Хана Анибал – Подальше от тебя (страница 2)

Мы с Майлзом очень похожи, и не только внешне. Он высокий и стройный, с темными кудрями и синими глазами, которые становятся зелеными на свету. На тонком носу и щеках пестрят легкие веснушки. Большие уши торчат. Иногда девчонки говорят, что моему брату надо сниматься в костюмированных драмах. Если Майлз соизволит надеть рубашку, то сразу превращается в персонажа викторианских романов. С его бледной кожей и строгим взглядом, устремленным вдаль, это выглядит правдоподобно. У меня длинные темные волосы и глаза, которые меняют цвет в зависимости от освещения. Мама говорит, что у нас глаза цвета моря. Они переливаются в зеленых и синих оттенках. У меня, как и у брата, бледные веснушки на носу. С ушами мне повезло больше, зато рост подкачал. Пять футов и три дюйма – довольно неплохо, но Майлз называет меня драчливым гномом. Я худая и мелкая, но довольно шустрая. Могу дать отпор любому. Брат научил меня не давать себя в обиду. Мы с Майлзом похожи характерами и понимаем друг друга даже без слов.

Я посмотрела на брата с упреком, и он меня понял. Выпрямил спину и кивнул.

– Все понял, босс. Тормозим с алкоголем и девушками. Проводим вечеринку строго по графику. А после двенадцати можно веселиться?

– Можно, – благодушно ответила я. – Твоя карета в тыкву сегодня не превратится.

– Тогда все отлично.

Майлз потрепал меня по волосам и довольно поскакал в гостиную с коробкой в руках. Вскоре я услышала его крик, что начинаются конкурсы. Народ радостно захлопал в ладоши. Я застыла на нижних ступеньках лестницы. В прихожей было не так много народу. Захотелось немного побыть в тишине, запереться в своей спальне хоть на полчаса и не слышать музыки. Голова еще не болела, но я чувствовала приближение мигрени. Я решила последовать совету Джен и попыталась расслабиться. Я пригладила волосы и поправила край юбки. Молочная блузка с кружевным воротником открывала длинную шею. В этом образе я нравилась сама себе. У меня почти получилось отпустить напряжение, когда во входную дверь вошла толпа новых гостей. Лестница, ведущая на второй этаж, находилась в прихожей, и я как раз очутилась напротив двери. Я направилась к гостям, чтобы их поприветствовать. Из небольшой группы парней и девушек я узнала только одно лицо.

– С праздником, тигренок Эли. Будем целоваться?

Парень в шапке и с приплюснутым носом держал над головой омелу и махал ею передо мной. Это был Питер, бывший одноклассник Майлза. Я непонимающе обвела взглядом толпу незнакомых ребят. Питер извинился.

– К нам в гости приехали родственники. Пришлось взять с собой кузенов, чтобы они не скучали со стариками. Мы принесли с собой еду. Ты же не против, тигренок Эли?

– Нет. Конечно, нет. Мы рады всем гостям, – я отправила парню ослепительную улыбку, и он улыбнулся в ответ. Гости разувались, запихивали куртки в еле закрывающийся шкаф и протискивались в гостиную. Питер снова обратился ко мне:

– Ты уже выбрала, кого будешь целовать в полночь? – прошептал он.

– Я не планировала ни с кем целоваться, – мои брови поползли наверх от его вопроса, но я постаралась сделать невозмутимое лицо. Никогда не понимала, зачем нужно целовать кого-то в полночь.

– Отлично, тогда не буду выпускать тебя из виду. Чур, я целуюсь с тобой.

Я открыла рот от возмущения, но не успела ничего сказать. Питер уже скрылся в недрах комнаты. Позади меня в дверь кто-то вошел. Я развернулась и увидела перед собой большую спортивную сумку.

– Ты здесь ночевать собираешься? – удивленно спросила я. Питер и его родня застали меня врасплох, поэтому я не смогла сдержать свой стон. Получилось немного грубо, и я тут же пожалела о своих словах. Мне захотелось извиниться, и я подняла глаза на парня, который вошел.

– Надеюсь, что да, или мне придется возвращаться в Лондон, – ответил мне мягкий и глубокий голос.

Я посмотрела на парня и не смогла отвести взгляд. Какой же он красивый! Я замерла, не в силах пошевелиться. Такого со мной еще никогда не случалось. Парень тоже застыл на пороге и уставился на меня. Теперь я поняла своего старшего брата и его глупую улыбку. На моем лице появилась точно такая же. Передо мной стоял высокий сероглазый парень. Он засунул руку в карман дорогой спортивной куртки. На ногах – черные джинсы и ботинки. Его светлые волосы медового оттенка были зачесаны назад. Он был бледен, худ и очень красив. В его вопиющем стиле и высокомерной манере держаться чувствовался безнадежный контраст с пригородом. К моему удивлению, парень улыбнулся и замер в дверном проеме, не отрывая от меня глаз.

