Хэммонд Иннес – Буря над Атлантикой (страница 12)

Он взял только что нарисованную карту, устало взглянул на нее, затем скомкал и бросил в коробку из-под печенья, которая служила ему мусорной корзиной.

– Одна из дюжины карт, которые я с легкостью мог бы воспроизвести – да, в погоде я разбираюсь… Кое-что я упомянул в книге… Когда этот антициклон расформируется, а его место займет циклон, возникнет совершенно другая картина. – Морган резко повернулся и уставился на карту, висевшую на стене: – Эти два циклона сближаются… Посмотрите-ка. Я уже получил достаточно данных, чтобы составить целостное представление. Они могут повести себя совершенно спокойно и существовать независимо друг от друга. Однако почему-то они беспокоят меня. Метеорология – на девяносто процентов точная наука, но десять процентов она целиком предоставляет интуиции, которая, разумеется, полагается на опыт. – Он издал короткий смешок и покачал головой. – Чувствуйте себя как дома, я соберу документы, которые намерен взять с собой, и через пятнадцать минут мы пойдем в столовую на ланч. Надеюсь, вы не откажетесь пропустить стаканчик со мной за компанию. Лично я совсем не против.

Я уселся поудобнее и рассеянно смотрел, как он снимает показания с приборов. Морган расхаживал по комнате, продираясь сквозь волочащиеся за ним телеграфные ленты, запустил баллон для измерения высоты, что-то записал на специальных метеорологических бланках, продиктовал по телефону сводку Питриви. Я же неотрывно думал о Яне, пытаясь вспомнить, каким он был в девятнадцать лет, когда мы расстались. Тогда он носил форму со свеженькими, белоснежными сержантскими нашивками на рукаве. В последний вечер он зверски напился, а через неделю его отряд послали из Клайда в Северную Африку – началась операция «Факел».

– Вы не могли бы мне дать листок бумаги? – обратился я к Моргану и, когда тот протянул мне планшет, принялся по памяти рисовать портрет Яна.

Результат оказался тем же, что и при предыдущей попытке в моей студии, когда этот омерзительный канадский ублюдок дышал мне в затылок. Мне стало интересно, чем Лейн занимается теперь и не нагрянет ли сюда, чтобы придать гласности свое расследование и разоблачить Брэддока.

Мне не хотелось думать об этом. Дикое безрассудство Яна всегда граничило с буйством. Еще до истории с тем лейтенантом в Африке, который поплатился сломанной челюстью, Ян иногда впадал в бешенство и становился совершенно неуправляемым. Громила Нейл Макнейл, помнится, свалился замертво от удара веслом. Он поплатился за то, что застрелил тюленя. В этом и я был косвенно виноват. Мне было жалко тюленя, и, кипя праведным гневом, я бросился на Нейла, получил мощный удар в пах и с воем рухнул на дно лодки. Ян расправился с обидчиком по-своему. Потом в Глазго на фабрике его прозвали Черным Яном из-за смуглой кожи, темных волос, а главное – взрывного, мрачного характера и надменности. Его подкараулили как-то вечером, но Ян избил троих полицейских и скрылся. Тем же вечером он пошел добровольцем в армию.

– Это же Брэддок! – услышал я возглас, приподнял голову и обнаружил, что Морган недоуменно уставился на мой набросок.

– Да, Брэддок, – подтвердил я. Теперь мне придется называть его Брэддоком и даже думать о нем как о Брэддоке. Я сдернул лист с планшета, скомкал и швырнул в коробку из-под печенья.

– Он выглядит здесь значительно моложе.

– Не обращайте внимания, я просто пытался убить время.

Морган испытующе, проницательно взглянул на меня, кивнул и вернулся к столу. Это было недвусмысленное предупреждение. Мне следовало быть начеку. А еще Лейн мог заявиться на север.

Клиф Морган подошел к барометру, потом метнулся к столу, что-то там доделал. Наблюдая за ним, я насторожился: в каждом его жесте сквозило скрытое напряжение. Морган ринулся к окну и бросил взгляд на индикатор скорости ветра. Зазвонил телефон.

– Хорошо, Майк, как только освобожусь. – Он повесил трубку. – Я должен доложить полковнику Стэндингу сводку погоды! Он не проявлял ни малейшего интереса, пока светило солнышко, но теперь, когда сыро и задул штормовой ветер… – Морган пожал плечами. – Вы познакомились с полковником Стэндингом? Нет? Тогда я вас представлю. Алек Робинсон сказал, что вы хотели бы попасть на Лэрг: вам потребуется разрешение Стэндинга.

Ровно в двенадцать явился насквозь промокший второй метеоролог, подчиненный Моргана, спокойный, уравновешенный мужчина, который добродушно улыбнулся, когда нас познакомили. Его звали Тэд Сайкс.

– Я слышал, Ронни полетел на Лэрг. Какая видимость?

– Двадцать – тридцать. Скорость ветра двадцать пять узлов.

Клиф Морган натянул куртку и вытащил из кармана галстук.

– Меня бы туда палкой не загнали. – Сайкс порылся в кипах телеграфных лент на столе. – Брэддок с ним?

