Харпер Вудс – Что таится за завесой (страница 35)

Кэлум пожал плечами и встал рядом со мной. Он вытащил свою тунику из брюк и сорвал ее через голову. Когда я стояла на коленях у края бассейна, то сразу же вспомнила людей, преклонивших колени перед богом Мертвых.

Взглянув на Кэлума, я обнаружила, что он пристально смотрит на меня. Я сглотнула и задержала на нем взгляд на несколько секунд. Секунд, которые показались часами. Напряжение между нами нарастало, не оставляя сомнений в точности его предсказания.

Я не знала, как смогу путешествовать с ним дальше, спать рядом с ним каждую ночь и никогда не стремиться к исполнению обещания, которое таилось в его глазах, когда он смотрел на меня. В глазах у него пылал такой жар, которого я никогда не видела. Его желание было настолько сильным, что я вряд ли смогу противостоять ему.

Кэлум протянул ко мне крупную мозолистую руку, обхватил меня за щеку и провел большим пальцем по нижней губе. Затем просунул кончик пальца внутрь, касаясь языка, наполняя рот ароматом своей кожи.

– Скажи мне еще раз, как сильно ты меня не хочешь, Эстрелла, – сказал он, подчеркнуто называя меня по имени и глядя на меня сверху вниз.

Высокомерие этих слов сломало что-то внутри меня, мое желание исчезло, а вместо него вернулось логичное мышление.

Я впилась зубами в его большой палец и почувствовала удовлетворение, когда он дернулся в ответ на укол боли. Отстранившись от него, я плавно поднялась и стала наблюдать, как он подносит большой палец ко рту и вытягивает из ранки каплю крови.

Подавляя последний импульс, который все еще бился во мне, я постаралась проигнорировать странное желание взять его большой палец в рот и пососать его. Кэлум уставился на мое лицо, и в его взгляде мерцало что-то темное.

– Ты просто мудак, – сказала я, пыхтя и собирая волосы в руках.

Коснувшись спутанных колтунов, я вздрогнула, когда поняла, насколько отвратительно должна была выглядеть.

Сколько дней прошло с тех пор, когда я мылась последний раз? Когда расчесывала волосы?

– А давай попробуем выяснить, понравится ли тебе мой член, детка? – И Кэлум опустил руки к завязкам на брюках.

Шокированная, я наблюдала за тем, как плавно и ловко его пальцы развязывают шнурки. Он скинул ботинки, сдвинул их в сторону, и мой взгляд вернулся к его лицу. Я выдержала испытующий взгляд, мои губы сжались в тонкую линию, когда он ухмыльнулся мне и спустил брюки.

Я сглотнула, заставляя себя не смотреть, даже когда Кэлум наклонился вперед, чтобы стянуть штаны еще ниже и снять их вместе с шерстяными носками. Он встал прямо передо мной и провел рукой по коротким светлым волосам на макушке.

– Не бойся, Эстрелла, он тебя не укусит, – с ухмылкой сказал Кэлум, делая шаг ко мне.

Он не касался меня, но затаил дыхание, возвышаясь надо мной. Он был так близко, что я уткнулась взглядом в его обнаженную грудь, на которой закручивались линии метки фейри, обвивавшиеся вокруг его бицепса и устремлявшиеся вверх к шее. Затем они ныряли вниз, скользили чуть выше ключицы и резко обрывались. Насколько я могла судить, моя метка была такой же – как будто незавершенной – и ждала, когда добавится последний фрагмент.

Если верить тому, что рассказал Кэлум, она ждала спаривания.

Я вздрогнула, когда мужчина схватил меня за руку и поднял ее, чтобы коснуться того места, где края метки изгибались на его груди. Его глаза закрылись в момент прикосновения, а мое тело пронзила дрожь и переполнило чувство успокоения и неги.

Прикосновение к его метке, ощущение наполняющего меня тепла больше походило на то чувство, которое испытываешь в добротном доме, а не в хижине, где я жила со своей семьей. Наверное, так и должно было быть. Ведь я теперь принадлежала к меченым, и мне следовало жить среди них.

– Большинство фейри практикуют моногамию только после того, как нашли свою пару, – сказал Кэлум, отвечая на вопрос, который я задала как будто много лет назад.

Меня отвлекла его близость.

Его нагота.

– О, – ответила я, изо всех сил пытаясь следить за разговором и зная, что как только посмотрю вниз, то увижу его полностью.

– Судя по тому, что говорил мой отец, фейри очень привязаны к своим половинам. Известно, что они могут убить, если кто-то просто посмотрит на них неподобающим образом, – сказал Кэлум, потянувшись, чтобы расстегнуть плащ у меня на плечах.

Тот упал на камни, окружавшие горячий источник. Я вздрогнула – сквозь деревья пронесся внезапный ветерок, и прохладный воздух поцеловал мою кожу.

