Харуки Мураками – 1Q84. Книга 3. октябрь-декабрь (страница 39)

Попивая пиво на диване и положив свои короткие ноги на стол, Усикава вдруг подумал: «Возможно, не удастся, но стоит попробовать. И чего это я не догадался до такой простой вещи? — удивлялся он. — Наверное, проще не придумать. Разве не правильно говорит поговорка, что издали виднее? "

На следующее утро Усикава еще раз отправился к кварталу Коэндзи и, зайдя в первую риэлтерскую контору, которая ему попалась, спросил, нет ли свободной квартиры в доме, где жил Тэнго. Ему ответили, что этот дом они не обслуживают. Мол, им занимается контора по вопросам аренды, расположенная вблизи станции.

— Только вот думаем, что свободной квартиры там не найдете. Арендная плата там умеренная, а размещение удобное, поэтому люди с того дома не выезжают.

— Но все же, для верности, я попробую, — сказал Усикава.

И он направился к тому риэлтору, работающему вблизи станции. Тот оказался молодым человеком двадцати пяти лет, с черными густыми волосами, сильно смазанными бриолином. В светленькой рубашке и новеньком галстуке. Видно, только недавно стал трудиться на этой работе. На его щеках еще остались следы от прыщей. Увидев перед собой Усикаву, он немного отшатнулся, но тут же взял себя в руки и по-деловому заученно улыбнулся.

— Вам повезло, — сказал молодой человек. — Супруги, которые жили на первом этаже, по семейным обстоятельствам решили немедленно переселиться и неделю назад освободили квартиру. Вчера ее вымыли и убрали, но еще не объявили для сдачи в аренду. Поскольку она на первом этаже, вам, может быть, будет мешать шум улицы, да и солнечного света будет мало. Однако она достаточно удобна. Владелец дома планирует перестроить ее в ближайшие пять-шесть лет, поэтому в договоре об аренде просит предупредить об условии ее освобождения через полгода после получения уведомления. Тут только один минус — стоянки для автомашины нет.

Усикава ответил, что это его не волнует. Долго жить здесь не собирается и автомашиной не пользуется.

— Хорошо. Если вы согласны с такими условиями, то завтра можете переселяться. Но, конечно, перед этим захотите осмотреть квартиру, не так ли?

— Обязательно, — ответил Усикава.

Парень вынул ключ из ящика стола и передал его Усикаве.

— Извините, я немного занят, не могли бы вы сами ее осмотреть? Квартира пуста, а ключ принесете назад, когда будете возвращаться домой.

— Хорошо, — согласился Усикава. — А вдруг окажется, что я — вор и ключа не верну или сделаю из него дубликат, чтобы потом обокрасть людей?

Удивленный такими словами, молодой человек некоторое время смотрел на Усикаву.

— О, действительно. Так, может, для верности оставите свою визитную карточку или как?

Усикава вынул из бумажника карточку с надписью «Новое Японское общество содействия развитию науки и искусства» и передал молодому человеку.

«Г-н Усикава», — прочел парень с серьезным выражением лица. Потом расслабился.

— Вы не показались мне похожим на человека, способного на такие поступки.

— Спасибо, — сказал Усикава, и на его губах появилась улыбка, столь же бессодержательная, как и визитная карточка.

Такие слова о себе он услышал впервые в жизни. И объяснил себе, что, возможно, со своей слишком броской внешностью он не годится для совершения зла. Его особые приметы чрезвычайно легко описать. И даже нарисовать портрет. Если бы полиция объявила о его розыске, то дня через три его бы, наверняка, поймали.

Квартира оказалась лучше, чем Усикава надеялся. Жилище Тэнго было сверху над ней, и, понятное дело, Усикава не имел возможности непосредственно наблюдать, что в ней происходит. Но в поле зрения из окна попадал вход в дом. Можно было контролировать уход и возвращение Тэнго, а также проследить, кто к нему наведывается. Если замаскировать фотоаппарат, то, может быть, с помощью телеобъектива удастся сфотографировать и лица людей.

Чтобы снять эту квартиру, ему пришлось внести задаток в размере трехмесячной арендной платы, одномесячную предоплату и вознаграждение риэлтору в размере двухмесячной арендной платы. Хотя арендная плата не была очень высокой, а задаток возвращался при расторжении договора, общая сумма оказалась значительной. Так как Усикава выплатил немало денег своему информатору Летучей Мыши, на его банковском счету их стало меньше. Но учитывая положение, в котором он очутился, Усикава должен был во что бы то ни стало снять эту квартиру. Другого выбора у него не было. Усикава вернулся к агенту по вопросам аренды жилья и, вынув из конверта заранее приготовленные наличные, заключил договор об аренде. Выписку же о реестре его фонда пообещал прислать позже.

Парень не обратил на это особого внимания, а после заключения соглашения снова передал ключ Усикави.

