Хэзер Уэббер – В кофейне диковинок (страница 63)
– В меню я ее не видел, – осторожно подбирая слова, заметил Титус.
– Для постоянных клиентов мы делаем исключения. Как насчет лаванды? Или чая? – спросила Роуз с таким видом, словно каждый день предлагала посетителям такое. – Пробовал когда-нибудь?
Губы Титуса дрогнули: он явно изо всех сил пытался сдержать улыбку. И все равно она расцветала, словно нежный бутон под лучом солнца.
– Вообще-то да.
– Тогда у меня есть кое-что для тебя. Погоди-ка секунду.
– Тебя я готов ждать хоть до скончания веков!
На этом месте я чуть не лишилась чувств. Никогда не думала, что такое возможно! Мне казалось, это просто устаревшее выражение из сентиментальных романов. Но нет: я в самом деле чуть в обморок не упала!
Роуз обернулась к Титусу, и на секунду они словно забыли, что кроме них в мире существуют другие люди. Остались наедине в своем волшебном пузыре и безмолвно давали друг другу какие-то обещания. Мое сердце готово было взорваться! Эти двое заставили меня поверить, что «жили долго и счастливо» действительно существует. И что их именно оно и ждет.
Тут в кафе вошла женщина; растерянно огляделась, явно оказавшись тут впервые. Роуз с Титусом обернулись к ней, и романтичный пузырь лопнул. Роуз тут же опустила глаза, будто ее застукали за чем-то неподобающим, и снова занялась матчей.
Вскоре она поставила на стойку стаканчик с молочно-зеленым напитком, в котором гремели кубики льда.
– Айс-матча-латте с двойным эспрессо, чаем и лавандовым сиропом. За счет заведения – как постоянному клиенту. Чем еще тебя сегодня порадовать?
Я задержала дыхание. Даже новенькая не сводила с Роуз и Титуса глаз, догадавшись, что тут происходит нечто важное. Напряжение потрескивало в воздухе.
– Вообще-то кое-что есть, – отозвался Титус. – Роуз, я был бы счастлив, если бы ты согласилась со мной поужинать. Сегодня. Или завтра. Или в любое другое время.
Я покосилась на Эстрель и ухмыльнулась. Она наблюдала за ними, и в ее серебристых глазах танцевали искорки. Приятно было видеть ее такой радостной!
– С тобой я готова ужинать хоть до скончания веков! – объявила Роуз, вскинув подбородок.
Титус улыбнулся; она же прямо-таки просияла в ответ.
– Тогда сегодня я заеду за тобой в шесть? – Он взял со стойки свой модный напиток. – Спасибо! Это значит для меня гораздо больше, чем ты думаешь.
Кивнув Роуз, он направился к двери.
Мы все смотрели ему в спину.
– Мне стоит надеяться, что у него есть брат? – задумчиво протянула новенькая.
– Точно не знаю, – улыбнулась Роуз. – Но если есть, лучше хватайте его побыстрее.
Я вернулась за стойку, готовая помогать с новыми заказами. Роуз блаженно улыбалась.
– Ты ведь не встречаешься с мужчинами, которые гладят джинсы?
– Ава, я же сказала: иногда мы делаем исключения, – фыркнула она.
Я хохотала и никак не могла успокоиться, но вдруг дверь в кофейню распахнулась, и в зале стало тихо. Все звуки порывом ветра вынесло на улицу. Повисло молчание.
Я подняла глаза и задохнулась. Сердце сдавило. Голова закружилась.
Через зал шагал призрак.
Меня бросило в дрожь. Земля ушла из-под ног, накатила дурнота. Я услышала, как шепчу «Александр», и тут же отключилась.
– Я тебя ждала, – произнес голос.
Медленно приходя в себя после долгожданного сна, я моргала от яркого больничного света.
За окнами оранжевыми полосами горел закат. Голова болела, мысли мельтешили в голове на бешеной скорости.
Зевнув, я попыталась сесть.
– Хорошо еще, что утром вы выпили большую порцию горячего шоколада!
– Я же тебе сказала: день будет долгий, – отозвалась Эстрель.
Я поморщилась. В висках стучало. Видимо, я неплохо стукнулась головой, когда утром потеряла сознание в кофейне.
В ту секунду, когда в зал вошел призрак, моя жизнь изменилась навсегда.
Насколько я поняла, когда мне стало плохо, Роуз сразу вызвала скорую, а Эстрель поехала со мной в больницу. Она весь день была рядом, маячила где-то поблизости, когда меня обследовали в отделении неотложной помощи и подробно расспрашивали о состоянии здоровья. Ждала в коридоре, пока у меня брали анализы. И слышала, как я объясняла Дезу и Мэгги, что со мной не так.
Я открыла им часть правды. Но не всю правду.
Призналась во многом. Но не до конца.
Пока нет.
Кое-какие детали мне еще предстояло осмыслить самой.
– Не обязательно было ждать, когда я проснусь. Вы, должно быть, с ног валитесь! Поехали бы домой, отдохнули.
В больнице меня решили оставить на ночь, понаблюдать. Находилась она в Фоли, вдали от моря, и я уже скучала по плеску волн.
Эстрель сидела в кресле возле моей кровати. Она откинула вуаль, открыв лицо. На платье белела наклейка для посетителей.
– Мне вовсе не сложно было подождать, пока ты проснешься. Я несколько месяцев тебя ждала. Еще пара часов погоды не сделают!
Аккуратно, чтобы капельница не зацепилась за изголовье, я перекатилась на бок и взглянула на нее. Монитор за плечом фиксировал каждый мой вздох.
– Вы ждали меня несколько месяцев?
– С тех пор, как подложила наперсток в Уголок Диковинок.
Мои глаза округлились.
– Так это вы его туда положили? А как же Мэгги поняла, что его нужно отдать мне?
– Это пустяки! – отмахнулась Эстрель. – Гораздо важнее,
Расправив больничное одеяло, я высокопарно вопросила:
– Эстрель, почему вы подложили наперсток?
Ее губы чуть тронула улыбка.
– Потому что спланировала все заранее. Потому что всем нам отпущено на земле не так много времени, а я давно превысила все сроки. Ну же, не расстраивайся так! Никто не живет вечно.
– Но… Я не хочу, чтобы вы уходили.
Мне от одной мысли стало невыносимо грустно. Я успела так к ней привязаться!
Эстрель взглянула на меня с нежностью:
– Если хочешь, я постараюсь задержаться здесь подольше.
– Хочу!
О, я очень, очень хотела!
Эстрель кивнула.
– Так или иначе, я подложила наперсток в Уголок Диковинок, потому что поняла, что мне нужна протеже. Девушка, которая, возможно, однажды унаследует мой магазин. Вернее, не простая девушка, а особенная. Уникальная. Иная. Творческая натура с большим сердцем. Способная понять тонкую ткань жизни и замысловатые швы, которые ее скрепляют. Готовая полюбить этот город и его жителей так же, как я.
Я внимательно слушала, изо всех сил стараясь не потерять нить. И впервые в жизни не разозлилась из-за того, что меня назвали особенной. Наоборот, у меня появилось ощущение, что меня… заметили. И полюбили.
– В день, когда ты приехала, я увидела тебя перед входом в «Сороку» и поняла, что ты именно та, кого я ждала. Это меня удивило, а я, чтоб ты знала, не слишком часто удивляюсь.