ловетт, а Лонгакр.
– Мне надо было вам рассказать.
Джин пожимает плечами:
– С какой стати?
Но Кэл сознает, сколь многим им обязан, хоть они и не знают об этом.
– Мне тяжело о ней говорить. Я думаю, вы меня поймете.
Тэм продолжает брюзжать, но Кэл видит, что напряжение ослабевает.