Харальд Хорф – Atomic Heart. Предыстория «Предприятия 3826» (страница 51)

— Какой он всё-таки забавный, — негромко произнесла младший лейтенант Нечаева.

— Товарищи Сеченов, Челомей и Филимоненко разработали его ещё до войны, — откликнулся её муж. — «Единорога» показывали госкомиссии, он был ещё очень сырой, у него тогда не было названия, но чинуши не приняли проект.

— Жаль. — Екатерина поднесла к глазам бинокль. — Столько солдат могло бы выжить.

Внизу, среди вздыбливающихся взрывов, «Единорог» чувствовал себя как рыба в воде. Невысокая приземистая двуногая топотуха на мощных стальных птичьих лапах мчалась словно страус через множество вспухающих огнём разрывов. Траектория движения боевого робота представляла собой сочетание рваных зигзагов, и попасть в столь непростую мишень танковые пушки «Мастифов» не могли. «Мастифы» имели хорошую скорострельность, которой завидовали все танки мира, вооружённые лишь одним орудием, но в данном случае это не давало им преимущества.

Танковые роботы прилежно брали упреждение для ведения огня по движущейся цели и производили выстрелы один за другим, но сложный рисунок движения и отличная скорость «Единорога» сводили на нет все их старания. Дважды танковые снаряды всё же настигли цель, но поразить её не смогли. Первый снаряд попал в лапу, пробил её насквозь и ушёл в почву, где и взорвался. Лапа «Единорога» была сконструирована с высоким запасом прочности, на её показателях никак не отразятся и десять таких пробоин, в итоге робот фактически не получил урона. Второй снаряд ударил в корпус, увяз в бортовой броне «СПТ-3» и взорвался. Судя по всему, снаряд был кумулятивным, однако «Единорог» имел три слоя брони, пространство между которыми заполнялось полимерным теплопоглотителем, и кумулятивная струя рассеялась, не сумев прожечь даже два слоя из трёх.

— Расход боезапаса — 50 процентов! — доложили с «Вышки». — Зафиксировано два попадания по цели. Урон признан ничтожным.

— Начинайте вторую фазу! — приказал майор Кузнецов.

Внизу «Единорог» выполнил очередной зигзаг и прямо на ходу приготовил к стрельбе своё орудие. Мощный защитный кожух, расположенный вдоль горизонтальной оси боевого робота по всей его длине, распахнулся, разъезжаясь в стороны, и обнажил длинную массивную пушку почти квадратного сечения. Собранное из сложных сегментов орудие провернулось вместе с верхней половиной бегущей стальной топотухи, оказавшейся вращающейся платформой, и нацелилось в сторону кружащих среди деревьев «Мастифов».

Орудийные сегменты один за другим вспыхнули, накапливая энергию, и «Единорог» произвёл бесшумный выстрел, мгновенно сменившийся грохотом преодоления звукового барьера. Три километра до цели невидимый глазу снаряд преодолел за доли секунды, и один из кружащих в лесу «Мастифов» дёрнулся, словно врезавшись в невидимую стену. Его отбросило назад на пару метров, развернуло боком и ударило о ближайшее дерево. Танковый робот неподвижно застыл, и с «Вышки» доложили:

— Цель номер один уничтожена. Прямое попадание в отсек питания. Оба топливных элемента разрушены. Ходовая часть, похоже, лопнула — корпус получил слишком большое количество кинетической энергии.

— Новая система прицеливания хороша! — Кузнецов через бинокль наблюдал, как бегущий «Единорог» следующим выстрелом уничтожает вторую цель. Снаряд попал точно в отделение с боекомплектом, пронзив «Мастифа» насквозь, и запас снарядов взорвался, раскалывая танкового робота надвое.

— Цель номер два уничтожена! — доложили с «Вышки». — Детонация боекомплекта в результате прямого попадания!

— Выводите всех! — приказал Кузнецов. — Начать танковый бой!

Батальон «Мастифов» устремился в атаку, набирая скорость, и три десятка танковых роботов ринулись на «Единорога». Тот принялся маневрировать, не переставая вести огонь в движении, и его орудие каждые десять секунд производило очередной выстрел. Управляемая новейшей системой прицеливания пушка Гаусса полностью вывела из строя ещё полтора десятка машин, после чего противники сблизились, и «Мастифы» предприняли попытку расстрелять «Единорога» в упор.

Но сделать это оказалось непросто. Птицеобразная топотуха принялась носиться среди «Мастифов» туда-сюда, то прячась за одним танковым роботом от другого, то запрыгивая прямо на них. «Мастифы» маневрировали, отчаянно вращая орудийными башнями, дабы не потерять цель, но в отличие от «Единорога» прыгать друг по другу они не умели, и их снаряды всё чаще били в борта своих машин. «Единорог» же продолжал производить десятисекундные выстрелы с точностью метронома, и их точность ниже не стала. Менее чем через пять минут от трёх десятков «Мастифов» кибербатальона осталось всего пять единиц.

