Хао Хэллиш – Перерождение мира. Том второй: Предвкушение (страница 2)
– Давид, – позвал он, не оборачиваясь. – Распорядись, чтобы к ужину позвали и близнецов. Семейный ужин. Пора.
Давид кивнул с холодной почтительностью и вышел. Леон IV остался у окна. Фундамент для передышки был заложен. Но он чувствовал, что трещины в его империи и в его собственной семье лишь начинали проступать наружу.
Глава XIV. Сокровища не за горами
Последние ветви Тёмного леса расступились, словно тяжёлый занавес, открывая вид, от которого у новоприбывших перехватило дыхание. Пятнадцать пар глаз уставились на долину, раскинувшуюся внизу. Их взгляды, ещё секунду назад полные усталой опаски, теперь широко распахнулись от изумления.
Амелия первой ступила на скошенную траву на опушке. Она потянула носом воздух, уже не пахнущий гнилью и магической порчей, а свежий, с примесью дыма очагов и речной влаги.
– Ну, вот мы и дома, – произнесла она, оборачиваясь к своей немногочисленной, запылённой группе.
Но её никто не слышал. Все смотрели вниз, на поселение, которого, по их мнению, не могло существовать.
Поселение «Долины Мечты» раскинулось вдоль изгиба чистой, сверкающей на утреннем солнце реки. Прямо перед ними, на небольшом возвышении, стояло массивное, срубное здание с высокой крышей, напоминавшее своим видом общинные дома северных народов – сердце их маленького мира. От него по склону к воде спускались аккуратные ряды бревенчатых домиков, из труб которых вился дымок. У самой воды виднелся причал с несколькими рыбацкими лодками. Чуть поодаль, к северу, стояла мельница, её крылья пока были неподвижны. Правая часть поселения, упиравшаяся в лес, была огорожена добротным деревянным частоколом – не для защиты от армий, а как предупреждение и препятствие для случайных лесных тварей.
Это не была крепость и не лагерь выживания. Это была
– Это… это всё… ваше? – прошептал один из новых рабов, зверолюд лет тридцати.
– Наше, – твёрдо ответил Хэлл, проходя мимо него. Его юная фигура, казалось, вобрала в себя всё спокойствие и уверенность этого места. – Общий дом. И ваш тоже. Идём, вас ждёт тёплая еда и работа для ваших рук.
Спуск в долину занял не больше получаса. Чем ближе они подходили, тем громче становились звуки жизни: отдалённый лай собак, смех детей, гомон голосов у реки, ритмичный стук топора из кузницы.
Староста Торн ждал их у околицы, у края тропы, ведущей от леса к первым домам. Он стоял, заложив руки за спину, в простой, но чистой холщовой рубахе, и его лисьи уши были повёрнуты вперёд, улавливая каждый звук приближающейся группы. За четыре года его потухший взгляд обрёл уверенность, а в осанке появилась властность человека, несущего ответственность. Рядом с ним стояла молодая зверолюдка-мурмошка с глиняной табличкой в руках – его помощница.
– Господин Хэлл, госпожа Амелия, – Торн сделал короткий, но уважительный поклон. Его взгляд скользнул по измученным, но целым новоприбывшим, – Добро пожаловать в Долину Мечты. За вами уже прислали. Сейчас вас проводят в общинный дом, накормят и дадут отдохнуть. Завтра начнётся распределение работ, – обратился он к новоприбывшим.
Пока помощница и несколько подошедших поселенцев из числа старожилов забирали группу, уводя их к большому срубу в центре деревни, Торн повернулся к Хэллу и Амелии.
– Пройдёмте ко мне? – спросил Торн, после чего Амелия утвердительно кивнула.
Его «кабинет» располагался в пристройке к его же дому – просторной комнате с большим столом, заваленном свитками, глиняными табличками и толстыми кожаными книгами. На стене висела большая самодельная карта долины с цветными отметками: где пашня, где лесозаготовки, где будущая кузница побольше. В углу стояли полки с образцами зерна, кожи и даже несколькими магкристаллами низкого качества – что-то вроде натурной биржи и архива в одном лице. Пахло здесь деревянной пылью, воском и сушёными травами.
– Итак, – Торн уселся за стол, взяв главную книгу. – На сегодня – снова без беженцев? Только купленные?
Хэлл утвердительно кивнул, скидывая с плеч лёгкий дорожный плащ. Амелия тем временем достала из походной сумки небольшой, аккуратно сложенный лист бумаги и протянула его старосте.
– Список. Пятнадцать имён. Раса, возраст, видимые навыки. Один кан-латрис, судя по всему, разбирается в камне. Одна зверолюдка-тарги с жилкой травницы.
Торн взял список, бегло пробежался глазами и начал переносить данные в свой огромный реестр, время от времени сверяясь с другими книгами – «Реестр специалистов», «Книга домовладений», «Список на распределение».
