Хилимончик Руслан – Открой глаза громче (страница 14)
– Согласен. Страшно.
– Так что сейчас мне куда лучше, чем мертвому.
– Ой, не скажите. Тут я могу поспорить, – сосед весь подобрался, глаза его немного забегали, и он начал оживленно перебирать пальцами.
– Я не в том смысле. Я вам, конечно, верю. Я не о тех, кто вроде бы мертв, но живой… В смысле не как у людей, которые вдруг обнаруживают себя «мертвыми»… Стоп, я запутался.
– Извините. Я не хотел.
– Все нормально. А вообще мне, скажу по секрету, оказывается, жутко повезло. Говорят, я реально был на волоске от смерти. Жизнь, оказывается, порой поворачивается не так, как хотелось бы. И в какой–то момент признаешь, что хорошо, что она вообще повернулась. Вот где счастье. И тогда уж понимаешь, что возможно все. Только теперь хочется все это впитать так, чтобы больше не забыть. И к черту все то прошлое, когда я был мертв, куда приятнее ощущать себя живым.
– Ну, я пойду, наверное.
– Спасибо за беседу. А вы из какой палаты?
– Так мы же в одной палате лежим. Я Аркадий.
– Надо же, а я и не знал.
– Может это еще из прошлого? – усмехнулся Аркадий.
– Может… Ой, Аркадий, я вас очень прошу – можете занести поднос с тарелками. Хочется еще немного посидеть. Если вас не затруднит. Я Валере обещал.
– Да, без проблем. С Валерой лучше не спорить.
Кирилл дышал полной грудью – он смотрел как она поднимается и опускается. Воздух был вкусный, теплый, а под вечер с нотками каких–то непонятных ароматов. Он встал, прошелся вокруг скамейки, поднял руки помахал ими, потом сел и начал смотреть себе под ноги, наклонился, взял травинку, подсунул ее под муравья – муравей доверчиво на нее залез. Кирилл посмотрел, как муравей пытается освоить новый путь, но возле пальца тот остановился. Вдруг что-то вспомнив, Кирилл испуганно положил травинку на то же место. «Ага, ищи потом дорогу домой. Вдруг его там кто-то ждет», – подумал он. Потом он вдруг вспомнил красивые икры медсестры и глянул на свои ноги. Ходить, конечно, было приятно, но потом надо будет их помыть. А воздух был вкусный – Кирилл попытался его глубоко захватывать и глотать. В голове немного зашумело. Он закрыл глаза и тело как–то само легло на скамейку. Слышалось лето и где-то вдали очень кстати какая–то неразборчивая музыка. Кирилл не заметил, как задремал. Когда он открыла глаза, рядом сидела та самая медсестра. Почувствовав движение, она повернулась к нему.
– Я пришел к тебе с приветом, – начала она без всякого вступления. –
Рассказать, что солнце встало,
Что оно горячим светом
По листам затрепетало;
Рассказать, что лес проснулся,
Весь проснулся, веткой каждой,
Каждой птицей встрепенулся
И весенней полон жаждой;
Кирилл закрыл глаза и подложил руки под голову.
– Рассказать, что с той же страстью, – продолжила девушка. –
Как вчера, пришел я снова,
Что душа все так же счастью
И тебе служить готова;
Рассказать, что отовсюду
На меня весельем веет,
Что не знаю сам, что буду
Петь – но только песня зреет.
– А вообще я готов так просыпаться под шум ветра, под крики птиц, под дыхание лета. Но главное под такие слова… Мне все больше нравится жизнь.
– О, вы еще не слышали, как я пою…
– Может, это как раз то, что мне поможет себя вспомнить?
– Что ж так далеко загадывать? Пока впереди банальный полдник. Небось, на свежем воздухе аппетит все–таки разыгрался. Мне нравится, что у вас появляются некоторые традиции и вас уже не надо везде искать.
– Действительно проголодался, – Кирилл начал приподниматься и задел ногой тарелку – та зазвенела.
– Какому такому Аркадию? – удивилась Марина.
– В палате со мной лежит. Сосед.
– Аркадий? У вас в палате нет такого соседа.
– Что?! – испуганно взглянул Кирилл и чуть было не уронил тарелки.
– Да шучу я, шучу, – засмеялась Марина. – Вполне возможно он вернулся и поставил рядом. Может, передумал, а может у него свои дела нашлись. Кстати, а что же вы это так стихам удивляетесь, неужели никогда сами их не читали?
– Ну, почему же? В детстве в школе нас заставляли учить и изучать разных там поэтов, – начал было Кирилл и вдруг поправился. – Я так думаю. Как у всех, в общем.
– Вы думаете, поэты писали для детей? – не обратила внимание на запинку Марина.
– Никогда об этом не задумывался.
– Кстати, вам опять на процедуры пора. На массаж.
– Не больница, а курорт по оздоровлению.
– Скорее по реабилитации. Ведь вам это как раз сейчас и нужно.
– Ну, да… Может именно это все как раз мне и нужно… Правда, вечером все заканчивается.
– А что же вы хотели? Людям по домам надо.
– И что же мне делать?
– Давайте договоримся: вы, главное, приключений не ищите, хорошо. А то мы все–таки за вас отвечаем.
– Я как–то не подумал, – честно признался Кирилл.
– Здравомыслие никто не отменял. Но я так, на всякий случай сказала. Может, вы не забудете.
– Не, ну, конечно. Вы меня простите. Я действительно не подумал об этом.
– А что касается вечера, может что и придумается. Ну, вот как минимум можно на скамейке посидеть.
– Разве так можно?
– Ну, у нас же не тюрьма, я думаю. Давайте я возьму ваши тарелки, а вы на полдник и на массаж. Да побыстрее – а то свое время профукаете.
Глава 4 Очередная попытка рокировки
Игорь Валентинович посматривал на часы – он заметно нервничал. Ему хотелось быстрейшего разрешения дела, а оно не двигалось. Он к такому не привык. Все у него было под контролем и чаще всего он получал желаемое. Тут же – неприятный и неожиданный блок. Складывалось ощущение, что он вот уже готов был схватить быка за рога, но пальцы смыкались и проваливались еще дальше. Хуже всего было то, что все казалось банальным и простым. Что касается женского пола, ему казалось вообще должно спориться легко и по щелчку пальцев. Для внезапно нахлынувшей детской демонстрации он ими щелкнул и взглянул на дверь – было бы здорово, если бы она как раз вошла. Элегантное же решение, на самом деле, было. Не успел Виктор Петрович войти – почти по щелчку получилось, как Игорь на него обрушился с возмущением.
– Я не понимаю! Я просто не понимаю этой женской логики. Спрашивается – чего ей не хватает? Так нет же – все что-то не то, все какие-то отговорки.
– Что, никак? – Виктор сразу понял, о ком речь.
– Я вообще-то думал, что все улажено. Где уж там!
– И я о том же. Вроде бы все сказано, а действия совсем другие.
– А что, она даже словом не обмолвилась? – с надеждой спросил Игорь.
– Нет, работает как обычно.