Кэлум улыбнулся и наклонился вперед, чтобы нежно коснуться губами моего лба. Повернувшись так, что его рука коснулась моей, он направился прямо к краю горячего источника и спустился по склону, ведущему в воду. Когда пар касался его прохладного тела, то курился еще сильнее. А мышцы его ягодиц сжимались и разжимались, пока он шел.

Боги.

Я сглотнула, стараясь отделаться от образов: я видела, как вонзаются в его плоть ногти, – эта картина пронеслась у меня в голове, вызвав хаос и беспорядок в мыслях. Поэтому я постаралась отбросить чувства, которые вызывало у меня его крепкое мускулистое тело.

Внезапно Кэлум повернулся ко мне, стиснув зубы и прищурив глаза, такие темные, что казались почти черными.

Я была слишком занята разглядыванием его задницы, слишком зациклилась на относительной безопасности этой части его тела по сравнению с тем, что находилось у него спереди, между ног, и в тот момент, когда он повернулся, я таки увидела все – все, что так боялась увидеть.

Кэлум остановился, когда вода коснулась его ног повыше колен и почти достала до того места, где вдоль бедра свисал член.

Я замерла, превратившись в статую и в шоке открыв рот.

– Боги, – пробормотала я и подняла руки, чтобы прикрыть рот, когда поняла, что произнесла это вслух.

Кэлум усмехнулся, склонил голову набок, изучая меня, но не сделал ни малейшего движения, чтобы погрузиться глубже в воду. Он не пытался скрыть свое мужское естество, которое, должно быть, и служило источником его высокомерия.

При любых других обычных обстоятельствах я бы сказала, что этот человек чрезмерно компенсировал своей бравадой то, чего ему не хватало где-то еще. Но к Кэлуму не получилось применить «обычные обстоятельства»: его член – это было что-то, я и представить себе не могла, что такое возможно. Видимо, поэтому магия выбрала его в качестве пары для фейри, которая, можно не сомневаться, останется очень довольна таким выбором.

– Увидела что-то, что тебе нравится? – спросил Кэлум, наконец начав отступать, и его нижняя часть тела в итоге все же погрузилась в воду, а я освободилась от искушения продолжать любоваться его членом.

– Это больше похоже на орудие для пыток, чем на инструмент для наслаждения, – сказала я, встряхнувшись и обхватив себя руками за талию.

Кэлум усмехнулся и опустил голову под воду. Он провел руками по волосам, когда снова вынырнул из воды, убирая их с лица. По груди и мышцам живота стекали струи воды.

– Придет время, и ты примешь его в себя целиком и будешь умолять оттрахать тебя посильнее, детка, – сказал он, идя в воде, пока не достиг края, где стояла я.

Он пристально смотрел на меня, с любовью во взгляде, которая казалась совершенно неуместной: слишком недолго он знал меня. Если бы я не знала наверняка, то могла бы сравнить его с изображениями людей на коленях.

С выражением полного и абсолютного поклонения, когда они служили богу.

Кэлум протянул руку, взял меня за лодыжку и осторожно оторвал ногу от земли. По телу пробежала дрожь, когда он прикоснулся ко мне, а желание стало таким сильным, какого я не испытывала никогда. Но тут же пришло осознание, что все не так. Что дело не в Кэлуме или во мне, а в магии, обвивающей наши шеи, – это она делала нас одинаковыми. Он мог быть кем угодно. Любым меченым. И я подозревала, что мое тело отреагировало бы точно так же.

Ничто другое не имело смысла. Притяжение такой силы было просто невозможно.

Кэлум снял с меня ботинок и носок и швырнул их рядом со своими ботинками.

– Что ты делаешь? – спросила я, отступая на шаг и оказываясь вне его досягаемости.

– Мне кажется, что ты не войдешь в воду, пока я тебя слегка не подтолкну, – ответил он, потянувшись к другой ноге.

Я пнула его босой ногой по запястью с такой силой, что большинству мужчин стало бы больно. Но Кэлум только ухмыльнулся, глядя на мою демонстрацию насилия.

– Я вообще не собираюсь купаться, – сказала я, скривив губы и покачав головой.

– Людям в бегах редко выпадает возможность помыться. И скоро станет совсем холодно для ванн, разве что нам попадется горячий источник. Не глупи, Эстрелла. Заходи в воду, – сказал он, отступая от края, чтобы дать мне немного места.

Я посмотрела на воду. Больше всего мне хотелось погрузиться в ее тепло. Несмотря на клубящийся вокруг пар, температура заметно упала с тех пор, как зашло солнце. Я прикусила нижнюю губу, обдумывая, как это сделать, не приближаясь к Кэлуму слишком близко, пока я голая. Заводь казалась достаточно большой, чтобы вместить и дюжину человек. Вопрос был в том, останется ли Кэлум на своей стороне.

– Отвернись, – приказала я, поднимая ногу, чтобы стянуть второй ботинок.

– Ну, так нечестно. Ты-то меня видела, – сказал он с ухмылкой, которая просочилась и в голос, но все же отошел к противоположной стороне водоема и уперся локтями в край, глядя на долину.