Хайнц Фенкл – Солнце и луна, или Легенды Чосона (страница 21)
Та не хотела отпирать, но старшая сестра сказала, что принесла горшок горохового супа, который нестерпимо обжигает ей руки.
– Скорее, открой ворота! – попросила она, и младшей сестре пришлось выполнить ее просьбу.
Уселись сестры и предложили поискать у нее в голове. Младшая сестра сперва отказалась, но они так настаивали, что она уступила. И вот, прежде чем она успела спохватиться, они вытащили из платья змеиную кожу и бросили ее в огонь. В мгновение ока та сгорела.
Настало время мужу воротиться из Сеула – а его нет как нет. Собралась тогда жена и отправилась в путь. Она скиталась по стране и расспрашивала о своем муже. Хоть платье у нее изорвалось, а лицо покрывала пыль, она все еще была красива. Если крестьяне сеяли зерно, она им помогала; если стирали на берегу реки, она бралась выколачивать белье; если заготавливали соленья на зиму, садилась чистить овощи. И так понемногу она добралась до Сеула.
На окраине зашла она в дом под соломенной крышей и попросила милостыни. Там ей дали денег и немного проса. Насыпала она просо в мешок, а оно все высыпалось в дыру на дне. Женщина принялась собирать просо палочками по зернышку и занималась этим до самого вечера.
– Пустите меня ночевать, – попросила она, как стемнело.
– Нам негде тебя положить, – ответили хозяева.
Но она так их упрашивали, что ей позволили переночевать в хлеву.
А ее муж жил в том самом доме.
Стояла полная луна, и женщина никак не могла заснуть. Она печально запела:
Муж, сидя над книгой, услышал эту жалобную песню. Он поднял голову и сказал:
– Я уже слышал где-то этот голос.
Однако он решил, что ослышался, и снова взялся за чтение. Тут песня повторилась, и, слушая, он загрустил. Когда же она зазвучала в третий раз, он послал слугу разузнать, кто это поет. Слуга вышел во двор и увидел заплаканную женщину, которая пела при лунном свете. Он вернулся к господину и сказал:
– Да это нищенка поет. Мы нынче подали ей милостыню. Она рассыпала просо и до вечера собирала его по зернышку, а когда стемнело, попросилась на ночлег. Вот хозяева и пустили ее в хлев.
Муж вышел во двор. Женщина, не заметив его, снова запела свою печальную песню.
– Кто ты такая? – воскликнул он. – Покажись!
Женщина узнала мужа и смутилась – ведь она была одета как побирушка. Она запела опять:
– Эй, бродяжка, откуда ты пришла? – спросил мужчина.
Наконец она открылась ему и рассказала о том, как сестры ее обманули, и о том, какие тяготы ей пришлось вынести по пути в Сеул.
– После того как ты пропал, я повсюду тебя искала и вот наконец нашла, – закончила она.
– Теперь я понял, как было дело, – сказал муж.
Разлуке настал конец. Жена оделась в новое платье и стала краше прежнего. А мужу потом удалось сдать экзамен на чиновника, и жили они с тех пор долго и счастливо.
Змея и кабан
Жил когда-то ученый, которому не удалось сдать экзамен. Жилось ему нелегко. Поскольку всю жизнь он просидел над книгами, работать руками он не умел и не мог прокормить жену, сына и старуху-мать. Однако в столице у него был друг и однокашник; тот успешно сдал экзамен и получил хорошее место. Однажды этот друг написал бедному ученому, приглашая его в Сеул. «Если ты бедствуешь, приезжай ко мне, и я тебе помогу», – говорилось в письме.
Делать было нечего – ученый простился с семьей и отправился к другу в Сеул. Он долго шел пешком, сносив несколько пар соломенных сандалий. Спал он под открытым небом, но однажды вечером, в горах, отчего-то вдруг испугался и не остановился на ночлег даже после наступления темноты. Усталый и голодный, он продолжал идти, пока не увидел во мгле огонек.
«Я спасен», – подумал бедняк.
Он увидел дом. Хотя было уже поздно, ученый постучал у ворот, надеясь, что его впустят и покормят. Как же он удивился, когда к нему вышла красивая женщина!
– Айгу! – воскликнула она. – Вижу, вы утомлены и голодны. Что привело сюда благородного господина посреди ночи?
Ученый ответил откровенно:
– Я очень беден, вот и иду к другу в Сеул просить помощи.
– Пожалуйста, оставайтесь до утра, – попросила женщина. – Поешьте и выспитесь, а завтра отправитесь дальше.
