Хэлла Флокс – Маруська (страница 5)
– Что за лапшу вы навешали на уши моей матери? И зачем вам моя сумка? – возмутилась я.
Но кто бы мне ответил! Вместо ответа меня бесцеремонно забросили в салон машины и заблокировали двери.
– Добрый день, – неожиданно прозвучал грудной бас.
Я подпрыгнула на месте, но завизжать не успела: вовремя увидела водителя и нашла на ком сорвать зло. Не раздумывая, полезла через все сиденья к нему, намереваясь расцарапать если не лицо, то хотя бы лысину.
– Вы считаете это добром? Выпустите меня немедленно! Вы соучастник преступления!
Но меня снова не стали слушать. Водитель засуетился, что‑то тыкал на панели – и в итоге спрятался за подъёмной тёмной перегородкой.
Только сейчас я обратила внимание, куда меня упрятали. Похоже, это какой‑то «Мерседес». Я не разбираюсь в их моделях, но просторный салон, четыре отдельных кресла и столик между ними меня удивили. Я люблю наш трейлер и другие подобные машины, а тут прямо мини‑офис на колёсах!
Не успела я потыкать во все кнопки и опустить столик между сиденьями, как Македонский решил присоединиться.
– А я тебя предупреждал, что лучше сразу спрятаться от этой ведьмы! – хохотнул он, присаживаясь в кресло напротив и стучась к водителю.
Довольная улыбка бывшего начальника вызывала раздражение и желание стереть её. Я с особым удовольствием устроилась в кресле поудобнее, а на свободное место рядом с хозяином машины положила босые ноги с остатками подсохшего песка – ведь мне не дали возможности обуться.
На ногтях красовался чёрный лак с рисунками костей и черепов – мои мальчики постарались. Они любят рисовать и мечтают заниматься татуировками. В качестве тренировки я предложила им оттачивать мелкую моторику на маникюре.
Эти проказники с радостью взялись за дело – лишь бы напакостить. Но, как ни странно, мне понравилось: получилось очень красиво. Я даже купила им набор для тату с временными красками – втайне от родителей. Набор хранился у меня, так что ребята могли практиковаться только у меня и на мне.
Вот и ноги я им доверила: думала, после лака они нанесут что‑то в том же стиле – и не просчиталась. Теперь не только ногти, но и пальцы украшали черепа и кости, а извилистые чёрные нити, идущие от ногтей, оплетали ступни, словно босоножки. Рисунок уже потускнел и стал похож на какую‑то заразу – что было мне на руку.
Македонский проследил за моими ногами и сначала состроил брезгливую мину, но, присмотревшись, изменил выражение лица – его брови скрылись под тёмными волосами.
– Оригинально!
– Благодарю, старалась! – ответила я.
Дальше он продолжил меня удивлять: сбросил ботинки, стянул носки и положил свои длинные ноги на кресло рядом со мной. Наши ноги образовали букву «Х», но он оказался джентльменом – просунул свои под моими, чтобы не давить немалым весом.
– Тоже люблю после рабочего дня расслабиться, – сказал он.
Я была в шоке – и, честно говоря, до сих пор не могла из него выбраться с тех пор, как увидела Македонского сегодня.
– Что‑нибудь выпьешь? – спросил он и открыл мини‑бар.
– Ага. Что‑нибудь, что вернёт меня в реальность: я проснусь дома в своей кровати, а вы со своими замашками неандертальского человека исчезнете.
– Вполне понятное желание, но волшебный эликсир закончился, – невозмутимо ответил Тимочка, продолжая копаться в мини‑баре. Наконец он вытащил бутылку. – Могу предложить холодный зелёный чай с ромашкой – говорят, успокаивает нервы, – и протянул мне бутылку.
Но, видимо, мелькнуло не только в голове, но и на лице: иначе зачем ему резко одёрнуть руку, когда я потянулась за бутылкой? Пить, впрочем, хотелось всё сильнее.
– Не будем рисковать, – хмыкнул он, отвинтил крышку и поднёс бутылку к моим губам.
– Вы издеваетесь? – бросила я риторический вопрос, сложила руки на груди и отвернулась. Но жажда от этого только усилилась.
– Ну что ты, милая, я просто остерегаюсь последствий. Не хотелось бы обзавестись фингалом или ледяной водой на голове.
Македонский снова попытался напоить меня из своих рук. Я опять отвернулась.
– Либо так, либо никак, – отрезал он, и игривость в его голосе сменилась твёрдостью. Я подчинилась.
Мужчина аккуратно приподнял бутылку, внимательно глядя на мои губы. Я глотала медленно: чай был ледяным, не хотелось застудить горло. Когда я попыталась взять бутылку сама, он перехватил мои руки одной своей ладонью и мягко прижал к моим ногам. К счастью, дорога была ровной – он не облил меня.
