Ханна Хаимович – Огненная Арка (страница 87)
— Театр. Один из погибших был театральным работником. Потом труп исчез, и человек Ферелейна заявлял, что могила разрыта изнутри, — тихо напомнил Аджарн. — Но сущности не могут маскироваться так убедительно…
Он с сомнением смотрел на Интана. Словно должен был что-то делать, но решение казалось слишком неподходящим, а другого не существовало. О Бездна! Эвелина поняла, к чему они клонят. Сущности? Погибший? Полтора часа?
Их с Интаном принимают за сущностей, захвативших тела!
— Мама! — она вцепилась в руку, сжимающую ее плечо. — Это же я! Никто ни под кого не маскируется! Это тот тип в пальто, который проник в особняк Мэри и Смирланы, он натравил на нас призрачный комбайн! Его магия — иллюзии! Он просто заставил нас забыть, наверное…
— Скорпион был натуральный, — послышалось от Интана.
— Забыть что? — мамины глаза глядели с болью и ужасом. — Зачем ожившему трупу заставлять вас что-то забывать? Кайрен, это можно проверить?
— Сейчас — нет, — с досадой ответил Аджарн. — Без соответствующего артефакта память может пробудить маголекарь, а я… разве что попробовать.
— Пробуйте, — напряженно распорядилась мама. — Мы и так уже столкнулись с аномальной сущностью.
Аджарн уставился на Интана немигающим взглядом. Секунда, другая… Вокруг тела юного мага начал наливаться светом тонкий сероватый контур. Он становился все ярче, превращаясь в плотную пелену.
Интан поморщился, поднося ладони к вискам. Но коснуться не смог — пелена оказалась материальной, почти как то прозрачное одеяло на театральных витражах. Аджарн протянул руку… и сорвал завесу. А потом швырнул ее вверх, где под потолком мерцали наколдованные огоньки, заменяющие лампы!
Отделенный от тела покров расправился, как содранная кожа, и растаял. На светящемся фоне появились бесплотные картинки.
Коридор. Тварь в человеческом обличье. Клетчатое пальто. Скорпион. Эвелина увидела недавний бой глазами Интана. И бесчувственный гардеробщик на полу, и она сама со связкой ключей… Похоже, это был момент, когда человек с ранами на лице только-только появился. Скорпион ударил хвостом, еще не нападая, только примериваясь. Незнакомец подошел ближе.
И все словно замерло.
Сама Эвелина застыла на корточках, Интан так и остался у стены, едва вскочив. Двигался лишь мужчина в клетчатом. Он развел руки в стороны, запрокинул голову — длинные волосы рассыпались по плечам, а раны на бледных щеках стали еще ярче. И сияние. Проклятый ореол вокруг тела, на которые Эвелина уже насмотрелась на всю жизнь вперед!
Она не знала, как долго эта картина провисела под потолком, подобно ожившей фотографии или нововведению театралов, синематографу. В какой-то момент на нее перестали обращать внимание. Аджарн неуверенно произнес:
— Если это не обманка, то сущность просто пила из них силы. Точнее, пыталась, но едва ли у нее получилось…
— Почему не получилось? — спросила Эвелина, а мама наконец-то перестала держать ее за плечи мертвой хваткой и прижала к себе.
— Потому что, как показали сегодняшние события, сопротивляться чуждой магии способны только ведьмы и еще заклинатели огня. При условии, что ведьмы вовремя вправят им мозги, — сообщил Аджарн. — Чем ближе к фону Арки, тем устойчивее. Знаете, Агнесса, а ведь наводит на мысли…
Мама ответила не сразу. Она гладила Эвелину по спине и баюкала в объятиях, как маленькую.
— Да, что именно? — подняла она голову. — Я давно говорю, что эти аномальные сущности — на самом деле не сущности…
— Более того. Мне казалось, на нас напали некие пришлые маги. Но видим мы пока только проникновения, сбои фона, убийства, оживших мертвецов — и никого, кто бы ими управлял. И еще этот скорпион-иллюзия, который оказался настоящим, и спруты-иллюзии, которые вполне реально громили бульвар. Очень знакомая магия, где-то я о ней слышал. Точно ведь слышал. В каких-то, — он неопределенно хмыкнул, — легендах, что ли, или мифах… Что, если наши пришлые — вообще не люди?
— А кто тогда? — вяло удивилась мама.
Аджарн пожал плечами.
— Их могли создать. Хотя кто кроме магов способен создать такое? Ладно. Все равно сначала нужно узнать, чего они хотят, тогда что-то прояснится. Поймать одного… Интересно, наш оживший труп еще в театре?
— Наш? — хмыкнула мама, выпуская Эвелину. Успокоилась, похоже. А Аджарн загорелся идеей ловить мертвеца в клетчатом пальто. Эвелина вспомнила шепотки в коридоре, бесплотными червячками проникающие во все углы, вспомнила совершеннейшее равнодушие живого трупа ко всем магическим атакам и поежилась. Хорошо бы никогда больше его не видеть.
