Хисаси Касивай – Ресторанчик Камогава. Записки с кухни (страница 16)
– Уже от одного этого слезы на глаза наворачиваются. И зачем он только выбрал такое название?!
– В итоге мать с ребенком все-таки воссоединяются. Можно сказать, счастливый конец. – Нагарэ поставил перед домашним алтарем тарелку с кусочком торта. Коиси последовала за ним и присела на колени. – Только из-за Кикуко я решил взяться за это дело.
– Мама, угощайся, пожалуйста! Надеюсь, вам с Какэру понравится. – Коиси сложила ладони перед собой.
– А мы ведь ни разу не ели рождественский торт втроем, всей семьей, – обратился к алтарю Нагарэ.
– Ты ведь все время был занят, папа. Тебя на Рождество обычно дома не бывало – только мы с мамой, – тихо молвила Коиси.
– Сейчас Кикуко начнет возмущаться, мол, торт – это, конечно, хорошо, но теперь несите саке!
– Да ты и сам выпить не прочь, папа!
В глазах обоих стояли слезы. Их голоса эхом отдавались от безмолвного алтаря.
Глава 4
Жареный рис
1
Работая моделью, она привыкла, что всегда была под взглядом тысяч глаз.
Она решительно шла вперед – черное кашемировое пальто небрежно наброшено на плечи, каштановые волосы развеваются за спиной, лакированная брендовая сумочка болтается на плече. В Токио таким никого не удивишь, но здесь, у храма Хигаси Хонган-дзи, на улочке Сёмэн-доори, где продают разные буддийские атрибуты, все совсем иначе. Хотя девушка со стройной фигурой и высоким ростом явно выделялась из толпы своей несколько андрогинной внешностью, напоминавшей звезд театральной труппы Такарадзука, никто из прохожих не обернулся на нее. Настроение у Хацуко Сирасаки незаметно испортилось. Так она и шагала в задумчивости, пока не очнулась у одного из местных заведений.
Полосатый кот, коротко мяукнув, приблизился к ней.
– А вот и Хирунэ. – Наклонившись, Хацуко медленно погладила кота по голове.
– Хацуко, это ты? – Коиси Камогава показалась на пороге и побежала к гостье.
– Давно не виделись! Я сегодня к твоему отцу. – Выпрямившись, Хацуко встретилась взглядом с Коиси.
– Что ж, заходи. У нас сегодня не убрано – прости, не ждали посетителей. – Коиси приоткрыла раздвижную дверь, позвав Хацуко за собой.
– Хирунэ, до скорого! – Хацуко помахала коту рукой.
– Сколько же лет мы не виделись? – Коиси подвинула ей алюминиевый стул.
– Вообще-то по работе я часто бываю в Киото, но с тобой мы и правда давно не встречались… – Сняв пальто, Хацуко бросила взгляд на потолок.
– В последний раз, по-моему, на свадьбе Акэми. А ты совсем не изменилась, Хацуко. Выглядишь по-прежнему шикарно. – Коиси внимательно осмотрела гостью.
– Ты тоже, Коиси. Все такая же талантливая девчонка Женского университета Киото Нисияма.
– Вот еще, – пожала плечами Коиси. – И чем все закончилось? Содержу эту доисторическую забегаловку, да и только.
– Спасибо большое! Соба сегодня была очень вкусная. – Хироси Фукумура, сидевший у барной стойки спиной к девушкам, поднялся с места.
– Очень рад. Ты, Хиро, небось не наелся? – крикнул с кухни Нагарэ Камогава.
– Все в порядке! Я ведь и сладкого соуса добавил – такое приятное чувство в животе от этого.
Улыбнувшись, Хироси положил на стойку монету в пятьсот йен.
– Береги себя! Прохладно сегодня, – подала голос Коиси.
– И тебе всего хорошего, Коиси!
Хироси дважды слегка похлопал ее по плечу и направился к выходу.
– Хороший парень? – Хацуко многозначительно взглянула на Коиси.
– При чем тут это? Это просто наш посетитель. Хироси держит суси-ресторан недалеко от нас, – слегка покраснев, ответила та.
– Ты ведь всегда любила суси, правда, Коиси? – Хацуко посмотрела Коиси прямо в глаза.
– Это что же, нас посетила Хацуко? – Нагарэ показался из кухни, вытирая руки о фартук.
– Здравствуйте, господин Камогава! Давно не виделись. – Хацуко слегка поклонилась.
– Почему же? – я почти каждый день тебя вижу, то в журналах, то еще где. Как будто и не расставались вовсе. А ты все такая же красавица. Надо же, вы ведь с Коиси вместе учились… – Нагарэ переводил взгляд то на дочь, то на Хацуко.
