Хелен Кир – Спартакилада. (страница 4)

Оборачиваюсь на Машу. Та, как всегда, закатив по дебильному глаза, начинает рекой лить комплименты.

— Ах, Адам Александрович, приветули. Ну какой же красавец, как всегда, прям огонь.

— Машка, опять начинаешь? — притворно сердится дед, но ему приятно.

Маша хохочет, и я, пользуясь случаем и тем, что деда прибывает в хорошем настроении, состроив страдательно-просительное лицо, канючу.

— Дедунечка, а дашь нам свою машинку? — мимимишно хлопаю ресницами.

Дед на мгновенье замирает и молчит, ничего не говорит. Делает вид, что глухой.

— Дед!

— А?

— Дашь?

— Чего?

— Тачку свою!!!

— Кому?

— Мне!!!

— Ааа. Зачем?

— Пирожков в ней пожрать!

— Так ешь дома!

— Дед!!!.Ну, дедаааааа.

Аргументы заканчиваются. Не даст, блин, наверное.

— Да, Ладка! Да на черта она тебе? — точно не даст — возьми свою, она и маневренней, и вообще- говорит мой скупердяй быстро-быстро.

Так, последний рывок. Складываю ладошки на груди и чуть не выдавливаю слезу.

— Ну, хороший мой, ну самый распрекрасный, ну дай хоть разочек еще.

Дед делает скорбное лицо, вздыхает тяжело. Тачка для него святое, все, что угодно отдаст, ничего не жаль, но Мерендос …, блин, не даст.

А нет, чудо случилось, протягивает ключи.

Я визжу и подпрыгиваю от восторга, Маша вместе со мной.

— Я не поцарапаю и нигде не стукну. Обещаю! — торжественно клянусь я.

— Ага, Лад. Слышал уже как-то.

Зараза! Вспомнил. Но когда это было. Триста лет назад, теперь то я ого-го водитель. Посылаю ему воздушный поцелуй, а дедуня печально смотрит нам вслед.

Выбегаем с Марусей и прыгаем в зверя с разбега. Салон, как космический корабль. Нежнейшая кожа, удобный руль, а кресла обнимают и создают нереальный комфорт. Класс! Чинно выруливаю с территории поселка. Я же прилежный водитель, да и деду спокойнее. Но наблюдатели позади. Значит можно.

Врубаем музыку на всю, и я топлю педаль в пол. Огонь! Зверь-машина. Нет, не огонь, огнище, сука! Погнали.

5

Подъезжаем к роскошному загородному компклексу, в котором проходит наше студенческое празднество. Впечатление грандиозности пронизывает от самого входа. Выбираемся с Машкой из такси и неспеша идем в гущу событий. По пути восхищенно присвистываем. Ну как присвистываем, ну в смысле думаем, что присвистываем. Небольшая аллея застелена красной дорожкой, вдоль которой стоят золоченые столбики, связанные атласной лентой. На растущих деревьях висят звезды из фольги разного размера и привязанные к ним перьевые ручки, чтобы каждый пришедший мог вписать туда свое имя. Вот это да! Мы немедленно оставляем на них свои имена. Вечеринка в стиле «Голливуд».

Хотя нет, ошиблись.

Идем дальше и с удивлением отмечаем, что места зонированы и украшены каждое в своем стиле. Главная площадка переливается диско-шарами, которые крутятся и мерцают неоновым загадочным цветом. Везде яркие светящиеся гирлянды. Звучит громкая музыка, за пультом известный диджей. Некоторые уже танцуют.

— Надо срочно найти коктейли — говорю Маше.

Та уже нетерпеливо подпрыгивает и перебирает стройными ножками, не терпится влиться в бурлящее веселье.

— Согласна, двигаем быстрее, пока все не выпили — торопит она меня.

Я кручу головой по сторонам в поисках столов.

— По-моему там, идем, Марусь — тяну ее за руку.

Мы подошли и взяли по коктейлю. Стоим, болтаем, осматриваем публику. Кто есть, какие люди. Их очень много, просто волнующееся море. Рассмотреть кого-либо сложновато, но все же находим своих ребят, которые весело нам машут и кричат, что через секунду присоединятся.

Отдельной стайкой стоят выпуски прошлых лет. Вот это парни! Брутальные, привлекательные, видно, что нашли свое место в жизни, потому что успех бьет из них фонтаном. Около них крутятся девочки с нашего курса, отчаянно строят им глазки, в надежде получить внимание.

