Хельга Цвек – Мелодия моего мятежа (страница 3)

Я кивнула и пожала им руки.

– Может пойдем, выпьем чего-нибудь? – предложил Томас – время у нас еще есть. Бар должен быть внутри клуба.

Мы отправились ко входу. Там уже образовалась небольшая очередь.

Чтобы заполнить неловкую паузу, я спросила:

– А кто хоть играет сегодня?

– Тебе что, Оливия не сказала? New Order, слышала их? Они этой осенью свой первый альбом на «Фабрике» выпускают.

– На фабрике? – удивление в моем голосе вызвало у Томаса улыбку.

– «Фабрика» – это звукозаписывающая компания. Независимая. «Фабрика Рекордс».

– Ааа, ясно, – протянула я, хотя ничего мне было неясно.

Томас, видимо, это понял.

– Вы Joy Division хоть знаете? – он посмотрел на нас с Оливией как на маленьких глупышек.

– Они были крутыми! – вставил Уильям. И поправил очки.

– Некогда нам музыку слушать, Томас, мы же в выпускном классе. Вот сдадим экзамены, тогда и нагоним вас – попыталась отшутиться Оливия.

– Блин, ну вы даете! В городе у вас под носом творится история, буквально музыкальная революция, а вы и не в курсе!

Тут кто-то толкнул Оливию.

Она обернулась и встретилась взглядом с еле держащейся на ногах девушкой. Выглядела та не лучшим образом: яркий макияж размазан по лицу, начес из волос стоял колом. Наверное, полбутылки лака ушло. Ее ноги были обтянуты колготками с множеством дырок, а на черном платье собралась дорожная пыль, словно она где-то повалялась в нем. Облако перегара обдало нас, когда она заговорила:

– Сигаретки не найдется?

– Не курю, – ответила подруга и отшатнулась от незнакомки.

На лице Оливии явно читались омерзение, ужас и страх.

– Вот, держите – Томас достал пачку «Пэлл-Мэлл» и протянул девушке.

Она достала одну сигарету.

– Пасиб, чувак!

– Не знала, Томас, что ты куришь – проблеяла Оливия.

– А что такого, – Томас пожал плечами и убрал пачку.

Я посмотрела на подругу. Оливия была напряжена. Ей явно было не по себе в этой атмосфере, среди подпитой молодежи в черной одежде. Многие в очереди курили, а табачный дым она не выносила. Некоторые компании не спешили заходить внутрь клуба. Они устроились снаружи: не обращая внимания на мусор повсюду, уселись прямо на землю, прислонившись к стенам здания. Мой взгляд упал на одну из собравшихся групп. Они громко смеялись, курили сигареты и передавали по кругу бутылку с чем-то крепким. Неожиданно я почувствовала зависть. У меня никогда не было подобной свободы. Да и компании у меня никогда не было. Только Оливия.

– Девушки, проходите, а мы за вами – наша очередь подошла, и Томас любезно пропустил нас вперед.

Мы с Оливией очутились в темном помещении клуба. Освещена была лишь сцена, на ней настраивались музыканты. За нами шли Томас и Уильям.

– Леди желают что-нибудь выпить? – Томас шутливо нам поклонился, чем вызвал улыбку Оливии. Первую за весь вечер.

Подруга заказала безалкогольный пунш.

Ребята посмотрели на меня.

– А вы сами что будете?

– По пинте пива выпьем.

– Тогда и мне тоже.

Оливия уставилась на меня.

– Нам же завтра с утра в школу, забыла?

– Ой да не будь занудой. От одной пинты ничего не случится.

Мы устроились около бара, Оливия с Томасом завели какую-то беседу. Элементарная вежливость требовала заговорить с Уильямом. Видимо, у него в голове были те же мысли. Он начал:

– Как дела в школе?

Хуже вопроса было придумать сложно. Я мысленно вздохнула и пожелала себе терпения.

– Замечательно! Просто чудесно. А где ты учишься? Расскажи о себе немного.

Но мне не пришлось слушать скучное досье Уильяма. Музыканты наконец настроились, свет погас и в зале воцарилась выжидательная тишина.

– Берите напитки с собой, пойдем поближе – предложил Томас. Мы послушно двинулись за ним.

Музыканты появились на сцене, и зал взревел от восторга, приветствуя любимую группу. От этой энергии у меня пробежали мурашки. Прихлебывая пиво, я наблюдала как они занимают свои места. Любопытно, в группе оказалась одна девушка. Она вышла с гитарой. Я отметила, что выглядят они куда более сдержанно чем их фанаты: никаких ирокезов или начесов, вместо странной одежды посетителей – обычные брюки с рубашкой у парней, у кого-то даже галстук. Девушка тоже особо не выделялась. Наверное, Уильям под их стиль косит, – подумалось мне.

И тут началось.

Перегруженный звук гитар в унисон с ударными окатили меня вибрирующей волной. Звук был оглушительно громким, и с непривычки я даже испугалась, что оглохну, но постепенно мои барабанные перепонки привыкали и к звучанию, и к громкости. Внезапно эти Уильямы с гитарами словно обрели какую-то неведомую силу и магнетизм. Они буквально преобразились и стали кем-то иным. Один из фанатов сзади облил нас своим пивом, но я даже не отреагировала. Как завороженная, я смотрела на сцену и вслушивалась в каждую ноту. Я не знала, что музыка может быть такой. Мрачной, ироничной, манящей, освобождающей. В этот момент я будто познакомилась с частью своей сущности, дремавшей где-то глубоко внутри меня. Но только я начала постигать что-то важное, параллельно хмелея от пива, как Оливия все испортила.

Она потянула меня за рукав куртки и закричала мне на ухо, от чего мне снова показалось, что я глохну:

– Не могу здесь находиться! Это отвратительно! Меня облили пивом! Поехали домой, Фло!

– Да ладно тебе, тут не так уж плохо! – заорала я ей в ответ.

Оливия зажала уши руками и кивнула в сторону выхода.

Мы отошли подальше от сцены и наконец смогли нормально поговорить.

– Фло, поехали – заверещала подруга. – Если я тут останусь, у меня начнется паническая атака. Эта музыка ужасна, а эти люди пугают меня.

Говоря это, она правда задрожала мелкой дрожью.

Я вздохнула. Уезжать совершенно не хотелось.

Тут подошли Томас и Уильям.

– У вас все в порядке? – спросил Томас.

– Мне просто немного нехорошо. Мы, пожалуй, поедем домой – промямлила Оливия.

– В таком случае, я провожу. Ты же не против, Оливия?

Она слабо кивнула.

У меня появилась надежда.

– Раз Томас тебя проводит, я, пожалуй, могла бы остаться.

Оливия округлила свои и без того большие глаза, явно пытаясь этим взглядом сказать мне то, что не решалась сказать при парнях – «ты с ума сошла, если хочешь добровольно остаться в этом гадюшнике!»

Но я упорно делала вид, что не замечаю ее намеков.

Тогда Оливия пустила в ход другой аргумент:

– Одной добираться по ночному Манчестеру тебе будет небезопасно.

– Я могу ее проводить, – подал голос Уильям.