Харитон Мамбурин – Лучезарное Завтра (страница 56)

— Вместе, — прикинул я. — Рядом пойдём, места тут хватит.

— Давай.

И потопали мы, плечо к плечу, к перекрёстку технического коридора.

Глава 30. Тартар а ля грызун

Заглянули мы за угол и замерли, причём оба и сразу. Потому что Т-образный перекрёсток, кроме пройденного нами отнорка, оказался освещён не только световыми панелями, которых оказалось совсем немного, а еще и дополнительным образом.

По стенам сидели, вяло перемещаясь, сотни насекомых. Не громадных, всего сантиметра три-четыре в длину, просто крупных. И не покрывали стены сплошным ковром, нет. Было их не настолько много. Но все они светились слабеньким желто-зеленым светом, не как одно лишь брюшко светлячка, а полностью, целиком. Свечение пробивалось сквозь полупрозрачный хитин довольно слабое, но совокупно достаточное чтобы мы, прибыв из относительно освещённого коридора, не заметили разницы, несмотря на малое количество светильников.

И были эти насекомые тараканами, передёрнуло меня. Но не шустрые поканцы, а разожравшиеся такие, хоть почти и не двигающиеся. Единицы вяло переползали с места на место и лениво шевелили усищами.

— Тараканы, пакость какая, — констатировал я. — Так, я что-то не понял, — сверился я с показаниями дозиметра у углу глаза. — Излучения нет, Свет! А чего они такие светючие?!

— Ну да, неприятно. Ты Жор, держись… или сразу падай в обморок — я тебя на ручках эвакуирую, — ехидно выдала эта язва.

— Очень, блин, смешно! — возмутился я. — Свет, это свинство — смеяться над…

— Больными людьми, — очень свински захрюкала Светка.

— Товарищами! — возмущённо поправил я, — Так, но фона-то нет! А они светятся! Химолюминисценция? Но почему всего организма?

— Они вроде бы неагрессивны, — аккуратно толкнула стволом своего пистолета таракашку Светлана.

Таракашка толкнулась, и, суча лапками, шмякнулась на пол… разбившись! Вот просто шмякнулась и треснула панцирем, расплескавшись по полу! Но запах…

— Отходим, — бросил я. — Это пи…ц, Свет!

Отскочили мы недалеко, на десяток метров вглубь уже пройденного коридора.

— Жор, что такое? — обеспокоенно выдала Светка.

— Я же сказал, что такое, — несколько отойдя от реального ужаса, ответил я. — На Нитронске эту пакость гнали. Вакуума много, — хмыкнул я.

— Какую? — заинтересовалась Светка.

— Карборановая кислота, — озвучил я сообщение химрецептора.

— Вроде даже не слышала. А что это?

— Искусственная кислота, на порядки активнее соляной и серной. В металлургии использовали. Ну, я думал, что искусственная. Ничего не понимаю, Свет.

— Если на порядки активнее — то как она в них находится?

— Вот этого и не понимаю, — признал я. — Думаю.

— Изолятор?

— Разве что кремний, точнее — стекло, — припомнил я.

— Так, погоди, Жор. Подтёки на проводах!

— Ну да, но там бы всё проело…

— И они хрупкие! Он разбился!

— Так, ты думаешь — стекло? — уточнил я, на что Светка покивала. — И замедлитель, — уже сам додумался я. — Правда ни черта не представляю, что там за замедлитель должен быть — с водой и кислородом карбонаровая кислота прекрасно реагирует.

— Органика какая-нибудь, — предположила Светка.

— Ну, возможно. Та же кремниевая, хотя и бред — это тараканы, а не пришельцы какие. Но ладно, почему прозрачные — понятно. Почему светятся и такие медленные — тоже. Им просто не нужно никуда торопится. Даже ослабленная кислота чертовски сильная. Но недостаточно, чтоб прожечь нержавейку обплётки, — припомнил я подпалины.