Она поставила на стол лакомые блюда. Ученый не стал отказываться, но все-таки задумался – где хозяйка достала такую изысканную еду, живя в одиночестве в горах? После ужина он поблагодарил ее за превосходную трапезу и сказал:
– Я вижу, вы живете одна. Мне и впрямь нужно отдохнуть, прежде чем отправиться дальше, но не подобает мужчине оставаться в доме наедине с женщиной.
– Не беспокойтесь об этом, – ответила хозяйка. – Муж мой умер, детей у меня нет. А вы – просто бедный ученый, который заглянул ко мне в поисках приюта. Прошу вас, не тревожьтесь, ступайте отдыхать.
И вот впервые за долгое время ученый как следует выспался. На следующий день он хотел уйти, но женщина его не отпустила. Она твердила, что он должен отдохнуть и набраться сил, и так его уговаривала, что он согласился. Под действием ее чар ученый совсем забыл, что собирался в Сеул. Он прожил у нее день, потом другой и третий. Ел он досыта, а хозяйка раболепно ему прислуживала. Так он и проводил время в безделье и сытости. Только через месяц ученый наконец спохватился, что ни разу не вспомнил о родных. Они голодали, пока он набивал брюхо и предавался высоким размышлениям в обществе прекрасной женщины. Он понял, что его околдовали.
– Мне надо идти, – сказал ученый.
– Отчего вы так торопитесь? – воскликнула женщина. – Погостите еще немного.
– Я опамятовался, – ответил тот. – Все это время я был под действием твоих чар, но теперь рассудок ко мне вернулся. Я должен спешить в Сеул, чтобы моя семья не умерла с голоду.
– Не тревожьтесь, – сказала женщина. – Я уже послала вашим родным еду и одежду. Ни о чем не печальтесь и поживите у меня еще немного, а потом пойдете себе куда вздумается.
Ученый немного успокоился.
– Благодарю тебя, – сказал он. – Однако не могу же я пользоваться твоей добротой вечно!
Впрочем, понимая, что он безмерно обязан ей, ученый не стал спешить. Раз она послала еду и одежду его близким, о чем было беспокоиться?
Шли месяцы в покое и неге, но в конце концов ученый сильно затосковал по семье.
– Можно ли мне навестить родных, а потом вернуться? – спросил он.
– Ступайте, – ответила женщина. – Но возвращайтесь до истечения ста дней.
Она дала ему коня, кошель с монетами и мешок, полный золота, серебра и драгоценных камней. Пешком ученый потратил на дорогу почти неделю, а верхом добрался до родного дома за день. Вернувшись в свою деревню, он обнаружил на месте хижины с соломенной крышей богатый особняк, крытый черепицей. Ученый спросил у односельчанина, что случилось и откуда взялся новый дом.
– Разве это не чудо? – воскликнул сосед. – С тех пор как ты ушел в Сеул, мы не переставали дивиться! Твой друг прислал денег с наказом собрать лучших плотников и каменщиков и выстроить тебе за три месяца большой дом. Мы трудились не покладая рук и закончили постройку не далее чем вчера! Почему тебя не было так долго? Твою жену теперь и не узнать, а твой сын прилежно учится. Да что там! Вся деревня зажила лучше благодаря щедрости твоего столичного друга.
Войдя в новый дом, ученый увидел, что его жена разубрана и накрашена, как придворная дама, а сын одет студентом. Увидев ученого, родные обрадовались и бросились к нему в объятия.
– Как богат и щедр твой друг! – вскричала жена. – Я-то думала, ты пришлешь нам несколько мешков риса. Я и не надеялась разбогатеть!
Ученый узнал, что его мать полностью поправилась усилиями лучших лекарей.
– Твой друг – образец сыновьей добродетели, – заключила она.
– Да, он преуспевает с тех пор, как стал чиновником, и помогает нам по мере сил, – сказал ученый.
Он долго размышлял о том, что же произошло. Ученый собирался девяносто девять дней прогостить у родных, а на сотый вернуться к таинственной женщине. Он хотел снова ее увидать, но не желал обманывать близких. Он решил открыть жене правду.
– Я тебя обманул, – сказал ученый. – Нам помогает вовсе не мой вдруг.
– Да что ты говоришь? – удивилась жена. – А кто же посылает золото и драгоценности?
Ученый признался ей во всем. Он рассказал жене про странную женщину, которая соблазнила его и убедила остаться с ней, и про то, как он жил у нее из чувства благодарности, когда узнал, что она послала денег его семье.
– Простишь ли ты мне мою измену? – спросил он наконец.