— Господин Усикава, сегодня вы уже можете поселиться в этой квартире. Электричество и вода подключены, а для подачи газа вам нужно только позвонить в столичное газовое управления, поскольку при этой операции требуется ваше личное присутствие. Да, а как насчет телефона?

— Сам что-то придумаю, — ответил Усикава. «Заключение договора с телефонной компанией займет много времени и на квартиру придет электромонтер. Видимо, будет удобнее пользоваться телефоном-автоматом, что вблизи», — решил он.

Усикава еще раз зашел в съемную квартиру и составил список нужных вещей. На счастье, предыдущий жилец оставил шторы на окне. Даже с выцветшим цветастым узором они были хорошей находкой, очень нужной вещью при скрытом наблюдении. Список нужных вещей оказался не очень длинным. Пищевые продукты и питьевая вода. Фотоаппарат с телеобъективом и треножник. Туалетная бумага, спальный мешок альпиниста, сухой спирт и плитка, маленький ножик, консервный нож, мешок для мусора, простые вещи туалета и электробритва, несколько полотенец, карманный фонарик, транзисторный радиоприемник. Минимальное количество белья, пачка сигарет. Вот и все. Холодильник, кухонный стол и одеяло не нужны. По крайней мере повезло, что нашел место, где мог спрятаться от дождя и ветра.

Вернувшись в свою собственную квартиру, Усикава запихнул в сумку зеркальный фотоаппарат, телеобъектив и приготовил с десяток кассет с фотопленкой. После этого все вещи со списка положил в дорожную сумку. Остальные нужные товары купил на торговой улице перед станцией Коендзи.

У подоконника комнаты на шесть татами [15] Усикава поставил треножник, на нем — современный автоматический фотоаппарат фирмы «Минолта», присоединил к нему телеобъектив и в ручном режиме сфокусировал его так, чтобы в поле зрения попадало лицо человека, который заходил или выходил из дома. Пультом дистанционного управления можно было щелкать затвором фотоаппарата. Установил электропривод. Конец объектива обмотал толстой бумагой, чтобы не блестел на свету. Край шторы немного поднял, а потому извне виднелось нечто похожее на бумажную трубку. Но вряд ли кто-нибудь на это обратит внимание. Никому и в голову не пришло, что кто-то украдкой будет фотографировать вход в неприметный многоквартирный дом.

С помощью этого фотоаппарата Усикава снял для пробы нескольких человек, выходивших и заходивших в дом. Пользуясь электроприводом, трижды фотографировал каждого человека фотоаппаратом, завернутым в полотенце, чтобы приглушить щелчок затвора. Использованную пленку отнес к ближайшей фотомастерской для автоматического проявления. Через мастерскую проходило столько кадров, что никто не интересовался их содержанием.

Фотографии были неплохого качества. Не художественными, но вполне удовлетворительными. Были четкие и яркие, что можно было различить лица людей, которые заходили и выходили. Возвращаясь из фотомастерской, Усикава купил минеральной воды и консервов. В табачной лавке приобрел пачку сигарет «Seven Stars». Прижав товар к груди, украдкой вернулся в квартиру и сел перед фотоаппаратом. Следя за входом, пил минеральную воду, ел консервированные персики и курил сигареты. В квартире электричество было, а вот из водопроводного крана вода почему-то не текла, только где-то далеко в трубе что-то булькало. Видимо, по какой-то причине откладывается подача воды. Усикава собирлся было пойти к риэлтору, но решил еще немного подождать, потому что не хотел часто появляться на улице. Унитаз не функционировал, а потому Усикава производил малую нужду в ведро, которое оставил уборщик.

Хотя с наступлением торопливого зимнего вечера в комнате совсем стемнело, Усикава не включал света. Он предпочел остаться в темноте. И не переставал следить за людьми, которые проходили под желтым светом лампы над дверью. Вечером люди несколько чаще заходили в дом, хотя всего их насчитывалось немного. Ведь дом был маленьким. Среди них Усикава не заметил Тэнго. Так же и женщины, похожей на Аомамэ.

В этот день Тэнго должен был работать в подготовительной школе, а вечером — вернуться домой. После работы он редко куда-нибудь заходил. Ужинал не в городе, а дома. Любил сам готовить еду и за чтением книги ужинать. Усикава об этом знал. Однако в этот день Тэнго не вернулся домой. Может, с кем-то встретился?

В этом доме жили разные люди: от молодых неженатых служащих, студентов, супруги с детьми до одиноких стариков. Беззащитные, они пересекали поле зрения телеобъектива. Разные по возрасту и социальному положению, они имели вид людей, усталых надоевшей жизнью. С поблекшими надеждами, забытым честолюбием, приглушенными чувствами, на месте которых укоренилось разочарование и безразличие. Их лица нахмурились, а походка стала тяжелой, как у человека, которому два часа назад вырвали зуб.