Хэлла Флокс – Заветное желание, или Замуж за Мороза (страница 2)
– Клава, у тебя всё будет, обязательно. Ты ещё ребёнок. Тебе рано думать о таком. У тебя должны быть детские желания… игрушки там… куклы, – кажется, он пытался переубедить меня, но я стояла на своём. Ведь я уже всё решила!
– Нет, дедушка. Мне не нужны игрушки. Кто–то нуждается в них больше, чем я. А я хочу не просто замуж. Я уже нашла жениха. Мне надо, чтобы он дождался меня. Он просто старше.
– И на сколько? – вопрос Деда Мороза прозвучал настороженно.
– На тринадцать лет. Ему немного ждать придётся, всего десять лет! – я улыбалась, веря, что Дед Мороз поможет моей тайной влюблённости.
Дедушка снова закашлялся. Наверное, заболел.
– И кто же этот счастливчик?
– Он начальник моего брата. Морозов Давид Матвеевич.
И снова Дед Мороз закашлялся. Я вскочила, хотела подать дедушке стакан воды, что заметила на большом стеклянном столе, но не успела, до нас донёсся разъярённый голос брата…
– Клавка, твою ж, паршивая девчонка, – Лёшка влетел в кабинет, а я шмыгнула за кресло.
А потом брат долго разговаривал с Дедушкой Морозом. Участь быть отшлёпанной меня не постигла. Мороз уговорил Лёшку не ругаться. После чего мы поехали не домой, а, как выяснилось, к самим Морозовым. Да-да, тем самым, сыном которых был мой будущий муж. Ох, сколько восторга я испытала в ту Новогоднюю ночь.
Чёртов костюм, в котором жарко и тяжело! Чёртова подушка, сделавшая меня похожим на огромного увальня. И зачем я её напялил? Хотел умереть от удушья? У меня скоро начнётся аллергия на перья! Чёртовы борода и усы! Как же хочется вырвать их вместе с кожей.
И я бы сделал это с огромным удовольствием, но обещанное чудо для маленькой Кудряшки стало для меня непреодолимым препятствием. Даже шесть часов, проведённых в этом пыточном костюме, не заставили меня снять его.
С такими мрачными мыслями и дурацкой улыбкой, спрятанной в бороде, я вёл своих гостей к порогу родительского дома.
Когда наша компания ступила на крыльцо, двери открылись, и появилась мама. До Нового года оставалось всего пара часов, и она уже была нарядно одета: макияж, яркая красная помада, которая особенно выделяла её удивлённый рот.
– Даа… – начала она. Но я перебил её тяжёлым басом, который, как мне казалось, должен был принадлежать Деду Морозу.
– Дедушка Мороз! Вы совершенно правы, Вера Павловна, – пробасил я, пряча усмешку в усы. Мама вздрогнула, и её глаза стали похожи на новогодние шарики, украшавшие нашу ёлку – круглые, блестящие, сантиметров по пять в диаметре.
– Дед–душка Мороз? – её голос звучал до непривычного изумлённо. Ну ещё бы, ведь это был первый Новый год после моих четырнадцати лет, когда я вернулся домой не второго января, да ещё и с гостями.
Правда, пришлось долго уговаривать этих гостей, особенно мужскую половину. Я даже пригрозил лишением премии, чтобы упрямый, но талантливый работник айтишного отдела, Алексей Михайлов, позволил своей сестре почувствовать себя окружённой заботой. Я хорошо знаю Алексея, можно сказать, как себя. Отец всегда ставит его мне в пример: мол, смотри и учись, парень потерял родителей, воспитывает сестру, работает и учится, и при этом работает лучше всех. А ты, мол, даже на работе не появляешься чаще одного раза в месяц!
Но об отношениях отца и сына позже…
Что ещё я знаю про Алексея? Что он практически живёт на работе. Поэтому догадаться об одиночестве ребёнка, что остался на его попечении, было нетрудно. А я просто не мог допустить, чтобы эта кроха грустила в Новогоднюю ночь. Вот и привёл их к себе, несмотря на традицию встречать Новый год с друзьями. Сам не понимаю, что во мне переклинило, но хочу, чтобы девчонка улыбалась. И первый шаг сделан – стоило Клаве узнать, что Новый год она будет встречать не в кровати, улыбка не сходила с румяного лица. А Алексей был зол и недоволен, но мне, честно говоря, было плевать. Я впитывал эмоции кудрявой крохи.
– Вера Павловна, я привёл вам гостей. Знакомьтесь, – положив руку на плечо парня, подтолкнул вперёд, – это Алексей. Ваш сын теперь будет у него в помощниках.
На моё заявление не только мать пришла в шок, но и сам будущий начальник. Стоит и хлопает своими опахалами, за которые любая девчонка удавится.
А что я такого сказал? Ну да, мне двадцать пять, и до некоторого момента я даже и не задумывался о работе. А зачем? Образование есть, место папочкиного заместителя в собственной фирме тоже всегда будет моим. А потом и фирма.
Отец хоть и промывает мозги, типа надо работать и так далее, но сам противоречит себе. Меня никогда не принуждали ни к учёбе, ни к работе. Мне даже порой кажется, что ворчать на меня – это своего рода оправдание для отца.