– Не начинай! Хацуко, скажи лучше, ты голодна? – с немного обиженным видом спросила Коиси.
– Я надеялась, что вы мне что-нибудь предложите вкусное. Не зря же вашу рекламу печатают.
По правде говоря, я с утра ничего не ела. – Хацуко облизнулась.
– На самом деле Хацу пришла к нам по делу. Сначала накормим ее, а потом все обсудим, – заключила Коиси.
– Что ж, тогда постараемся для нашей красавицы. Придется, конечно, немного подождать. – Нагарэ поспешил на кухню.
– Я вдруг вспоминила, ты ведь когда была у нас в последний раз, ресторанчик находился еще в районе Ситику? – Коиси положила заварку в чайник.
– Ты ведь сама мне рассказывала про новое место на свадьбе Акэми. Мол, переехали поближе к станции, чтобы было удобнее до вас добираться.
– На свадьбе я, конечно, была разговорчивой, но об адресе мы с отцом предпочитаем не распространяться.
– Как только я увидела объявление в «Деликатесах Сюндзю», меня будто озарило!
– У тебя, Хацу, всегда была хорошая интуиция. – Коиси долила в чайник кипятка.
– А мама?..
– Вон там, в дальней комнате. – Коиси повернула голову в указанную сторону.
– Можно к ней зайти?
– Конечно. – Коиси проводила Хацуко к домашнему алтарю, перед которым та опустилась на колени. – Мама всегда относилась к тебе как к еще одной дочери. В ее глазах я была младшей, а ты, Хацу, – старшей, несмотря на то, что мы одного возраста. – Коиси присела рядом с Хацуко. В глазах у нее заблестели слезы.
– Да, она всегда об этом говорила. Переживала, как бы нас ненароком не обманули нехорошие мужчины. – Хацуко зажгла ароматическую палочку и поднялась с пола.
– А еще она говорила, что ты из тех, кого обманывают, а я – та, кто обманывает. Как будто все зло – от меня. – Коиси нахмурилась.
– Это все потому, что я из провинции. Вот твоя мама и переживала за меня.
– Да ладно тебе. Если поставить нас рядом и спросить, кто из нас провинциалка, сто из ста скажут…
Девушки в один голос расхохотались.
– Надо же – смеются, как и раньше, в студенческие годы. Совсем не изменились. Прошу прощения за ожидание! Вот бэнто специально для нашей красавицы. В стиле «Сёкадо»[73]. – Нагарэ поставил на стол черную лакированную коробочку с крышкой. Хацуко тут уже уселась прямо перед ней.
– Я-то думала, что вы, дядюшка Нагарэ, профессиональный гурман. А оказывается, вы и готовите превосходно!
– Открой крышку.
– Я почему-то волнуюсь. – Хацуко обеими руками взялась за крышку и, подняв ее, громко вскрикнула: – Как здорово! Что это? Прямо как в традиционном ресторане. Это и есть «Сёкадо бэнто»? – Хацуко горящими глазами разглядывала содержимое коробочки.
– Его часто в журналах печатают. Знаю, ты привыкла к изысканным угощениям, поэтому сомневаюсь, понравится ли тебе.
Впрочем, выглядел Нагарэ вполне уверенным в себе – руки сложены на груди, глаза нет-нет, да и взглянут украдкой на гостью.
– Пап, я, конечно, понимаю, что ты глаз от Хацу оторвать не можешь, но надо же все-таки объяснить, что тут к чему, – настойчиво произнесла Коиси.
– И правда. – Словно придя в себя, Нагарэ перевел взгляд на коробочку с едой. – Итак, изначально «Сёкадо бэнто» – это расписанная коробочка для еды. Перегородки сделаны в ней крест-накрест. Начнем слева сверху – тут у нас закуски. Тонко нарезанная зимняя скумбрия, выловленная в поселке Вакаса[74], жаренные с сахаром и медом устрицы из Хинасэ[75], курица местного производства, зажаренная в кляре, крабы из порта Тайдза[76] с уксусом, вареная тыква из района Сисигадани – тоже местная, жареная мраморная говядина Оми[77]. Все порезано на небольшие кусочки – на один укус. Справа сверху – соленая треска с тушеными креветками и сладким картофелем.
У нас это блюдо обычно называют «имобо» – «картошка с треской». Я натер немного кожуры юдзу[78], выращенного у нас, в Мидзуо, в качестве приправы – так будет вкуснее всего. Справа снизу – сасими. Я проложил слабосоленого кафельника листами морской капусты, форель из Тоямы тонко нарезал и завернул с местной репой.
Я бы рекомендовал есть вместе с подсоленной морской капустой. Слева снизу – рис, тушенный в черепаховом супе. Вкус получился очень тонкий, поэтому можно есть его как обычный белый рис.