Хайдарали Усманов – Торговля артефактами (страница 7)

Именно для защиты от подобных вторжений, в самом сердце системы, на пересечении трёх гиперкоридоров, и висела Пограничная крепость Архан’Тиэль, а чуть поодаль – старая шарообразная станция класса “Тэллиан”, пережившая ещё времена Первой Имперской войны. Её корпус был покрыт следами древних сражений – оплавленные сегменты брони, застывшие трещины от попаданий плазмы, грубые наслоения ремонтных пластин. Однако в глубине станция всё ещё оставалась смертоносной.

Она была вооружена дюжинами батарей лазерных орудий – каждое из которых могло пробить корпус фрегата одним выстрелом – и ракетными шахтами, уходящими вглубь корпуса. Эти пусковые шахты располагались равномерно по всей сфере. И когда станция переходила в боевой режим, она раскрывалась словно цветок – наружу выходили створки бронепластин, под ними вспыхивали сигнальные огни, а из шахт выползали контейнеры торпед с рунами наведения. Каждая такая торпеда несла не только заряд разрушения, но и фазовую начинку, способную пробивать щиты в иной спектральной плоскости.

На внешнем экваторе станции проходили огромные кольцевые рельсы – остатки орбитальных установок. В своё время они вращались, создавая псевдогравитацию, но теперь ротация почти остановлена. Часть колец была переоборудована под гарнизон и склады, другая часть – под жилые отсеки для экипажа и семьи офицеров. И над всем этим кружила эскадра сопровождения, небольшие корветы и сторожевые суда, патрулирующие орбиту, следящие за грузовыми маршрутами и гиперпереходами.

Третья по значимости точка системы – планета Арриэн IV, обитаемая колония. С орбиты она выглядела как бледно-зелёный шар, пересечённый цепями морей и островов. Её поверхность была заселена колонистами – в основном рабочими, инженерами, служащими снабженческих корпусов.

Главный город в этой колонии, Ти’Лассар, представлял собой сочетание эльфийской архитектуры и суровой военной функциональности. Башни из белого камня, плавно изгибающиеся мосты, купола из прозрачного кристалла – и рядом ангарные секции, плазменные доки, платформы для посадки грузовых шаттлов.

Этот город был самодостаточным. Так как здесь производились части для кораблей, перерабатывались астероидные ресурсы, обучались новые поколения техномагов и пилотов.

Дальше, за орбитой планеты, простиралось астероидное поле Даларен, плотное облако камней, льда и металлов. В его глубинах, где гравитационные приливы постоянно меняли траектории тел, работали горняцкие станции. Там, словно муравьи, копошились сотни добывающих кораблей, управляемых шахтёрами, наёмниками и инженерами из колоний.

Их труды приносили Империи самое ценное – жидкий мифрил, плазмоносные кристаллы и редкие осколки пустотного сплава, без которых ни одна верфь не могла бы функционировать. Именно поэтому над этим обширным полем постоянно патрулировали малые крейсеры и транспортники, следя, чтобы контрабандисты и внешние купцы не проникали вглубь промышленных зон.

Четвёртым важным элементом системы являлась торговая станция Арриэль-Торн, расположенная на стабильной орбите между полем и планетой. Эта станция отличалась от строгих военных баз – она жила, гудела, дышала, как живое существо. Её внутренние купола были залиты мягким золотистым светом, улицы – узкие и извилистые – вели от доков к центральной площади, где возвышались флаги Великих Домов, чьи купцы имели здесь представительства. Повсюду витали ароматы специй, пряных вин, благовоний и перегретого машинного масла.

Здесь торговали всем – от энергоядер до древних артефактов. Маги, инженеры, наёмники, капитаны мелких кораблей и старатели из астероидов – все стекались на Арриэль-Торн. Особенно ночью, когда по нижним секторам загорались неоновые огни.

В этом мире под куполом станции располагался нижний сектор, неофициально называемый Теневыми доками. Там находились бары, игровые залы, танцевальные павильоны и публичные дома. И для военных и офицеров с базы Архан’Тиэль или боевой станции “Тэллиан” это место было единственным, где они могли отдохнуть от дисциплины и стали. Так что там всегда можно было встретить пилота с москита, пьяного инженера, офицера в отпуске, или даже торговца контрабандными энергоэлементами, что служил поставщиком для чёрных лабораторий.

И хотя формально станция находилась под контролем Имперского командования, коррупция и тайные сделки здесь процветали. Ни один дозорный не проверял всерьёз то, что происходило за витринами увеселительных заведений, ведь почти все знали – пока война не начнётся, всё это считается “естественной разрядкой” для тех, кто охраняет границу.

А где-то вдалеке, за внешним краем системы, мерцали следы гиперпространства – слабые, едва ощутимые волны, которые отмечали приближение чужого объекта. Пока ещё никто на базе не знал, что именно он станет тем самым толчком, что разрушит спокойствие Архан’Тиэль – и превратит её золотой покой в преддверие великой бури.