Испытательный бой был фактически окончен. Стало ясно, что ровно через пятьдесят секунд «Мастифов» не останется. Кузнецов вдохнул, собираясь отдать команду остановить бой, дабы не сжигать зря танковых роботов, как вдруг последняя пятёрка «Мастифов», взревев двигателями, рванулась в разные стороны и скрылась от «Единорога» за неподвижными остовами своих однополчан. «Единорог» ударил по ближайшему из танковых роботов прямо сквозь подбитую боевую машину, но уничтожить врага не смог. Выпущенный пушкой Гаусса снаряд действительно пронзил подбитого ранее «Мастифа» насквозь и точно так же насквозь прошёл через «Мастифа», за ним укрывшегося, но это попадание не нанесло противнику существенного урона.

— Выстрел номер двадцать шесть! — доложила Вышка. — Есть попадание по цели. Сквозная пробоина буферной части корпуса. Критически важные узлы не повреждены. Цель не уничтожена.

«Единорог» побежал в обход подбитых машин, петляя среди разбитых «Мастифов», и остальные четыре танковых робота одновременно выкатились из-за своих укрытий, открывая по нему беглый огонь. «Единорог» подпрыгнул, взбираясь на ближайшего подбитого врага, и основной поток снарядов ударил мимо. Однако один из выстрелов всё же достиг цели, и снаряд ударил ему в борт, увязая в броне. Не дожидаясь ответного выстрела, «Мастифы» врубили задний ход, прячась обратно. «Единорог» сделал выводы и бросился в атаку по кратчайшему расстоянию, на бегу производя выстрел в разбитого танкового робота, за которым только что скрылся один из врагов.

— Выстрел номер двадцать семь! — прозвучало с «Вышки». — Есть попадание по цели. Цель не уничтожена!

«Мастифы» вновь выкатились из-за укрытий, и десять орудийных выстрелов грянули друг за другом со слитностью пулемётной очереди. «Единорог» подпрыгнул, взбираясь на очередного подбитого танкового робота, но на этот раз «Мастифы» ожидали от него подобный манёвр. Первая пятёрка снарядов вспорола землю вокруг подбитого «Мастифа», на который взобрался «Единорог», вторая пятёрка вместо «Единорога» нанесла сосредоточенный удар в заднюю часть «Мастифа» под его лапами. В ту же секунду подбитый «Мастиф» взорвался, разлетаясь на части, и «Единорог» рухнул с него наземь, кувыркнувшись через собственное орудие. Птицеобразная машина дважды перевернулась, оказываясь на боку, и замерла.

— Прекратить огонь! — выкрикнул Кузнецов, вглядываясь в бинокль в неподвижно лежащего робота. — Что с «Единорогом»?

Внизу уцелевшая пятёрка «Мастифов» остановилась и заглушила моторы.

— Чёрт! — чертыхнулся в эфире представитель «Вышки». — Опять электроника вырубилась! С «Единорогом» нет контакта! Телеметрия не отвечает! Там боекомплект сдетонировал, в «Мастифе», который под ним был! Непредвиденная ситуация! Высылаю инженерную бригаду!

— «Мастифы» специально заманили «Единорога» в эту ловушку. — Кузнецов убрал бинокль и поспешил в капитанскую рубку «Кондора-1». — Они совместно рассчитали этот манёвр и совместно его провели! Мы садимся, соблюдайте осторожность!

Он схватился за рычажок навигационного блока, задал бортовому компьютеру точку приземления неподалёку от «Единорога» и нажал кнопку «Посадка». «Кондор-1» пошёл на снижение, и далёкая земная поверхность начала быстро приближаться. У самой земли снующие по нижней плоскости аэроплатформы «Каракурты» попрыгали на поверхность, проворно разбегаясь в разные стороны, и «Кондор-1» опустился наземь, выпуская трап. Вооружённые контрольно-измерительными приборами бойцы «Аргентума» поспешили вниз, к лежащему на боку «Единорогу».

— Электромагнитной активности не наблюдаю! — сообщил один из бойцов, только что подключивший штекер своего устройства к клемме на поверхности робота.

— У меня тоже пусто! — присоединился к нему ещё один боец.

— И у меня! — подтвердил третий. — Электропроводка у него сгорела, что ли?

Со стороны «Вышки» показался мчащийся крытый грузовик, подпрыгивающий на ухабах, оставшихся от старых воронок, и Кузнецов кивнул в его сторону:

— Сейчас инженеры подключатся. Фиксируйте визуальные повреждения.

Пара бойцов достала из укреплённых на бронеформе планшетных карманов ручные кинокамеры и принялась снимать пробоины, полученные «Единорогом» в ходе боя. Но даже отсюда Кузнецову было хорошо видно, что критических повреждений робот не получил. Вскоре грузовик с инженерами добрался до места событий, и «Единорога» вторично подключили к куче тестеров. Старший инженер «Вышки» возился с ними минут тридцать, не переставая недовольно кривиться, после чего устало махнул рукой:

— Всё! Отбегался «Единорог»! Электроника сгорела, требуется полная замена микросхем, проводки и полимера!