Ханна Хаимович – Огненная Арка (страница 30)
— Маги не пытались напасть? — спросила она, хотя и так было ясно, что все спокойно. — Странно… В прошлый раз после нашего вторжения они были здесь, как только справились с пожаром в своей гильдии.
— Их же ударило той волной. Там, возле тюрьмы. Пусть не всех, но многих, — сказала Ястмин. — Может, остальные все еще пытаются привести их в чувство. Или они лишились магии…
— Нет, вряд ли, — пробормотала Агнесса. Но тон девчонки, которым та говорила о возможных страданиях магов, позабавил. Ястмин словно представляла себе что-то невозможно прекрасное и мечтательно рассказывала о своих грезах.
А хотя почему, собственно, «девчонка»? Все эти ведьмы, выглядевшие едва ли не ровесницами Эвелины и Наталлин, провели в тюрьме десятилетия. Это Агнесса для них девчонка, а не они для нее.
И стоит ли считать жизнью прозябание в крошечных камерах?
Агнесса вскочила, отставив на столик пустую тарелку. За ней снова наблюдало восемь пар настороженных глаз.
— Ты куда-то собираешься? — догадалась Эвелина.
— Пойду пройдусь, — Агнесса извлекла из одежного шкафа у двери свое пальто. — Оставайтесь, только закройтесь изнутри. Я куплю газет и послушаю, о чем говорят на улицах.
Она взяла с кресла сумку, проверила, на месте ли кошелек, и вышла за дверь.
***
А на улицах клубились люди.
Столпотворение царило уже в холле гостиницы. Путешественники с сумками и чемоданами, мелодия из радиоприемника, заставляющая говорить громче, чтобы перекричать голос певца, измученные носильщики и портье… Пару раз Агнесса слышала иностранную речь. Откуда все они?
Ах да… Магический фестиваль, ярмарка артефактов, которая открывается сразу после инаугурации Аттера Файдера. Скоро весь центр города превратится в сказочный чертог, диковинный лес, пустыню или на что там еще хватит фантазии у магов всех гильдий. Желающие смогут получить свою порцию чудес вне очереди — кому амулет против драконов, за которым нужно было записываться за несколько декад, кому миниатюрное погодное устройство, позволяющее превратить зловонный воздух вокруг дома в чистый и свежий…
Подумав о воздухе, Агнесса настороженно потянула носом. На миг ей показалось, что в полифонию запахов холла — пыль и гарь, фруктовые духи и свежая клубника, жаркое с кухни и мокрая кожа чьего-то чемодана — вплелся один знакомый. Но не успела вспомнить, чем он ей знаком. Слабый аромат исчез так же быстро, как и появился.
Наверное, это уже верх мнительности — видеть происки магов в такой мелочи.
А еще где-то в скрытых от посетителей залах гильдий уже готово множество предметов, рассчитанных на ценителей, коллекционеров и просто сильных магов. Артефакты из личных коллекций гильдмейстеров. Местных и зарубежных, которые съезжаются в Айламаду специально для этого — охотясь за новыми и новыми безделушками, способными творить вещи, о которых рядовые люди не могут даже мечтать. А за ними едут свиты почитателей, туристов, зевак… Даже увидеть такой артефакт краем глаза — хорошая примета.
Может, маги и не нападают, потому что заняты подготовкой своего аттракциона. Должны ведь напасть! Должны! Не могут они оставить без внимания то побоище, которое Сущность устроила в их городе…
Агнесса поднялась по зигзагообразной лестнице в несколько пролетов. Лестница вела к трамвайному мосту почти от самого входа в «Либеру», проходя над автостоянкой.
Трамвай появился через пару минут. Агнесса пропустила его и неспешно пошла по пешеходной дорожке вдоль рельсов, глядя на уличную суету сверху вниз. Миновала Центр контроля над ведьмами. Узкие окна-глаза зловеще светились, а фонари над входом со скрипом раскачивались на осеннем ветру. Теперь он выглядел совсем безобидным, почти игрушечным. А в свое время внушал немалую тревогу о будущем. Все будущее состояло из того, что ждало в стенах Центра, чтобы соткаться в новую линию жизни…
Даже уличная жизнь, казалось, подчинилась тому спокойному настроению, которое снизошло на Агнессу этим вечером. Тихие разговоры, а выкрики — разве что от раздражения в мелких и не стоящих внимания бытовых ситуациях. Никаких больше вырвавшихся из Арки сущностей, никаких пожаров, облав или эвакуаций. Все стихло, успокоилось…
А не причастна ли Безликая Сущность и к этому тоже? Может, это ее ответ на отчаяние Агнессы.
Та усмехнулась и свернула к газетному киоску. Второй ярус хлипкой и эфемерной двухэтажной конструкции торчал как раз на уровне моста. Продавец выглядывал из-за прилавка, как скворец из дупла, и похлопывал рукой по своему пестрому товару в такт мелодии, доносящейся из радиоприемника.