— Ларадер недоработал, — сказал Аджарн. — Нужно поискать в его гильдии, пока он не в себе, может, найдем хоть какое-то руководство.
— Духоловы же призраками занимаются, разве нет? — мама внезапно заинтересовалась чем-то за окном и прижалась к нему носом. Снаружи мельтешило, пуржила беспокойная ночь, но магические огоньки под потолком сияли так ярко, что в стекле можно было рассмотреть лишь отражение комнаты.
— Не только. Аномалиями посмертия, если официально. А в этих тварях с разодранными лицами столько всего намешано…
— Так, — проговорила вдруг мама. — По-моему, сначала нужно поймать самого Ларадера. А с ним и всех остальных. И как-то привести их в чувство. Они не станут дожидаться, пока мы будем гоняться за Гластом или за существом, которое заняло его тело.
Она с усилием подергала ржавую ручку, рама подалась, и окно распахнулось. Мама по-девичьи пискнула и отскочила в сторону. Туда, где она только что стояла, немедленно обрушилась огромная снежная шапка.
Сначала Эвелине показалось, что снег просто осыпался с кроны какого-нибудь дерева в палисаднике. Но вот налетел новый порыв ветра, кто-то бесплотный перевернул над городом бездонное ведро, и снег повалил в комнату лавиной, неудержимо, как вода в затопленную лодку. По доскам пола потекли ручейки. А сплошная белая масса все прибывала, прибывала…
— Проклятие!
Опомнившись, мама кое-как закрыла окно с помощью магии. Изумленно уставилась на сугроб. Аджарн расхохотался.
— Желаете горячую ванну или его просто убрать?
— На улице сейчас будет ванна. Ох какая ванна… — заявила вдруг Айлита. И маги, и ведьмы были уже на ногах, даже те, кто раньше сидел у стен, отдыхая. Не успевшие вовремя отскочить отряхивались. Айлита подошла к сугробу и присела на корточки. Ей пришлось сделать всего три шага.
Эвелина уставилась на нее. С тех пор как ведьмам пришлось переехать в сторожевые особняки, общение с ними ушло в прошлое. Как ни странно, общих интересов оказалось мало. А думалось — стоит только объединиться, и вот она, новая жизнь, море подруг, постоянно новые люди, разговоры, веселое сумасбродство… Пока что ситуация не располагала к сумасбродству, но, глядя на знакомых по женской гильдии, Эвелина с удивлением обнаружила, что они так и остались бледными тенями на горизонте. А новые люди…
Интан, шепча проклятия, сушился магией в уголке.
— Почему вы так смотрите? Думаете, я буду гадать по снегу? — оглянулась Айлита. — А что, непонятно разве, что все мы в глубокой луже? Лично я не знаю, как из нее выбираться.
Другая лужа, отнюдь не метафорическая, расплывалась под сугробом во все стороны. Аджарн, поморщившись, телепортировал тающую гору прочь. Воздух ершился, стрелял искрами, но подчинился магии.
— Вот поэтому и нельзя телепортироваться, — прокомментировала мама, глядя, как остывает странный контур сугроба. — Гелена и Ястмин застряли где-то в городе, одной Бездне известно, что с ними…
— Ваших Гелену и особенно Ястмин беззащитными не назовешь, — сказал Аджарн. — Снег, похоже, дело рук кого-то из погодников. Значит, от погоды теперь в любую минуту можно ожидать чего угодно. А еще — от драконов, от животных в вольерах бестиаров и на воле, от растений, даже от самой земли. Ларадер уже показал, на что способен. А маголекари? А воины? А, провались они, изобретатели с вечно пьяным Барнингом! Двенадцать гильдий, и все, кроме нас, используют самую разрушительную магию, какой владеют!..
Он даже зажмурился на мгновение. Словно в ответ, пол комнаты чуть вздрогнул.
— Земли?.. — удивилась Смирлана, разглаживая пальто и выглядывающую из-под него синюю юбку. Пострадавший от снега подол источал клубы пара, пахнущего горячим утюгом.
— Стабилизаторы, — пояснила Эвелина. — И аномальные металлы в почве… Вы пытаетесь сказать, что нам придется ловить всех магов по одному?
Она уставилась на Аджарна. Тот запустил пальцы в волосы.
— Не хотелось бы, знаете ли, — ответил он. — Может, если получится закольцевать заклятие следа на скрижали…
— Как именно? — мама повернулась к нему и оперлась на подоконник. Заклинатели огня притихли. В комнате их было не так уж много, всего человек десять. Интересно, сколько их в гильдии? Эта, кажется, — далеко не самая многочисленная, тех же собирателей тысяч пять. Пытаться обезвреживать всех по одному — безумие, обреченное на провал.
— Отпечатки своей магии оставляли только гильдмейстеры, но скрижаль обладает такой магией, что… Одним словом, она привязывает подчиненных к начальнику. Сама она заколдована только на след чуждой магии, на поиск предателя, который запятнает себя. Но связь реальна. И если ее немного усилить, то было бы достаточно привести в чувство одних лишь гильдмейстеров. Они повлекут за собой всех своих людей.