– Ты Эрик, друг Майлза, – я еле вытолкнула из себя эти слова. Я отошла в сторону и позволила парню войти. Мысли отказывались собираться в стройный ряд. В голове образовалась вязкая каша.

– А ты – Эли, или мне лучше звать тебя тигренок Эли? – ослепительная улыбка парня стала еще больше. Его глаза сощурились и заблестели. В его светлых серых радужках плескалась сталь. Она грозилась затопить меня.

Я почувствовала, как сердце бешено забилось в груди. Эрик подошел ближе и практически навис надо мной. Этот парень был выше Майлза. Мое лицо оказалось на уровне его груди. Люди проходили из комнаты в комнату и не замечали нас, мне же казалось, что на нас смотрят все. Как можно не заметить этого парня? Его изящную линию челюсти и белое, высеченное из мрамора лицо, длинные ресницы и идеальный ровный нос, кончик которого тянулся к небу. Его мускулистая рука держала сумку на плече, на запястьях вырисовывались прожилки вен. Ох, надеюсь, на моем лице сейчас не видно, о чем я думаю. Я ни о чем не думаю, просто таращусь. При упоминании прозвища, которым назвал меня Питер, я поморщилась.

– Я не тигренок Эли, – мои щеки горели, и мне захотелось прижаться лицом к чему-нибудь холодному. Из уст парня мое прозвище прозвучало как-то извращенно. – Одноклассники Майлза зовут меня тигренком Эли, потому что я играла тигра в школьном спектакле. Майлз нарисовал мне усы и черно-рыжие полосы несмываемыми маркерами, и я неделю ходила так в школу. Это темная тайна моего прошлого, и если расскажешь кому-то, я…

Продолжение фразы затерялось в моем горле. Эрик засмеялся, не отрывая от меня глаз. Ему явно нравилось то, что он видел. Надеюсь, что это так. Внезапно тень понимания отразилась на его лице. Большие глаза немного распахнулись. Парень отступил на шаг.

– Ты сестра Майлза. Элинор.

–Точно. Мама называет меня Элинор, когда я творю что-нибудь, по ее мнению, плохое, – я кивнула, расстроившись появившейся между нами дистанции. – Снимай обувь и пойдем, покажу твою комнату.

Я проскользнула к лестнице. Когда я поднималась по ступенькам, то старалась не оборачиваться. Не удержавшись, я повернула голову и увидела, что парень идет за мной. Он не стал снимать куртку. Наверное, побоялся, что переполненный шкаф взорвется, если он рискнет его открыть. Все это время Эрик глядел на мою спину или даже чуть ниже. Он немного смутился, когда я поймала его за рассматриванием, и только улыбнулся уголками губ. Когда мы оказались на втором этаже, я выдохнула с облегчением. Музыка и голоса здесь звучали тише. В коридорчике стояло лишь несколько парочек. Они не обратили на нас никакого внимания.

– Комната возле спальни Майлза? – спросил Эрик. – Я помню. Я бывал здесь в прошлом году.

Я замерла на месте. Я уже протянула руку, чтобы открыть пустую спальню и показать ее парню. Мне стало неловко.

– Все равно спасибо, что проводила.

– Мы ждали тебя на Рождество, поэтому твои подарки все еще лежат под елкой, – мне не хотелось спускаться вниз и возвращаться к гостям, я тянула время.

Парень открыл дверь и заглянул в спальню, но не зашел внутрь. Он привалился к дверному косяку, словно его спина устала от нагрузки. Эрику приходилось сутулиться, чтобы заглядывать мне в глаза.

– Я собирался приехать вместе с Майлзом, но дядя попросил остаться на праздники с ним. Лучше бы я этого не делал. Твои родители были очень добры ко мне летом.

Я вспомнила, что мама рассказывала мне про Эрика. Он остался без родителей, когда был маленьким, и его воспитывал дядя. Мальчика отправили в частный пансион, а потом он поехал в колледж. Его семья владеет какой-то компанией по производству фармацевтической продукции и медицинского оборудования. Мама жалела Эрика. Она частенько вспоминала о нем, и ее глаза загорались материнским блеском. Парень не переставая хвалил ее стряпню и с искренним восторгом участвовал во всех семейных вылазках.

– Ты понравился моим родителям, – я тоже привалилась к стене и закинула прядь волос за спину.

Первое волнение прошло, и я начала становиться самой собой. Мне никогда раньше не хотелось понравиться парню. Во мне уже не осталось подростковой неловкости или смущения, но я не знала, как Майлз отнесется к тому, что я строю глазки его другу. Прошло не больше пяти минут после нашего знакомства, а мне с этим парнем еще жить неделю под одной крышей.

– Мне пора спускаться к гостям. Ты, наверное, хочешь отдохнуть с дороги. Майлз в гостиной. Я скажу ему, что ты приехал. Если что-то понадобится, обращайся.

Эрик хотел спросить что-то еще, но передумал. Парень открыл и закрыл рот, желваки заходили ходуном под кожей. Я засмотрелась на его полные губы и поспешно отвела взгляд.