В нашей семье четверо детей, и я, самый младший, пожалуй, и самый любимый. Сестра и брат давно живут своими семьями, у них свои фирмы и стабильный доход. А я всё ещё не могу улететь из родительского гнезда. Да и зачем? Родителей всё устраивает, меня тоже.
Я иногда посещаю совещания, но зачем надрываться, если всё за меня делают? Знаю, я избалован и сижу на золотом стуле, но сегодня что-то изменилось… Я понял: этот стул всегда будет моим, но я ничего не сделал, чтобы его заслужить – это был подарок. И теперь я хочу доказать самому себе, что могу оправдать своё имя и заработать на своё кресло.
Наверное, на меня повлияло восхищение в глазах Клавы, когда она рассказывала о своём брате. Мне тоже захотелось…
Я посмотрел на кудрявую малышку, которая со счастливой улыбкой разглядывала снеговика, который был выше её ростом. Лет десять назад этот снеговик подарил нам отец какой-то знакомый – наверное, самому ему некуда было его поставить, а у нас места много. Целая веранда во владениях морковного носа! Теперь каждый год он встречает гостей с распростёртыми объятиями.
Клава кружилась вокруг снеговика, её взгляд был таким внимательным, будто она пыталась запомнить каждую деталь, чтобы сохранить её в памяти. А когда она будет сидеть у камина в старости, рядом с таким же старым дедушкой, она будет рассказывать ему об этом снеговике. Почему-то на месте этого дедушки я вдруг увидел свой профиль с седой и лысоватой макушкой.
Я тряхнул головой – в ней просто не укладывалось второе желание кудряшки:
Да все нормальные отцы и матери боятся подпускать ко мне своих дочерей, и это несмотря на солидное наследство. А она замуж…. Что эта кроха нашла во мне? А самое главное, когда? Ведь в семейной компании я появлялся редко. Да и слухи, что ходят обо мне как о шалопае, папочкином сыночке, что только и умеет тратить деньги, навряд ли могли обойти детские ушки. Ведь многие не воспринимают меня всерьёз. Хотя я с отличием окончил институт и прекрасно разбираюсь в делах компании. Но как показать свои знания, когда за тебя выполняют всю работу? Вот я и стал тем, кем стал…. И сомневаюсь, что с лёгкостью завоюю доверие коллектива.
Да уж, не думал, что меня когда-либо будут волновать такие задачки.
Но когда Клава заявила, что желает меня в мужья, я видел в её глазах неподдельное восхищение, именно восхищение, а не детскую влюблённость. Даже при рассказе о брате, её глаза так не сияли. А может это была гирлянда?
Но не важно!
В те минуты я осознал, что когда Клава вырастет и посмотрит на меня разочарованными глазами, я не смогу смотреть на себя в зеркало. Ведь эта кроха что-то увидела во мне, и я не хочу оказаться недостойным чувств этой маленькой кудряшки…
Да, в первую минуту я был ошеломлён. Кто бы мог подумать, что мне загадают меня же… Но с каждой секундой я понимал: мне безумно нравится тот блеск в глазах малышки. Она рассуждала как взрослая, и это подкупало, заставляя меня чувствовать себя никчёмным мальчишкой, которому давно пора повзрослеть. А раз я сам это понял, значит, не всё ещё потеряно.
Когда Клава загадала мне два желания, то исполнила моё, о котором я даже не подозревал. Эта девочка дала мне цель в жизни, и эта цель вызывала улыбку на моём, временно бородатом лице.
– А это Клава, – я мягко подтолкнул девочку к матери, остановив Алексея, который пытался спрятать сестру за спиной. Да, с таким строгим начальством мне придётся нелегко, а ещё и невесту искать… Обещал же! Но кто клюнет на этот сухарь?
Стоит только представить, какой тип девушек может понравиться Алексею, как в голове сразу возникает образ серой мышки в очках с широкой оправой. И я даже знаю, кому нужно позвонить. Хотя, конечно, уверенности в положительном ответе от этой гостьи нет.
В голове уже вырисовался план действий, и чтобы начать его воплощать, нужна помощь матери. Например, она должна пригласить гостей в дом, чтобы я мог продолжить свою игру.
Я сделал голос чуть грубее и громко произнёс, играя накладными бровями:
– Вера Павловна, почему вы не приглашаете гостей в дом? Клава, наверное, голодна.
Это был весомый аргумент для мамы. Она тут же забыла о своём удивлении, подхватила малышку и профессионально увела её знакомиться с остальными членами семьи.
– Не переживай, твою сестру никто не обидит, – сказал я, видя, как Алексей нахмурился ещё сильнее.
– Зачем всё это? – он спрятал сжатые кулаки в карманы. Я сделал шаг назад.
Нет, я не трус, но осторожный. Парень на взводе, и лучше не махать красной тряпкой перед быком. Тем более, моё сравнение не так уж далеко от истины. Я в красном, он зол до дыма в ушах. Но я не мог замолчать. Я хотел донести до него, что Клава должна испытать, что такое семья и веселье.