Хиде Старк – Возрождение Феникса (страница 6)

Стрела выпала из ее рук.

– Что? Откуда ты…. Ты шпион Темных!

– Нет. – Эйден улыбнулся краем губ и на его щеках появились милые ямочки. – Просто посмотрел в твои глаза и все понял. И на твои руки тоже. – Он кивнул на перчатки, которые висели за ее поясом, а руки были обнажены, но даже не посинели.

Элиан сидела сверху него, смотря в его глаза. И не понимала, за что ей все это упало на голову. В голове было огромное множество различных мыслей, которые переваривались в голове, как в старом котелке. И она не могла найти ту фразу, которую хотела бы произнести сейчас.

– Ты была на охоте. Это твоя добыча. Нам следует отдать ее тебе. – Эйден повернул голову к окровавленной тушке кабана. – Или хотя бы поделить. Ты, наверное, живешь не одна, как я думаю.

Зимние гончие в это время, шевеля длинными острыми ушами, принюхались к девушке. Их мокрый нос дотронулся до ее щеки и Эл рефлекторно дернулась. Ее сердце от страха упало куда-то вниз.

Вблизи они казались не такими жуткими. Их шерсть была мягкой, пушистой, глаза умные и внимательные. Но пасть и клыки, с которых капала кровь, их белая шерсть, впитавшая в себя смерть живого существа, все равно это отталкивало Элиан от них.

– Ты думаешь, я тебе все на блюдечке принесу и расскажу? – Она фыркнула, медленно опустив свою руку. – Тебя вообще не должно касаться, кто я.

Он приподнялся, отчего их лица оказались в паре сантиметров друг от друга. Теперь Эл могла заметить кое-что особенное в его глазах. Это сталь, настоящий стержень, который приносил его глазам серьезность.

«У него есть цель. Он что-то или кого-то потерял» подумала про себя девушка. «Он сказал, что идет по следам Темных. Что это значит?»

– На снегу очень холодно лежать. Может ты слезешь с меня? – Эйден добродушно улыбнулся. На его щеках снова появились ямочки.

Элиан подумала, что он очень красивый, или же она просто никогда не видела парней своего возраста и не знала, с чем ей сравнивать.

От этих мыслей девушка едва вспыхнула и быстро встала с незнакомца.

– У меня нет времени на тебя. – Она покосилась на мясо и подняла свой лук. – Я заберу часть добычи и вернусь обратно. У меня каждая секунда на счету.

Эл быстро подошла к тушке животного и обрадовалась, что Зимние гончие не накинулись на нее. Они сильно потрепали бедного кабана.

– У них нет яда? – Осторожно спросила девушка, внезапно забеспокоившись. – Это мясо можно употреблять? Откуда ты вообще достал Зимних гончих, они принадлежат Темным.

– Можно, у них нет яда. Они просто собаки, только приспособленные для Вечной зимы. – Эйден потрепал их за ушком. Взглянул краем глаза на нее. – Когда я отправился в путь, они погибали, Темные оставили их на верную смерть, потому что они упустили кого-то. Пожалели. Животные умные – они чувствуют добро. Я им помог, у меня было с собой немного еды и трав. А когда они пришли в себя, то стали моими верными друзьями. Они помогают мне продвигаться вперед.

– Куда вперед? Что ж тебе в своей деревне не живется? – Элиан громко фыркнула, заправив за ухо выпавший волос. Она отрезала большой кусок мяса и подняла взгляд на него. – Хочешь сдохнуть?

– Нет. Я….

Он не успел договорить. Зимние гончие поднялись на четыре лапы, навострили уши и протяжно завыли, так, что по сердцу прошлась боль.

Псы подбежали к Эл, схватили ее за рукав и потащили за собой. Один побежал в сторону пещеры, где была Таура.

Элиан поняла, что что-то произошло. Сердце забилось так быстро, словно готовилось остановиться от страха в любой момент. Там же ее мама, она совсем одна. А если Темные, а если дикие звери…. Она боялась.

Не выпуская из рук лук и кусок мяса, девушка побежала домой, надеясь, что еще не слишком поздно.

Третье перо

Когда Темные вышли к потухшему костру, Эйден почувствовал, как все его тело замерло. Он боялся дышать, боялся шевелиться, боялся даже моргнуть. Чувствуя себя, как маленький зверек под взглядом хищника, как загнанный в угол кабан, знающий, что сейчас наступит его смерть, парень не мог отвести взгляда от чарующих глаз бездушных похитителей силы звезд.

Похожие на людей, но в черной одежде, которая так резко бросалась в глаза в этом белоснежном одеяле, высокие, жутко худые, словно больные анорексией. Бледное лицо с ярко выделенными скулами лишь сильнее выделяли их глаза. Любой, кто увидит их лицо – будет потерян.

У них были белые глаза, без единого пятнышка. Казалось бы, слепые, те, кто не способен видеть окружающий мир. Но Темные видели гораздо больше, чем обычные люди. Темные, существа, не имеющие души, они поглотили свет и силу ярчайших звезд, чтобы видеть все, что происходит в нашей вселенной, а особенно – на Земле, созданном ими мира, со своими правилами и со своими домашними зверями, имя которым «человек».

