Хелен Тодд – Сумрачный город (страница 16)
Он нежно сжал ее ладонь своими руками.
Непривычная, но подкупающая забота. Ани улыбнулась, чувствуя, что ей становится легче. Они сделают все, что зависит от ведьмаков зеркальных знаков. И… отчего-то теперь в отличие от исполнения предсказания с получением магии интуиция твердила – все получится.
Может, потому, что на этот раз от них мало что зависело. Не так много, как в прошлый. Так казалось. И Аннетт поддавалась этой иллюзии.
Тревога всегда тянет на дно.
– Ступай домой. Я справлюсь сам.
Ани была уверена, что Тодор видит ее усталость, чувствует, как из нее ушла магия. Поэтому не сопротивлялась, не отказывалась от помощи.
– Спасибо.
Коротко кивнула и, давно переняв привычку не прощаться, переместилась.
До бала Полнолуния оставалось три дня.
Глава 7
Бал Полнолуния
С каждым днем магии становилось больше. Аннетт с трудом контролировала ее, стараясь выплеснуть излишки в короткие перемещения и защиту города, но к вечеру Хеллоуина источник Нордвуда вновь передал много сил.
Паутина улиц скрывалась в вечернем сумраке. Под ногами шуршали опавшие листья. Этой ночью все покрылось ледяной коркой, и черные ботинки Ани скользили по необработанным участкам брусчатки.
Ее дежурство вот-вот закончится. Еще час, и Тодор откроет бал Полнолуния, пряча жителей в чертогах Лавки Зодчего от нападения проклятых.
Совсем рядом с Аннетт, возле узкой резной двери, стоял мужчина. Он, зябко кутаясь в тонкий плащ, раз за разом называл пароли, чтобы попасть в библиотеку Нордвуда, уходившую под землю и соединенную тоннелем с другими зданиями Лавки.
– Одно сердце, сотня фасадов, – произнесла Ани.
Мужчина здесь явно работал недавно, об этом свидетельствовала магическая метка с коричневым свечением. Она переливалась, поэтому, чтобы рассмотреть ветвистое дерево, стоило подойти.
– Что, простите? – Незнакомец испуганно обернулся.
– Пароль: «Одно сердце, сотня фасадов», – пояснила Аннетт, и на плаще заблестел такой же символ, означающий, что она тоже состоит в городской службе.
Пока мужчина размышлял над тем, как поблагодарить гостью, чтобы не выглядеть совсем неловко, дверь книжного архива отворилась.
– Ступайте, второй раз с подсказкой вас не пустят.
– Если меня не уволят, то обращайтесь за помощью. Меня зовут Марк Арестин.
Ани не ответила, мужчина исчез в проеме, и тот захлопнулся, чтобы никто не успел зайти следом.
Лавка Зодчего оберегала своих посетителей, но каждому показывалась по-своему. Она необъятная часть города, создающая свои тоннели и порталы под землей. Единое целое, сотворенное магией. Что-то спрятано от любопытных глаз, что-то пугающе знакомо, а что-то иногда вызывает тепло и чувство защищенности.
Почти все здания были открыты, некоторые запечатаны паролем, а несколько самых важных скрыты под незаметными фасадами, в которых дверь появлялась, только если гость был связан магией с этим местом.
Иногда Аннетт казалось, что Лавка Зодчего живая. Сколько бы улочек и соединений ни было прорисовано на карте, всегда появлялись новые. Таинственное, темное и мрачное, с одной стороны, и безопасное – с другой, это место будто играло с жителями, но никогда не причиняло вреда.
Каждый Хеллоуин Тодор организовывал бал или маскарад, создавая вокруг Лавки барьер, ведь Нордвуд в эту ночь был опасен: мертвые ступали по улицам, а с ними появлялись и проклятые, желавшие заполучить как можно больше душ. Неважно, живых или призрачных.
– Я скрашу твое одиночество, если зайдешь со мной в лабораторию с зельями.
Голос Алана прозвучал настолько неожиданно, что Аннетт отшатнулась, поставила защитное заклинание и только после этого поняла, кто перед ней.
– Мне нельзя покидать улицы, я на дежурстве, – хмуро отозвалась Ани.
Она задумчиво изучала заговорщическую улыбку Алана. Сегодня он оделся в черное. Единственным светлым элементом в его образе был клетчатый шарф с белыми вставками. И разноцветные стаканчики с горячими напитками в руках.
– Ты выпьешь ореховый раф, а я в это время отделю цветочную паутину, пока Медовые Созвездия не завяли.
Последнее время Алан работал в отделе зельеварения. И теперь после работы доделывал настойку, которая поможет ослаблять действие темной магии. Им, а в особенности Эмме с Анри, она очень пригодится.
– А что, если нападение?