— А человеку как?

— Да как обычная сильная кислота, соли нетоксичны.

— А светится?

— А они, похоже, нержавейку жрут, Свет. Медленно — но быстро им и не надо. Царапины — от крыс, а точки от тараканов. Ну и подтёки.

— А свечение — реакция металла, — поняла Светка, на что я кивнул. — Но химзащита помогает — я думала санитары в броне, а это именно химзащита.

— Я тоже думал броня, но хреново помогает. Рваный комбез помнишь? Похоже биофибра держит эту смесь, но теряет прочность — думаю, полимеры окисляются, остаётся просто ткань.

— А там — крысы, грызущие бетон. Симбиоз?

— А фиг знает, Свет, но мне всё это не нравится. Стеклянные, блин, светящиеся кислотные тараканы! — возмутился я.

— Да уж, почти смешно. Но они не просто неагрессивные, Жора. Они не могут быть быстрыми!

— Разобьются, да, — признал я.

— Давай попробуем найти тебе крыс, — решительно заявила Светка.

— Кислота тебе опаснее, чем мне.

— Комбинезон химзащиты, — похлопала по названному андроид. — И я не говорю — умереть за крыс, — хихикнула она. — Просто посмотреть, раз уж спустились. Если что — вернёмся.

— Ну-у-у… давай попробуем. Только очень аккуратно, держимся подальше от стен!

— Само собой, Жора. Мне пока в химчистку рановато.

И потопали мы обратно в коридор. Авантюра, конечно… но мне в собственных глазах надо было реабилитироваться — я реально до дрожи испугался, надеюсь — не показал. Просто видел как-то как капля этой кислоты попала на пустотный костюм товарищу. Испаряясь в вакууме, но проделать сквозную дырку в предплечье и противоположной стороне комбеза ей это не помешало.

Товарища вытянули, даже руку залечили, но его крик до сих пор пробирает в воспоминаниях, а уж скорость окисления этой дряни — пугает до судорог.

Но бояться — неправильно. Со страхами надо бороться, у меня и так со всякой мерзостью щупальцастой проблемы!

И вот идём мы, тихо, аккуратно, от стенок подальше держимся. И вдруг — крыса. Сантиметров тридцати длинной, здоровая, жирная, чёрная. В подпалинах-ожогах, точнее, шрамах от них. И привстала на задние лапы, ушами шевелит, смотрит на нас бусинками глаз.

— Противная какая, но надо, — сопроводил я комментарием выстрел из “гада” в башку твари.

Чудес не случилось, пистолет чихнул пулей, башка кусками полетела в коридор, а тушка, кровоточа, шмякнулась на пол.

— Стоп. Вибрация! — напряжённо оповестила Света.

— Вижу, — ответил я, видящий если не орду, то ощутимую группу живности за поворотом ответвления коридора впереди. — Стоим тут, Свет. Тараканов почти нет, спокойнее, — указал я на практически лишённые стеклянных насекомых стены.

Светка согласно кивнула. Стоим мы, значит, с оружием наготове. Метрах в четырёх впереди видим поворот в отнорок, за углом которого скопилась масса животин, не могущих быть никем, кроме крыс. Минуту стоим — нулевой эффект. Не нападают, стоят, копошатся за стеной.

— Ждут, когда мы подойдём, чтобы накинуться, — констатировала Света, — И пересвистываются.

— М? — уточнил я.

— Ультразвук, Жора. Прости, перевод не дам, не в тех яслях училась.

— Прощаю, — хмыкнул я.

— Ты замечательный, Жора, — застервозничала Светка. — Но модуляции свиста явно осмысленные, понимаешь?

— Речь? — уточнил я.

— Не настолько сложные. Что-то уровня высших киноидов.

— Всё равно поумнее обычных крыс, — констатировал я, — И не нападают, паразиты такие, ждут, когда подойдём.

— А мы подойдём? — с ощутимым скепсисом поинтересовалась Света.