Эйден по своей глупости встретился взглядом с одним из Темных. Он потерялся в пустоте его глаз, почувствовал безумное отчаяние. Ему казалось, что в мире больше нет надежды, нет никакого шанса на спасение. Вселенная будет вся в Белом одеяле, Буря будет уносит все больше жизней. И белые, лишенные эмоций, глаза – они и отражают всю трагедию будущего.

Люди вымрут. Солнце больше не даст света. А на небе никогда больше не проплывут пушистые облака, похожие на овечек.

Все жители крошечного поселения людей у Белого каньона боялись Темных. Никто не бежал, никто не пытался схватить жалкое подобие оружия.

Лишь Раби, храбрый ребенок, который не понимал всего ужаса происходящего, хватался за руку своей бабушки, покусывал тонкие губы и тихо шептал:

– Бабушка, бабушка, кто это? Это «они»?

Звонкий голос отозвался в тишине и ударил по ушным перепонкам старой Лисы, которая уже видела этих существ, и не могла больше быть зависимой от своего человеческого тела, которое из-за инстинктов боялось Темных, как мышь боится кота.

Бабушка обняла младшего внука, спрятав его за свою спину. Хотела притянуть к себе и Эйдена, или же громко крикнуть, чтобы он пришел в себя. Но Лиса знала, что этого не нужно делать. Темные могли уничтожить все поселение из-за того, что она повысит свой голос.

Вместо этого, старая женщина опустилась на колени перед ними, дернув за собой ребенка.

Как самая старшая в поселении, она отвечала за всех, являясь в своем роде, Старейшиной поселения у Белого каньона. Прикрыв свои глаза пушистыми ресницами, последнее, что осталось от ее былой красоты, Лиса вежливо и тихо спросила у Темных:

– Великие, что привело вас к нам?

Темные, пол которых, если бы они действительно были людьми, можно назвать мужским, одновременно опустили свои лица на Раби.

– Мы не видел и не слышали, как он родился. Как и этот человеческий юноша, который уже вступил в переход во взрослую жизнь. Но мы видим, что он не Сияющий, ведь он уже не ребенок. – Они указали рукой на Эйдена, который шумно сглотнул. – Но он. – Они указали на Раби. Мальчик спрятался за бабушку. – Он отогнал Бурю. Мы увидели всплеск тепла и силы, которые скрыты в человеческом существе от силы звезд. Почему мы не видели его рождение?

– Великие. – Лиса не поднимала на них взгляда, смотря в одну точку на снегу. – Мой внук, Раби, родился во время Бури, которая унесла жизнь его отца и матери. А Эйден родился, не произнеся ни одного звука, отчего мы думали, что он мертворожденный. Возможно поэтому вы не смогли увидеть их и услышать. Эйден, мой старший внук, и Раби, мой младший. Он не те, кто вы думаете. Это просто дети, которые пережили Бурю в пещере. Прошу, не забирайте у меня их. – Бабушка уткнулась лбом в снег. Она чувствовала свое сердце, которое билось от страха. Страха, что у нее заберут внуков, единственных, ради которых она живет.

Темные оказались рядом с ней, а казалось, лишь сделали маленький шаг. Ледяная рука легла на ее плечо.

– Поднимись. – Они говорили одновременно, хотя руку положил только один. Лисе показалось, что у них даже не двигались рты, а голос звучал в ее голове.

Бабушка приподнялась, послушавшись их. Она не отдаст им своих внуков. Подняла взгляд на их лица.

– Люди, вы такие храбрые. Я удивляюсь вам. Так отчаянно хватаетесь на тонкую нить надежды. Так сражаетесь за своих детей, до последнего вздоха. Способные творить жизнь, вы отдаете гораздо больше, чем имеете. Лиса, которая не может представить свою жизнь без своих внуков. Лиса, которая так храбро сражается, не боясь смерти. Почему вы такие, люди? Ответь мне. – Рука Темного соскользнула с ее плеча, и он провел взглядом по всем людям в поселении и на остатки костра. – Все боятся. Все теряют надежду. Но Лиса боится лишь потерять. Разве стоит жизнь другого своей?

– Я отвечу вам, Великие. – Бабушка крепче сжала рукой Раби, которого не отпускала от себя. Мальчик молчал, но не плакал. Уткнувшись носом в спину старой женщины, он не поднимал головы. – Наши дети – продолжение нас. Они лучше, умнее, и сильнее, чем мы. Они и есть наша надежда. Дети – они рождаются в муках, они даруют нам счастье и любовь. И каждый отдаст себя детям. Мы не боимся смерти. Нам она не страшна. Нам страшно потерять наших детей.

Темные засмеялись. Их смех был жутким, вызывающим двойственные чувства. Хотелось поднять руки, закрыть уши, но одновременно с этим хотелось слушать этот смех. Он словно гипнотизировал.

Эйден вздрогнул от смеха и зажмурился, повернул голову и увидел, как Темные стоят у бабушки, а один и вовсе дотрагивался до ее плеча. Резко закрыв свои уши, парень хотел сдвинуться с места, подбежать к бабушке, но она словно почувствовала, что старший внук очнулся. Лиса подняла на него взгляд и едва покачала головой.