– Ты почувствуешь, да и без содействия стражников не обойтись, сегодня же вечер Хеллоуина. Проклятых будет много. Так же, как и ловушек. Ани, пойми, отдавая свою жизнь ради призрачной возможности защитить, никого не спасешь. Мы барьер, но не оружие. – Алан говорил спокойно, но в его интонации едва заметно читалась усталость.
– Я не могу прямо сейчас. Последние полчаса, и потом в лабораторию.
– Хорошо, тогда пройдемся пешком…
Алан сделал глоток из своего стакана и протянул руку. Ани покачала головой, слабо улыбнулась и не стала отказываться от теплых жестов – вложила в его ладонь свою.
Пусть дежурство закончится чем-нибудь приятным… Владельцы зеркальных знаков защищают Нордвуд по собственной воле, и Аннетт хотелось верить, что жертвовать собой ради других не так больно, как казалось в самом начале.
Пустынные, продуваемые колючим прибрежным ветром улочки затянул туман. Грозовое небо нависало над крышами, и крошечные огоньки праздничных вывесок напоминали Ани догорающие угольки. Хеллоуин для нее никогда не был веселым праздником. Она не разделяла радости от мерцающих гирлянд, диковинных сладостей разнообразных и немного чудовищных форм, витрин с желтыми лампами и тематических костюмов.
Пусть в оранжевой пестроте мрачность Нордвуда на время исчезала, но Аннетт знала, что скрывалось вдали от горящих тыкв и громкой музыки.
Проклятым нет дела до Хеллоуина, их манят призраки, блуждающие по городу в поиске приглашающих свечей, оставленных на подоконниках домов, и неосторожные живые, слоняющиеся ночью.
– Как Джин?
Этот вопрос все время вертелся на языке, но Ани не решалась его задать. С сестрой Алана она почти не общалась… А ведь Джин-Рут – часть его семьи и важна ему.
– Пришла в себя, сказала, что развеется на балу Полнолуния, выпьет немного пунша и насладится музыкой. После Зазеркального мира она больше ценит простое и обыденное.
– Ей нужна помощь? – Ани спросила, уже зная ответ.
– Нет, Джин справится сама. На этот раз сама. Она чувствует почву под ногами, может мечтать. Мечты рассеивают мрак. Пусть научится их осуществлять.
Алан достал из кармана кулон-оберег, подаренный сестрой, сжал его в ладони и положил обратно.
– Хорошо, – тихо сказала Аннетт, радуясь, что Алан в какой-то мере стал свободен.
От нее не ускользнули его тоска и сожаление. Злость, скорее всего, на самого себя – он отпустил сестру, осознавая, как той будет сложно. Зато теперь Джин-Рут была не камнем, тянущим ко дну, а таким же попавшим в беду пловцом.
Алан выбросил картонный стаканчик в урну и подошел к широкой двери со стеклянными вставками.
– Сказания города туманов.
Название книги – пароль. Последнее время он стоял в нескольких зданиях, и Ани никак не могла понять почему, ведь это небезопасно. Пока не увидела, как Алан выбирает из вспыхнувшего списка рассказов один из последних. Если ей не изменяла память, то эта история была о ведьме-травнице.
– Ты первая.
Алан отступил, позволяя Аннетт пройти к открывшимся дверям, чтобы потом закрыть их изнутри заклинанием.
– У меня где-то был маковый рулет и булочка с корицей, хочешь? Наверняка ничего не ела.
– Я перекусила в кафе возле отдела стражников, там делают чудесные круассаны с разными начинками. Приглашаю как-нибудь прогуляться там, узнаешь, какие на вкус бутерброды в слоеном тесте.
– Завтра сходим вместе.
Пока Аннетт задумчиво рассматривала плавающие в воздухе магические огоньки, шары подлетели к Алану, помогая разглядеть небольшие бутоны, именуемые Медовыми Созвездиями.
Один из них завис почти возле рук, чтобы мягко осветить колбы с зельями и тонкие стебли с крошечными синими лепестками.
Алан надел шелковые перчатки, защищая свои руки от волосков, свисавших с цветков почти невидимой паутиной. Так крошечный ворс не передаст яд коже, и пальцы сохранят чувствительность.
– Я соберу волосы растений, выложу сушиться и проведу тебя. – Алан говорил, но был полностью вовлечен в процесс. Важно было сделать это сейчас, когда соцветия перед увяданием наполнены токсином.
– Хорошо, – тихо ответила Аннетт.
Зелье стоит потраченного на его создание месяца. Раньше было легче контролировать магию. Поэтому Ани села в обитое изумрудным бархатом кресло, перевязала лентой густые темные волосы и откинулась на спинку. Пара минут отдыха и спокойствия.
– Подашь деревянную доску?
– Да… – растерянно ответила Ани, пытаясь найти ее в просторном помещении, уставленном шкафами, стеллажами и приборами на огромной столешнице.