– Да.

– Надеюсь, все обойдется, – кисло пробормотал Сайкс.

Нетрудно было заметить, что сложившаяся ситуация не нравилась обоим метеорологам. Клиф Морган стоял у стола, завязывая галстук и с тоской поглядывая на серую муть за окном. Дождь барабанил по стеклу.

– Надо вывезти пострадавшего.

– Слышал.

– Остается надеяться на лучшее. – Морган отвернулся, надел плащ, мы вышли под проливной дождь и, перепрыгивая через лужи, побежали в лагерь.

– Лучше и не заговаривать о том, чтобы лететь на Лэрг. Для этого требуется специальное разрешение, а кому охота возиться? Вот морем – пожалуйста. Я полагаю, что Стэндинг легко согласится. – Из-за ветра до меня доносились лишь обрывки слов. – Наверное, завтра. Только будет сильная качка, вы как ее переносите?

Когда я заявил, что провел одиннадцать лет на флоте, он кивнул:

– Все в порядке. Увидите завтра Лэрг без прикрас. Забавно, что я там ни разу не был. С самого начала хотел туда обязательно съездить, но не было времени, а теперь базу сворачивают…

Мы дошли до административного корпуса.

– Вам могут предложить сделать несколько набросков эвакуации. Стэндинг не особенно жалует незваных гостей, но он сам немного рисует, творческая личность, так сказать. Говорят, что дома у него есть несколько неплохих вещей. Обнаженная натура в основном. Не порнография, не подумайте: действительно недурно написано.

Стэндинг ждал нас в кабинете. Высокий, немного сутулый мужчина. Худое, серьезное лицо без тени улыбки, очки, тонкие, плотно сжатые губы. Мне он показался холодным, угрюмым человеком. Его длинные нервные пальцы ни на секунду не оставались без дела: он то ворошил бумаги, то играл логарифмической линейкой или нервно постукивал по столу. Клиф Морган рекомендовал меня как художника, который хотел бы посетить Лэрг, но я удостоился лишь кивка и беглого взгляда. Здесь же находился Фергюсон, но Стэндинг был озабочен только прогнозом погоды. Он выслушал доклад Моргана, мрачно глядя в окно, рама которого потрескивала под порывами ветра. Вид из окна открывался гнетущий – унылый коричневый казарменный барак, свинцовое небо и непрекращающийся дождь.

– Сможет Адамс вывезти раненого? Вот все, что я хочу знать.

Стэндинг не взглянул на Моргана, а продолжал уныло пялиться в окно, только пальцы выбивали громкую дробь.

– Адамса здесь нет. Я спрашиваю вас, Морган.

– Я метеоролог и снабжаю пилотов необходимой информацией, а решения они принимают самостоятельно.

– Знаю, но каково ваше мнение?

Клиф пожал плечами:

– Как повезет. На что они могли надеяться, отправляясь на Лэрг?

Его валлийский акцент усилился из-за нарастающего раздражения.

– Вы присутствовали, когда Адамс принял это решение? Майор Брэддок приказал ему подняться в воздух?

– Нет, конечно. Все зависит от пилота, вы знаете.

– Хорошо. Поставим вопрос по-другому. Адамс решился бы, если бы не надо было спасать раненого?

– Нет.

Полковник Стэндинг вздохнул, потянулся за логарифмической линейкой и принялся снова ее крутить.

– Две человеческие жизни и дорогая машина… – Он смотрел на линейку, как будто пытался точно подсчитать, во сколько обойдется возможный ущерб. – У капитана Фэрвезера есть все необходимое, не правда ли? – Стэндинг посмотрел на адъютанта. – Я имею в виду: госпиталь еще работает?

– Сэр, но там можно оказать только первую медицинскую помощь, и капитан Фэрвезер не хирург.

– Однако он врач. Если возникнет необходимость в операции, мы свяжемся с шотландским командованием и обеспечим ему консультацию хирурга. – Стэндинг уронил линейку. – Свяжитесь с Адамсом. Прикажите ему немедленно возвращаться, раненого не брать. Что с десантными кораблями? Стрэттон более опытный капитан. Где находится 8610?

– Он миновал Саунд-Хэррис в девять тридцать утра. Если прилив начнется вовремя, он вскоре подойдет к берегу.

– В Саут-Форд.

– Да. Они могут причалить в двух местах. Если вы припоминаете, сэр, как раз для такого случая майор Брэддок приказал оставить подразделение на старом полигоне. 4400 покинул Лэрг с тем же отливом через три часа после Стрэттона. Он должен быть в Левенборо уже сейчас; если его там нет, то по причине незначительной поломки в одном из насосов. Наверное, слегка задержался.

– Сколько часов ходу отсюда – два, три?

– Полагаю, два. Я проверю, если хотите.

– Нет, у нас нет времени. – Стэндинг вновь забарабанил по столу. – В сущности, это ничего не меняет. Он ближе. Жаль, что капитан Кэлведон, а не Стрэттон, но ничего не поделаешь. Пусть радист передаст, чтобы 4400 разворачивался и прямиком шел на полной скорости обратно, чтобы эвакуировать пострадавшего.