Харлан Кобен – Мальчик из леса (страница 24)
— Бесподобно, — сказал Уайлд. — А ты меня боишься?
— Нет.
— Почему нет?
— Изгои мне по душе, — сказала она.
— Мне тоже. — Он попробовал изобразить улыбку.
— Читали «Убить пересмешника»? — спросила она.
— Читал.
— Вы у нас вроде Страшилы Рэдли.
— В таком случае ты, наверное, Джин.
— Ага, точно. — Наоми закатила глаза, и сердце Уайлда екнуло в очередной раз.
— Кто такой Ларри? Твой папа говорил с ним по телефону.
— Мой дядя. Живет в Чикаго. — Наоми опустила голову. — Вы все расскажете?
— Нет.
— Значит, просто уйдете?
— Если хочешь. — Уайлд старался говорить как можно мягче. — Значит, это челлендж. — Он сделал шаг вперед.
— Откуда вы знаете? — Наоми подняла глаза.
Он только что прочел страничку в Сети. И вспомнил, что несколько лет назад уже читал о чем-то подобном. В статье говорилось о челлендже «Сорок восемь часов», хотя позже его списали на городскую легенду. Онлайн-игра. Не самая безобидная, кстати. Дети прячутся, родители начинают паниковать. Думают, что ребенка похитили или что случилось самое худшее. Чем дольше прячешься, тем больше очков зарабатываешь.
— Какая разница? Ты играешь в эту игру, верно? — спросил Уайлд.
— Все равно ничего не понимаю. Зачем вы сюда пришли?
— Тебя искал.
— Почему?
— Кое-кто за тебя волнуется.
— Кто?
Он помедлил. Ладно, почему бы и нет.
— Мэтью Краймштейн.
— Понятно. — Уайлду показалось, что она улыбнулась.
— Что понятно?
— Наверное, считает, что он во всем виноват. Скажите ему, что это не так.
— Скажу.
— Он тоже хочет приспособиться.
Уайлд услышал наверху шаги. Несомненно, отцовские.
— Что случилось, Наоми?
— Вы читали книги по саморазвитию?
— Нет.
— А я читаю. Постоянно. Моя жизнь… — Она замолчала, сморгнула слезы, покачала головой. — В общем, в них всегда пишут про постепенные изменения. В книгах по саморазвитию. Я пробовала такой подход. Бесполезно. Все равно меня ненавидят. Знаете, каково это? Когда каждый день думаешь, что надо идти в школу, и тебя наизнанку выворачивает?
— Нет, не знаю, — ответил Уайлд. — Должно быть, хреново.
— Вот именно. — Ей понравился его ответ. — Еще как хреново. Только не надо меня жалеть, ладно?
— Ладно.
— Обещаете?
Правой рукой он сделал крест над сердцем.
— Короче, я решила попробовать, — сказала Наоми.
— Что попробовать?
— Измениться. — Лицо ее оживилось. — Полностью. Раз и навсегда. Совершить серьезный поступок. Стереть свое лузерское прошлое и начать с чистого листа. Понимаете? — Он не ответил. — Поэтому да, я подписалась на челлендж. Исчезла. Поначалу пряталась в лесу. — Она сумела улыбнуться. — И совсем вас не боялась. — (Он улыбнулся в ответ.) — Продержалась два дня.
— Несладко пришлось?
— Нет, мне понравилось. В лесу. Сама себе хозяйка. Ну, вы понимаете, да?
— Да.
— Ну конечно, вы лучше всех понимаете, — сказала она. — Это была передышка, уход от реальности. Но мой папа… Видите ли, до него не доходит, что к чему. Кто я такая. То есть он не понимает, что я лузерша…
— Никакая ты не лузерша.
Наоми посмотрела на него так, что Уайлд понял: слова его прозвучали снисходительно, и это задело Наоми. Он поднял руки, словно хотел сказать: «Прошу прощения».
— В любом случае он не виноват. Во всем этом. Но и дома хорошего мало. Понимаете, о чем я?
— Пожалуй.
— В общем, меня не было два дня, он начал писать мне эсэмэски. Собирался пойти в полицию — ну да, это часть игры. И еще… я волновалась, что он начнет сильно пить. А это лишнее. Короче, я вернулась домой, хоть и знала, что сорока восьми часов недостаточно. И рассказала папе про челлендж.
Звук шагов стал громче. Уайлд не обернулся. Беспокоиться не о чем.
— И папа решил тебе помочь?
— Да, он сразу все понял. Тоже считает меня никчемной. — Наоми подняла руку. — Только ничего не говорите.
— Хорошо.
— Просто хотелось подстроиться. Ну, вы понимаете. Произвести на них впечатление.
— На них — это на кого? На Краха Мейнарда?
— На Краха, Кайла, Саттон. На всех.
Уайлду захотелось произнести короткую речь. Объяснить, что не стоит подстраиваться, пытаться впечатлить хулиганов. Это неверный ход. Нужно оставаться собой, держаться своих принципов, давать сдачи. Но он понимал, что Наоми уже не раз слышала такие менторские речи. Она знала все особенности своего положения гораздо лучше, чем Уайлд. Это была ее жизнь, не его. Она надеялась, что этот челлендж добавит ей веса в глазах одноклассников. Может, была права. Как знать. Может, Крах и его шайка действительно будут под впечатлением, когда она вернется. Может, ее жизнь изменится.
Кто он такой, чтобы говорить, что ее затея не сработает?
— Папа предложил мне спрятаться в подвале. А он сделает вид, что волнуется.
— Но потом пришли копы. По-настоящему.
— Верно.
— Такого мы не предусмотрели. И он не может рассказать правду. Представьте, что будет, если все узнают о нашем поступке. В школе меня просто раздавят. Поэтому он весь на нервах.