Почему я мирюсь с таким поведением? Странный вопрос. Мне это… нравится. Его властность и эти самые «замашки неандертальца» будоражат. И в то же время немного страшно – эта его уверенность и отточенность действий пугают.
ГЛАВА 4 Об отработке и новой роли
– Что меня ждёт? – спросила в лоб, когда напилась успокаивающего чая. Только вряд ли он поможет.
– Я же сказал. Из‑за тебя, девушка, что служила мне «прикрытием» от матери и других дам, – Македонский поморщился, словно противоположный пол был для него самой чумой, – бросила меня. Так что теперь это твоя роль! – сказал он с такой счастливой миной, будто умножил своё состояние в пять раз.
– И что же, она вас так и оставила на растерзание? Или она была не в курсе, что всего лишь прикрытие? И дала волю чувствам, как увидела вашу расцарапанную р…, пардон, лицо, уличив вас в измене? – это всё я выпалила на одном дыхании, а внутри происходило нечто непонятное.
Мне придётся играть роль его девушки перед его матерью и всей семьёй? А сомнений не было, что соберётся всё семейство Македонских. Ещё и девок от него отгонять?!
– Я вижу, ты уже представила себе эту отработку. Тогда теперь о главном, – и этот… этот г… гад стал расстёгивать ремень! А я даже шевельнуться не могла, только мысли в голове зашкаливали, пересекая грань привычности моего радара из ряда вон выходящих ситуаций.
– Вы сдурели? – вырвалось самое приличное, что носилось в моей бедной черепной коробке.
– Не без этого, милая Мариам! – ухмыльнулся гад ползучий и снял штаны, сверкая великолепно накачанным торсом и боксёрами небезызвестной марки…
Что под последними я тоже оценила и сделала засечку в уме, что надо быть поосторожнее с этим мужчиной.
Я сидела и просто пребывала в таком шоке, что словами не передать. Где его стыд? Сидит тут передо мной с почти голым задом. А я даже глаза захлопнуть не могу, они попросту не закрываются, опасаясь не пропустить продолжение стриптиза.
– Позади твоего кресла сумка, подай, пожалуйста, – невозмутимо произносит Македонский и по‑царски взмахивает рукой.
Просто не могу не подчиниться – тело действует самостоятельно, ведь мозг ещё в шоке. Не разворачиваясь, тянусь рукой за кресло и вытаскиваю на свет требуемое.
Расстегнув замок, мужчина вынимает цветастые шорты и надевает. Затем приступает ко второй части стриптиза.
Блин, попкорна не хватает. Я уже более‑менее пришла в себя и просто наслаждаюсь зрелищем. В принципе, всё правильно. Ну не ходить же мужику в мокрой обуви и штанах. И уж тем более белая рубашка с пиджаком не смотрится с летними шортами.
А тем временем перед моими глазами предстал шикарный торс. Ну что сказать, я поражена в самое сердце!
– У вас там родимое пятнышко, – ляпаю очередную глупость, указывая пальчиком в нужном направлении. Можно подумать, он не знает своего тела. – На сердечко очень похоже. Под грудью… правой.
– Я в курсе, – ухмыляется он и наконец прячет всё великолепие под белой футболкой, возвращая мне мой рассудок. – Такое же и на заднице есть, на правой ягодице, – зачем‑то уточняет он, и я не теряюсь, требую показать.
Ну а что, коль я его девушка, значит, должна знать все подробности и расположение всяких примечательных деталей. Вдруг у него мать привередливая и будет просить доказательств? Так и объясняю свою просьбу. А этот мужчина, уже не знаю, как его ещё обласкать, взял и повернулся ко мне полубоком, оголяя правую ягодицу с родимым пятном!
– Странный вы человек, Тимочка! – произнесла в мамушкиной манере и откинулась на спинку сиденья, закрывая глаза. Как бы сердечко‑то своё не обронить. А то от количества последних стрессов оно выпрыгнет из груди.
– Обычный, – тянет он.
А я чувствую, как его ноги проскальзывают под моими. Снова решил устроиться поудобнее.
– Обычный не стал бы показывать свой зад при второй встрече.
– Некоторые и при первой показывают. И не только…
– У некоторых первая, она же и последняя встреча, проходит не для тех целей. У нас же с вами, так сказать, вынужденные отношения.
– Ой, скажи ещё, что тебе не понравилось!
Я молчу. Правду же сказал! А подтверждать это дрогнувшим голосом я не собираюсь. Сижу, молчу, жду расслабления, чтобы собрать себя в кучку после сбивающих эмоций.
Но оно не приходит. А не успевает, потому что на меня вываливают информацию, как должна себя вести его девушка:
Во‑первых, идеально выглядеть!
Во‑вторых, не перечить при чужих. Если есть какие‑то возражения, то высказывать наедине. Уметь поддержать беседу на светских тусовках, знать, где нужно промолчать. В‑третьих, не смотреть на других мужчин. Ну ещё несколько пунктиков в том же духе.