…………

Когда тьма межзвёздного пространства над системой Архан’Тиэль дрогнула, локаторы внешнего периметра первыми ощутили сдвиг в гиперволнах. Эта пульсация была неровной, словно кто-то вырывался из искажённого тоннеля гиперпространства насильно, на пределе прочности корпуса.

Секторальные дежурные посты почти одновременно передали тревожные сигналы – по всей базе вспыхнули алые огни, запуская протокол немедленного реагирования.

Скоро из сверкающего разлома гиперпространства вышел тяжёлый крейсер класса “Сияние Рассвета”, флагман старого поколения, но всё ещё внушительный. Длинный, обтекаемый, с острыми как клинки стабилизаторами, украшенный гравировкой рун Империи.

Однако вид его был страшен. Корпус иссечён оплавленными бороздами, задние двигательные секции обуглены, а на корме вспыхивали короткие выбросы плазмы. Судя по внешним признакам, можно было понять, что из-за постоянного использования его форсажные камеры банально выгорели.

Щиты мигали остаточными отблесками – слабым, мерцающим светом, который постепенно угасал, пока крейсер не замер, вращаясь на месте, теряя импульс.

– Это “Серебряный плащ”, кодовой идентификатор – АЭР-77, запрашиваем немедленную буксировку. Двигательная группа – повреждена, гиперпрыжковая ячейка перегрета до критического уровня. Нам требуется помощь немедленно. – Когда была установлена связь с этим нежданным гостем, то голос капитана этого судна, зазвучал напряжённо, с хрипотцой усталости, но всё ещё сохраняя холодную военную чёткость.

Командный центр базы Архан’Тиэль откликнулся почти сразу. На огромном сферическом экране центрального зала появилась карта сектора, где теперь мигала точка с сигнатурой крейсера. Несколько секунд спустя диспетчер службы буксировки подтвердил:

– Подтверждаем сигнал. Отправляем два тягача и ремонтный катер. Время прибытия – шесть минут.

Буксиры – массивные, но маневренные корабли с усиленными манипуляторами и энергетическими петлями – уже вылетели из доков, их силовые поля вспыхнули голубыми ореолами.

Тем временем, через главный канал связи, в эфире возникло лицо капитана “Ветви Рассвета” – высокая эльфийка с коротко подстриженными серебристыми волосами, в тёмно-синем мундире с символом Дома Аэрн, известного своими разведывательными операциями и скрытными экспедициями. На висках – пот, глаза холодные, усталые, но цепкие. Позади неё мелькали повреждённые отсеки, искры, дымы, и несколько офицеров, торопливо переносящих раненых.

– Капитан Айрин Аэрн, командир крейсера “Серебряный плащ”. Два наших фрегата – “Лиантар” и “Серебряный Клинок” – уничтожены. Мы вступили в контакт с неизвестным противником на окраине туманности Керн. – Она сделала паузу, сдерживая дрожь, – Мы даже не успели определить природу их оружия. Оба фрегата были уничтожены фактически с одного залпа. У нас не оставалось выбора. Так как мы были в меньшинстве. Так что мы вынуждены были использовать форсаж для отступления, иначе погибли бы все.

Командующая базой, адмирал Файрин Тэл’Лор, как раз подошедшая в узел связи, тут же нахмурилась, выслушивая этот короткий доклад. Её тёмно-зелёные глаза, как полированные изумруды, не выдавали эмоций, но голос был стальным:

– Вы привели их за собой? Где ваш противник? Он преследовал вас?

– Мы не смогли это определить, адмирал. Их сигнатуры… Не фиксировались. Ни одна из систем слежения не уловила остаточных следов. Но… – капитан чуть наклонилась вперёд, – я чувствую, что они где-то рядом. Что-то двигалось за нами в гиперканале. Мы теряли фазовую стабильность, словно кто-то дышал в затылок нашему прыжку. И хотя мы старались запутать следы, враг мог выследить нас…

После этих слов на помещение узла связи обрушилась вязкая и давящая тишина. Некоторое время в зале звучал только низкий гул работающих систем. Но спустя несколько минут размышлений, адмирал Тэл’Лор медленно выдохнула:

– Пусть координаты точки выхода крейсера передадут всем наблюдательным постам внешнего кольца. Поднять периметральные щиты на максимум. Артиллерийские батареи перевести в боевой режим.

– Принято, адмирал. – Дежурный офицер быстро вводил команды, и огромная сеть оборонных платформ вокруг базы начала активироваться. Защитные купола вспыхнули, образуя изумрудные сферы, в которых зажглись линии рун. По внешним орбитам задвигались пусковые башни, раскрывая бронепластины, и открывая готовые к бою пусковые установки для торпед и ракет.