Helga Duran – Опасные игры. Между двух сердец (страница 23)
– Понимаю лучше, чем ты думаешь. И не вздумай жаловаться на меня Гоше. Хотя… Мне плевать.
Я отпустила её руку, прошла мимо наверх, в свою комнату.
Дверь захлопнула с такой силой, что с полки упала фарфоровая статуэтка и разлетелась вдребезги.
Моя мать не даст мне теперь житья, но уходить мне пока было некуда. К тому же, находясь здесь, я могу хоть как-то шпионить за Гошей и быть в курсе его дел.
Это и мой дом тоже. Уйти – значит показать свою слабость, сдаться.
С другой стороны, я ведь ничего не могу сделать. Совсем ничего.
А Костя может. Пусть не сейчас, но чуть позже. Я верю в него, потому что больше ни кого другого не осталось.
Глава 23. Валерия
Я стояла перед зеркалом, затягивая застёжки на косухе. Кожа облегала талию, подчёркивая каждую линию. Чёрные обтягивающие лосины обалденно смотрелись на моей заднице. Не зря же я убивалась в спортзале на тренировках?
После стычки с мамой мне как никогда хотелось развеяться и сбежать от своих проблем хоть на несколько часов.
Но даже не это было главное, а то, что я проведу этот вечер с Костей.
Это просто защитная экипировка, – пыталась убедить себя, поправляя налокотники. Но чёрная кожа, обтягивающий низ, и особенно это новое кружевное бельё под всем этим выдавали правду.
Возможно, для Кости это было обычной поездкой на мотоцикле, я же собиралась на самое настоящее свидание.
Телефон завибрировал, и моё сердце забилось чаще.
"Лера, привет. Буду через 20 минут."
Сообщение от Кости. Короткое, сухое, без смайлов, но моё лицо растянулось в глупой улыбке.
Я быстро накрасила губы лёгким блеском. Не броским, но заметным. Проверила, не вылезают ли пряди из-под шлема. Потом сняла шлем и нервно покрутила его в руках.
Боже, я как школьница на первом свидании.
Грохот мотоцикла услышала раньше, чем он подъехал. Когда я вышла, Костя уже ждал. Он курил, прислонившись к своей "Бэхе".
– Ого, – он оглядел меня с ног до головы, и в его глазах мелькнуло что-то, отчего стало тепло внутри. – Выглядишь… серьёзно.
– Спасибо! – я сделала шаг ближе, стараясь казаться уверенной.
Я очень хотела впечатлить Барсова, и у меня это получилось. Он тоже выглядел стильно и брутально в своей кожаной куртке и армейских берцах. Как же здорово мы будем смотреться на мотоцикле вместе!
– Поехали?
Костя отшвырнул окурок и надел шлем. Двигатель взревел, когда мы рванули вперёд.
Ветер бил в визор шлема, дома мелькали как в калейдоскопе, но я чувствовала только широкую спину Барсова, к которой прижималась, и его потрясающий запах.
– Куда едем? – крикнула я ему в ухо, когда мы остановились на светофоре.
– Увидишь!
Люди соседних машин уставились на нас, и я с наслаждением ловила на себе эти взгляды. Чувствовала себя королевой всех байкеров в этот момент.
Костя свернул на просёлочную дорогу. Лес по бокам становился гуще, воздух слаще. И вдруг длинная полоса из бетонных плит.
Костя остановился и заглушил двигатель.
Я сняла шлем, оглядываясь по сторонам.
– Где это мы?
– Старый военный аэродром, – пояснил Барсов. – Хочешь за руль?
Я охренела от его предложения.
Конечно, я хотела. Ещё как хотела. Но даже представить не могла, что Костя доверит мне свой мотоцикл. Тем более, после того как я призналась, что у меня нет водительского удостоверения.
– А ты… – от волнения у меня голос задрожал и сорвался. – Ты не боишься, что я разобью твой мот?
– Нет, – твёрдо ответил он. – Я же рядом. Садись!
Он пересадил меня вперёд и снял с меня шлем. Свой он тоже положил в траву. Я догадалась, что это для того, чтобы лучше слышать друг друга.
