Хэзер Уэббер – В кофейне диковинок (страница 62)

– Да, мэм! – Я никак не могла удержаться от смеха.

Было уже десять минут восьмого, и я начала снимать со столов стулья и опускать их на пол. Роуз же осталась за стойкой, готовясь к приему посетителей, которых за дверью собралась уже целая толпа.

Закончив со стульями, я обернулась:

– Готова?

– Более чем.

Я отперла замки и распахнула дверь:

– Доброе утро! Добро пожаловать в кофейню «Сорока»!

Титус важно шагнул внутрь, но от стойки его оттеснила хлынувшая в зал толпа. Свои дреды он сегодня забрал назад, надел рубашку с коротким рукавом и отглаженные шорты. А подарков на этот раз не принес. Сунув руки в карманы, Титус принялся изучать меню, которое наверняка уже знал наизусть.

Мы с Роуз занялись заказами, но, работая, она то и дело поглядывала на него. Потом наконец развернулась и сделала глубокий вдох, набираясь храбрости.

Титус поднял голову. Казалось, они смотрели друг на друга целую вечность, и вот наконец он шагнул к стойке. Но стоило ему открыть рот, как в кофейню вошла Эстрель. Титус осекся и снова отступил.

Очевидно, он хотел поговорить с Роуз без посторонних ушей.

– Доброе утро, мэм!

– Ты первый подошел. – Она указала рукой на стойку.

– Ничего-ничего. Сначала вы. Я настаиваю!

Эстрель понимающе улыбнулась, словно зная, почему он медлит. Сегодня на ней было свободное черное платье до пола с кружевным воротником. Когда она шла вперед, согнувшись крючком и ссутулив плечи, черный подол плавно развевался вокруг ее ног. И оттого казалось, будто она плывет над полом.

– Доброе утро, Эстрель! – Я уже доставала стаканчик. – Вы сегодня ранняя пташка!

Серебристые глаза блеснули из-под вуали.

– Как можно спать, когда вокруг происходят такие метаморфозы?

Метаморфозы… Вряд ли она случайно использовала это слово! Я посмотрела в окно, но, слава богу, монарха с белым крылышком не было видно. Конечно, эта бабочка вылупилась из куколки уже давно, но меняться не перестала. Оставалось только гадать, что случится, когда ее четвертое крыло полностью побелеет…

– Как обычно? – спросила я.

– Лучше большой. – Эстрель не мигая уставилась на меня. – День будет долгий и ветреный.

Я содрогнулась. Вчера Эстрель тоже предрекала бурю. Я думала, она имела в виду ситуацию с Мэгги. Получается, что-то еще должно было случиться?

– Что бы ни произошло, помни: после обязательно выйдет солнце, – сказала Эстрель.

– Может, вы уже прекратите?

– Прекращу что?

– Сами знаете что!

– Как я уже сказала…

– Да-да. Я помню: вы старая, и это ваш способ развлечься.

– Какая дерзость! – Эстрель покачала головой.

Роуз с ужасом смотрела на меня, видимо, ожидая, что я вот-вот заработаю дурной запах изо рта.

Я ободряюще улыбнулась ей.

Эстрели я не боялась.

Или, скажем, боялась, но не очень сильно.

Тем временем пожилая леди захихикала.

Я, закатив глаза, стала готовить для нее шоколад. И как раз ставила на стойку стаканчик, когда в кофейню вошли Хавьер и Редмонд. Редмонд, увидев Эстрель, хотел было улизнуть, но Хавьер схватил его за руку.

– Доброе утро! – хором поздоровались мы с Роуз.

Титус нетерпеливо вздохнул, отошел к доске и внимательно уставился на нее, внезапно воспылав интересом к кремовым пирожным от Грозного Элдриджа.

Эстрель пробормотала «доброе утро» и хотела было приложить кредитку к терминалу, но тут Хавьер ее остановил:

– Мы угощаем. В знак благодарности. Оказалось, гибкость лечит разбитые сердца!

Такой элегантный, в отглаженных слаксах и рубашке с галстуком, он так и лучился здоровьем! Редмонд же снова надел свой новый спортивный костюм. Видимо, воссоединение, которого все так ждали, наконец состоялось.

– Какая забота! – протянула Эстрель. – Ава, если не возражаешь, я возьму еще плюшку с малиной.

Редмонд открыл рот. Хавьер же только рассмеялся.

Я вытащила плюшку с витрины и положила на тарелку.

Эстрель теперь явно добрее смотрела из-под вуали; мне даже показалось, она прослезилась. Влажно блестя глазами, взяла шоколад, плюшку и пошла за свой любимый столик.

Я покосилась на Титуса, но он все еще стоял спиной к нам, и я улыбнулась Редмонду и Хавьеру.

– Что вам предложить?

– Айс-мокка на миндальном молоке и… кекс с корицей, – сказал Хавьер.

– А мне сегодня карамельный айс-латте. Навынос, пожалуйста! – отозвался Редмонд.

Я решила, что, пожалуй, запомню на будущее совет про гибкость. Ведь этим двоим он здорово помог! Оба слегка прогнулись, но не сломались.

Мы с Роуз быстро разделались с их заказом. И как только Редмонд и Хавьер направились к двери, Титус пулей полетел к стойке, чтобы больше никто его не опередил. Я отскочила в сторону, взяла тряпку и бросилась вытирать и без того чистые столы.

– Доброе утро, Титус! – Роуз вскинула подбородок.

– Привет, Роуз! Как съездила?

– Все было замечательно, пока не случилось непредвиденное. Слава богу, я наконец-то дома. Что тебе сегодня предложить?

Титус поскреб подбородок. Хмыкнул, фыркнул. И наконец выдал:

– Сегодня я возьму черный кофе.

Я так и замерла с тряпкой в руке. Черный кофе? Покосилась на Эстрель – та улыбалась, вскинув брови.

Роуз же взялась за заказ Титуса, только вот готовила явно не то, что он попросил.

– Черного сегодня нет. – Роуз лгала: обе кофемашины работали исправно. – Могу я предложить кое-что другое?

Я делала вид, будто по уши в работе, а сама не сводила с них глаз.

Титус в замешательстве склонил голову к плечу:

– Что же?

– Как тебе матча?

– Х-хорошо. А что, есть матча?

– У нас вообще-то приличное заведение! Разумеется, матча есть.

И тут я догадалась, для чего на самом деле Роуз ездила в Джорджию, и улыбнулась так широко, что заболели щеки. Конечно, родню она тоже навестила, но наверняка по дороге заскочила в какую-нибудь модную кофейню и узнала рецепт!