Скольжу дальше взглядом по толпе. Вижу Спартака со своей пассией. Он стоит в расслабленной позе, обводит скучающим взглядом всех присутствующих. Медленными движениями ведет руками по талии Светы, которая, обвив его руками, прилипла, как пиявка и трещит без умолку. Спартак чуть заметно морщится. Мне даже жаль его, еще бы, выдерживать такой набор жеманства и бесперебойной трескотни. Бррр! Не могу не отметить, что он прекрасно выглядит в своем черной модном льняном костюме и белой футболке с растянутой горловиной, светлые кеды подчеркивают его образ. Света, как всегда, супермини с анатомией на выход. Удивляться нечего.

Не могу оторваться, рассматриваю их, хотя делать этого не надо вообще. Спартак замечает меня, и я, алкоголь, видимо, ударил в голову, салютую бокалом. Он не моргает, а через секунду притягивает Свету к себе и целует. Я вижу его язык. И все это он делает, не сводя с меня взгляд. Уффф! Пфффф! Ну неприятно, блин! Слава небесам, что в этот момент к нам подходят однокурсники и загораживают Спартака и Свету. Теряю их из вида. И хорошо, с глаз долой.

Нам очень весело, наперебой перебиваем друг друга, рассказываем смешные истории и не забываем усердно чокаться бокалами.

— Девочки, а вы видели, кто при шел и прошлых выпусков? — спрашивает Кристина, понизив голос. — Посмотрите налево — скашивает глаза и прикусывает губу, мечтательно вздыхает.

Мы, как по команде, начинаем туда пялиться. Причем все и сразу.

— Да хотя бы по одной смотрите, дурынды — шипит Кристина.

Та стоят офигенные парни, из которых брызжут самоуверенность и материальное благополучие, а им только года по 23, не больше. Отпрыски богатеньких семей решили посетить свою альма-матер, еще и проплатили большую часть банкета. Среди них вижу парня, который пристально меня рассматривает. Осматривает с головы до пяток, такое ощущение, что тактильность чувствую, даже через взгляд. Он задержался на моих ногах и прищелкнул. Я, в свою очередь, стояла и не двигалась, поражаясь тому, как глазел парень. Так пялят в надежде на что? Что я должна сделать, растаять и отдаться сразу? Закончив биг-визуализацию имени меня, он облизал свои губы, глядя на мои, потом кивнул в сторону. Наверное, выбор одобрен, пока в номера. Восхитившись наглости мажора, я отвернулась и продолжила общение с друзьями.

Мы продвинулись ближе к танцполу. Под зажигательные треки Маша начла вытворять черт знает что, кошачьей танцующей походкой подошла ко мне и утащила в гущу людей. Ладно, Маш, я согласна, потанцуем. В середине отжига я ощутила чьи-то руки на своих бедрах. Отлично, кто такой смелый? Развернулась и увидела того мажора.

— Привет! — у парня было игривое настроение и вид покорителя сердец.

— Давай по-хорошему? Нет! — расставляю приоритеты сразу, но пока улыбаюсь.

— Ты девочка «нет»? Люблю таких — склоняет лицо к моему уху.

— Я не люблю таких, как ты — парирую.

— Усложняешь, да? — вскидывает он брови.

— Я вообще не простая — дерзко улыбаюсь, в надежде спровадить его быстрее.

Его выражение глаз меняется, становится человечнее, что ли. Парень поднимает руки вверх и произносит.

— Ладно, пока оставлю. Но до встречи — обещает он и тут же испаряется.

Машка танцующей походкой идет ко мне и с восторгом спрашивает.

— А ты знаешь, кто это был?

— Нет — беззаботно отвечаю ей.

— Это Ганс!!!!

Я недоумеваю. Немец, что ли? Пожимаю плечами, я не обязана всех знать. Маша смотрит на меня, как на полоумную.

— Боже, Лада. Это легенда выпусков. Сборщик поклонения и почитания, обожания и восторга. Раз в неделю у него была новая девушка. А сейчас основал фирму, работает с моделями в международном формате.

— Оооо! Тогда, да! Пошла очередь займу — нарочито спохватываюсь я.

Машка непонимающе смотрит, а потом поняв, что шучу, расслабляется. Мы по-прежнему танцуем, шутим и смеемся, но в какой-то момент, она толкает меня в плечо.

— Лад, ты еще одно сердце подтопила. Спартак чуть челюсть не вывихнул, когда смотрел, как Ганс к тебе подкатывал. Он и сейчас тебя сканирует.