Его грудь плотно прижата к моей спине, а руки зажимают в кольцо, охватывают меня с обеих сторон, крепко держа руль. Я должна сосредоточиться на дороге, но все мои мысли растворяются в его тепле, в его дыхании, которое обжигает шею.
– Ты слишком резко газуешь, – его голос низкий, хрипловатый, прямо в ухо.
Губы едва касаются мочки, и по спине пробегает горячая дрожь. Я сжимаю бёдрами бак мотоцикла, чувствуя, как каждый его вдох заставляет его живот напрягаться и расслабляться напротив моей поясницы. Его бёдра прижаты к моим. Твёрдые, уверенные, слегка подталкивающие меня при каждом повороте.
Первые минуты за рулём были сплошной паникой. Ладони моментально вспотели, облепив рукоятки руля. Ноги неуверенно искали подножки, будто впервые учились ходить.
– Сконцентрируйся, – Костя смеётся, и в его голосе слышится лёгкая хрипотца.
Как я могу концентрироваться, когда моё тело так явно реагирует на него? Когда я чувствую каждое его движение, каждый намёк на напряжение в мышцах?
– Расслабь кисти. Байк сам тебя поведёт. Представь, что он – часть тебя.
Я кивнула, сглотнув ком в горле. Плавно отпустила сцепление, добавила газа…
И мир взорвался.
Ветер ударил в лицо, срывая с губ непроизвольный крик – не страха, а восторга. Деревья по бокам взлётки слились в зелёные полосы. Рёв мотора подо мной казался голосом живого существа, которое слушалось каждого моего движения.
– Медленнее на повороте! – крикнул Костя, но я уже сама почувствовала, как мотоцикл кренится, и инстинктивно перенесла вес тела. Машина послушно легла в вираж, будто читала мои мысли.
Боже.
Это было как полёт. Как свобода. Совсем не то, что сидеть пассажиром, даже прижавшись к его спине. Здесь всё зависело только от меня – скорость, траектория, риск.
Мы остановились на конце полосы. Я заглушила двигатель, и вдруг наступившая тишина оглушила.
– У тебя получается, – тихо сказал Костя.
Я обернулась и залипа на его лице. Волосы взъерошены, редкая улыбка, ямочки на щеках. Я не могла говорить. Просто трясла головой, ощущая, как сердце колотится где-то в горле. Пальцы сами разжимали руль с неохотой, будто не желая расставаться с этим ощущением.
Начало темнеть. Мы отыскали наши шлемы, потом сидели на куртках, пили терпкий чай из термоса Барсова и говорили. Обо всём и ни о чём.
– Где ты научился ездить на мотоцикле? – спросила я Костю.
– На войне. Я служил в отряде штурмовиков. Мы нашли в одном гараже мотоцикл, ну, и я… – Костя говорил медленно, растягивая слова, словно воспоминания ранили его. – Один раз мы брали жилой дом. Двое суток не могли подступиться ни с одной стороны и выбить пулемётчика. Я на байке прям в подъезд залетел, представляешь?
– И вы победили? Взяли дом?
– Угу.
Я хотела спросить, где сейчас тот мотоцикл, цел ли? И что случилось с его ногой? Но в этот момент его рука нечаянно коснулась моей.
Мы оба дёрнулись, как от удара током.
Наступила неловкая секунда, а потом его сильные руки обхватили мою талию, резко притягивая к себе. Я не успела опомниться, как уже сидела верхом на Барсове, бёдрами ощущая его напряжённую мускулатуру сквозь тонкую ткань легинсов.
– Барсик… – мой шёпот сорвался, когда его губы нашли мои.
Это был не тот робкий поцелуй в его квартире. Это было что-то ненасытное, горячее, влажное, требовательное. Его язык вторгся в мой рот, и я ответила тем же, впиваясь пальцами в его волосы.
Я почувствовала его твёрдого, явно возбуждённого, под собой и невольно прогнулась, прижимаясь к нему ещё сильнее. Между моих ног вспыхнул огонь, а внизу живота заклубилось горячее, тягучее желание.