– Латриса определим в камнетёсную артель, к Горну, – бормотал он себе под нос, делая пометки. – Травницу – в заготовители, под начало Хельге… – Он отложил перо и взглянул на Хэлла. – Хельга, кстати, просила передать, что, если вы встретите кого-то с познаниями в гончарном деле или ткачестве, было бы очень кстати. Детей рождается много, одежда и посуда расходуются быстрее, чем мы успеваем их делать.
– Постараемся, не от меня ведь зависит то, кого мы найдем, – сказал Хэлл, подходя к карте. Его взгляд скользнул по отметке на юге, у устья реки. – Как там дела на верфи?
Торн хмыкнул, перекладывая ещё одну табличку. – На верфи всё по графику. Каркас уже стоит, сейчас обшивают днище. Говорят, ещё года два, не меньше. Но лес хороший, сухой, мореный – должен служить долго, – Он взглянул на Хэлла поверх книги, – А вот с плотниками тут напряжёнка. Все, кто хоть что-то смыслит в корабельном деле, уже там, на юге. Так что новую кузницу, о которой вы говорили, придётся отложить до осени.
Хэлл лишь кивнул, принимая это как данность. Управление ресурсами – это всегда выбор.
– Покажи итоговые цифры, Торн.
Староста отложил текущие списки и достал из нижнего ящика стола другой фолиант, более массивный, с кожаным корешком.
– Общая книга поселения, – пояснил он, открывая её на последней заполненной странице.
– По состоянию на вчера, – начал он деловым тоном, водя пальцем по аккуратным столбцам цифр, – общее количество душ – четыреста восемьдесят семь. Из них детей, родившихся уже здесь – сто сорок восемь.
Амелия присвистнула, привалившись к столу.
– Ничего себе приплод за четыре года.
– Взрослых – триста тридцать девять, – продолжил Торн. – Из них: купленных и отработавших свою вольную – сто восемьдесят один. Беженцев, включая тех немногих людей, что рискнули на лес – сто пятьдесят восемь. По расам… – он перевёл палец на соседнюю графу, – канов всего сто два. Зверолюдов – триста шестьдесят один. Людей… двадцать четыре.
В комнате повисло молчание. Цифры висели в воздухе, сухие и безжалостные.
– Зверолюдов могло бы быть и больше, – тихо сказал Хэлл, глядя в окно на мирно дымящиеся трубы, – если бы не лес. Но если бы не он… всего этого вообще бы не было.
– Так и есть, господин, – согласился Торн, закрывая книгу. – Но с учётом естественного прироста… если всё и дальше пойдёт так, к вашему возвращению из академии можем перевалить за две тысячи. А там, глядишь, и до трёх тысяч рукой подать. Если, конечно, все и дальше будет в таком же темпе и ресурсов будет хватать.
– Это да, ресурсы – главная проблема, – уверенно произнёс Хэлл, но в его голосе прозвучала не детская бравада, а холодный расчёт стратега, просчитывающего ходы на десятилетия вперёд. – Когда стану официальным правителем этих земель, начнём строить дорогу через лес. И мост через реку на востоке восстановим.
Амелия фыркнула.
– Легко сказать, – фыркнула Амелия, – Дорогу через Тёмный лес. Ты там всех жителей поселения на охрану этой дороги поставишь?
– Не всех, – парировал Хэлл. – Если найдём что-то, что будет отпугивать монстров не на час, а постоянно. Как те мешочки, только… мощнее. Или иначе устроенное. Тогда можно будет не просто дорогу проложить. Можно будет и город-призрак вернуть к жизни.
– Амбициозно! – воскликнула Амелия, но в её глазах вспыхнул знакомый Хэллу огонёк – огонёк азарта перед лицом безумной, почти невозможной задачи.
– По-другому и быть не может, – сказал Хэлл. – Восстановленный город-призрак станет не просто городом. Он станет символом. Символом того, что у страха перед этим лесом есть границы. И что мы эти границы установили.
– Ага, и туристов привлечёт, – с едва уловимой иронией добавила Амелия.
– Вот именно. Но это пока только планы в воздухе. На бумаге. – Хэлл оторвался от окна и повернулся к Торну. – А на земле у нас другая задача. Мне нужно попасть в академию через несколько месяцев. А для этого нужны деньги. Много денег.
Он встретился взглядом с Амелией. В её малиновых глазах он прочитал то же, что и в её недавней шутке – понимание грядущей тяжести. Год обучения в Королевской Академии Магии стоил тридцать золотых. Пять лет – полторы сотни. У них, после всех закупок, приобретений рабов на невольничьих рынках и вложений в поселение, скопилось в излишке всего пятьдесят восемь. Едва хватало на два года.
Через два дня пути на северо-восток от Долины Мечты ландшафт изменился до неузнаваемости. Чаща Тёмного леса стала реже, уступая место каменистым склонам и гигантским, поросшим мхом валунам. Воздух стал холоднее и тоньше, пахнул хвоей и сыростью камня. Впереди, подобно стене, встали Вильгельмовы горы – древние, суровые, с седыми шапками снега на самых высоких пиках, даже в разгар лета. Они шли вдоль предгорий, оставляя основную массу леса по левую руку.