Агнесса купила несколько газет, вздернула нос под любопытным взглядом продавца — ну не может так смотреть тот, кто не наслышан о скандале! — и отправилась обратно.
Да, вечер был тихим, мирным и не предвещал ничего плохого. Но стоило подумать о подарке Сущности, как та неспокойно заворочалась в груди, вызывая неприятный холодок.
Это действительно был подарок.
А основная битва еще только приближалась.
***
В «Либере» было по-прежнему людно.
На Агнессу косились, но уже не с таким болезненным любопытством, как в первые дни после побега. Люди привыкают ко всему. Был скандал — стало обыденное явление жизни. Значит, и к женской гильдии привыкнут. Пусть не принимают, но привыкнут, встроят ее в картину мира. Когда-нибудь.
Агнесса отперла дверь номера своим ключом. На миг нахлынула непрошеная тревога. Вспомнился день, когда она точно так же вошла в гостиную и увидела Эвелину, лежащую без сознания, и убедилась в том, что Сущность при всей ее мнимой доброжелательности — далеко не друг.
Агнесса распахнула дверь. И дернулась от испуга. Но уже в следующий миг поняла, что на сей раз опасность ей померещилась.
А все потому, что Лайна сидела на полу на том же матраце, которые так и валялись вокруг стола, и прикрывала лицо руками. Лишь спустя пару напряженных секунд Агнесса увидела, что младшая дочь улыбается, а ведьмы вокруг хихикают, и вся ситуация больше всего походит на детскую забаву.
Над Лайной за спиной у нее стояла Мэри. И сосредоточенно щурилась в пространство. Способ поскорее сотворить нужную магию… Не успела Агнесса войти, как прямо в воздухе над головой Лайны соткалась золотая пыль, начала медленно опускаться вниз… Не коснувшись волос Лайны, пылинки превратились в золотые снежинки и пустились в пляс, причем явно исполняли какой-то танец. Судя по всему, старомодный — Агнесса не могла с ходу припомнить, что это за фигуры. Закончив тур, снежинки взвились в воздух фейерверком, а потом метнулись к шторам и стенам и застыли сверкающим дополнением к узору.
— Что здесь… — начала Агнесса.
— Тише, мам! — шикнула Эвелина. Старшая дочь сидела на диване с открытой книгой, водила над страницами рукой, и в воздухе появлялись и исчезали лица. Морщинистые и молодые, мужские и женские. Объединяли их только старомодные воротники. Агнесса подумала, что книга, видно, попалась из классической литературы.
Магическая вечеринка, надо же.
— Это Мэри! — уверенно провозгласила Лайна, едва последняя снежинка коснулась зеленой ткани штор. Ведьмы захлопали, заливаясь смехом.
— Лайна угадывает, кто творит магию, — пояснила Эвелина. — Она сказала, что чувствует магию на вкус или по запаху — не смогла точно объяснить. Мы стали колдовать по очереди. И она еще ни разу не ошиблась!
Агнесса медленно кивнула.
Чувствует магию? Лайна, еще не успевшая войти в силу? Это у нее точно от Лейдера, который, помнится, тоже редко ошибался в определении чужой магии и мечтал, что эта способность будет и у его сына, пока не получил двух дочерей и не понял, что лимит исчерпан. Только двое детей в семье магов могли наследовать способности родителей. Или один ребенок, если магией обладали только мать или только отец. Агнесса уже не помнила, когда и отчего это началось, но считала, что те, кто установил такое ограничение, были правы. Иначе количество магов стало бы мешать нормальному существованию Айламады, да и женам магов жилось бы несладко.
Но что послужило…
— Мам, чего кривишься? — Эвелина успела заметить минутную заминку. Агнесса отогнала раздумья и улыбнулась.
— Ничего. Просто рановато для ее возраста. Но это не плохо. Это… необычно. И много вы успели наколдовать?
— Снежинки вот, — подключилась Мэри с заметным облегчением — она явно побаивалась реакции Агнессы. — Магические. Наталлин рассказывала про оживающих дракончиков на обоях. Эти снежинки — та же магия. Если их натравить… — Она бросила на стену острый взгляд. С обоев сорвался небольшой рой снежинок. Они повернулись ребром и начали бешено вертеться вокруг своей оси. А потом рой взвихрился и метнулся через всю комнату. Агнесса почувствовала, как по лицу хлестнул порыв рассеченного воздуха.
Рой сделал круг и вернулся на обои.
— Они острые, — сообщила Мэри. — Ели такое попадет в человека… не убьет, но может сильно поранить. Это была моя идея. Когда Лайна сказала, что может различать магию, я решила, что проверочные чары должны быть не бесполезными. Нужно, чтобы каждая из нас придумала и создала что-то защитное. Или атакующее. Но безобидное с виду. Снежинки на обоях выглядят безобидными?
— Более чем, — хмыкнула Агнесса. — И у вас хорошо получается?