Григорий Володин – Газлайтер. Том 40 (страница 43)
Ничего удивительного. Очень даже предсказуемо, Хоттабыч. Действительно, сам я так же думал обойти Бездну Багрового Властелина, если дошло бы с ним до драки. А моя Пустота сродни Бездне.
— Гр-ра! — Громила рычит и обрушивает молот из чистой материализации на Грандика.
Принц Крови плавно уходит перекатом, и земля там, где он стоял секунду назад, превращается в кратер. Рукопашка здесь затянется, Хоттабыч слишком «жирный» и бронированный. Нужно менять калибр.
— Давай! — бросаю Грандику по мыслеречи. — Врубай ультру!
Принц отпрыгивает вбок и мгновенно начинает трансформацию. Его тело и доспех теряют очертания, взрываясь потоками крови. Но в этот раз он не превращается в бесформенного спрута-кайдзю. Кровь закручивается в тугую спираль, уплотняется и формирует длинное, гибкое тело. Чешуя, усы, рога. Это дракон или длинный змей, парящий в воздухе, словно сошедший со старинных китайских фресок.
Лорд Тень, недавно воплотившийся в теневого дракона, навел меня на эту мысль, а Грандик блестяще её реализовал — воплотиться в гиганта на близкой дистанции. Теперь Грандик контролирует каждую каплю своей силы, способен на точные, кинжальные атаки, а не просто давить массой, как в пору безумия. Отличный исполнитель!
Снизу доносится ошеломленный возглас центуриона Егора:
— Мама моя продавщица! Где наш шеф таких монстров берет?
— Они сами к нему прибегают, — авторитетно заявляет Маньяк, наш Целитель-безумец, с восторгом наблюдая за бойней. — Шеф слишком крут, к крутым липнут лучшие!
Кровавый дракон с ревом бросается вперед. Грандик обвивает массивное тело Хоттабыча кольцами, как удав, и начинает сжимать. Слышится треск ломаемых костей мутанта.
— Сдохни! — орет Хоттабыч.
Председатель активирует «Взрыв материализации» вокруг себя. Волна силы разрывает кольца дракона, и во все стороны брызжет фонтан крови. Грандика отбрасывает, но свою задачу он выполнил — открыл защиту врага и создал завесу.
Сквозь кровавый дождь, используя его как прикрытие, к мутанту телепортируюсь я.
— Привет, — шепчу я, оказываясь прямо перед его мордой. Моя демонская морда сейчас не краше.
Мои черные когти с влажным хлюпаньем вонзаются глубоко в его глазницы, пробивая череп до самого мозга.
Вокруг нас бушуют вихри — сталкивается моя Пустота и его Материализация, искры сыплются, как от сварки. Хоттабыч в агонии пытается схватить меня, раздавить, но я, упершись ногами ему в грудь, продолжаю вгонять когти всё глубже, проворачивая их и превращая содержимое его черепной коробки в кашу.
Как всегда, всё решает прямое физическое столкновение. Даже у Высших Грандмастеров. Даже у двух сильнейших менталистов. А мы с Хоттабычем действительно сейчас сильнейшие телепаты во всем мироздании.
Хоттабыч в предсмертной судороге пытается забрать меня с собой — он снова материализует лезвия, игнорируя дистанцию, прямо у моего демонского панциря. Сотни клинков пронзают меня, вызывая крики ужаса у легионеров. Мои разрубленные рога разлетаются в клочья. Но не один Хоттабыч такой хитрый.
Я мгновенно «утолщаю» себя изнутри, создавая прослойку Пустоты прямо под кожей. Его невидимые клинки материализации пробивают черный хитин, но тут же вязнут в «бесконечности», так и не добравшись до моих внутренних органов. Демонская броня превращается в решето, но плевать — это всего лишь вторая кожа. Моё настоящее тело недосягаемо. Здесь работает непреложный закон магии: живое тело — это закрытый домен. Никто не может сотворить заклинание
— Данилушка… — его ментальный голос срывается на жалкий, унизительный визг. Канал связи дрожит от ужаса. — Пощади, голубчик, не зверствуй! Просто убей, я заслужил! Не стирай Суть… умоляю!
Я смотрю в его пустые глазницы, насаженные на мои когти. По рукам густо течет черно-зеленая жижа, смешанная с осколками его черепа.
— Нет, Председатель, — вежливо отказываю я, начиная проворачивать пальцы внутри его головы. — Не после того, как ты угрожал моей семье. На быструю смерть у тебя лимит исчерпан. Второго шанса не будет.
Запускаю разрушительный пси-поток через когти. Я стираю великого менталиста до абсолютного нуля. Конечно, второй параллельный поток жадно черпает знания Хоттабыча — информацию, которая еще не уничтожилась от моей грубой атаки. А не грубо и не вышло бы. Чай, не с котенком сражаюсь.
Хоттабыч уходит навсегда. Растворяется в небытие, оставляя мне лишь трофеи памяти. Я тут же начинаю регенерацию, но процесс идет на автомате, не требуя внимания.
— Боже, шеф, ты цел⁈ — Воронов и Ярыс подхватывают меня с двух сторон. Видок у меня, должно быть, тот ещё — весь хитин висит лохмотьями, из пробоин парит, но плоть уже срастается, а заново отрастающие рога жутко чешутся.
— Да это всего лишь царапины, — отмахиваюсь я, стряхивая с себя ошметки Хоттабыча. — Вон на Грандика лучше гляньте.
Оглядываюсь. Разорванный в клочья кровавый дракон уже собрался обратно в рыцаря. Скорость регенерации у вернувшегося Принца Кровавой Луны просто запредельная. Он подходит к нам, весь такой сверкающий, гладкий, без единой вмятины.
— Поздравляю с победой, мой король! — в его голосе звенит искренняя радость. Повод весомый: месть свершилась. Хоттабыч, убивший его родных и лишивший разума, мертв. — И благодарю за отомщение!
Он плавно опускается на одно колено и протягивает мне багровый клинок, сотканный из его собственной крови.
— Моя кровь служит роду Вещих-Филиновых!
— Принято, Грандик, — киваю я. Беру меч из его крови и резким движением вонзаю ему в наплечник острием вниз. Клинок тут же всасывается обратно в доспех, скрепляя клятву. — Твоя служба принята.
Я оборачиваюсь к Воронову и наконец скидываю истерзанный демонский облик, возвращая себе человеческий вид.
— Легион, возвращайтесь в Бастион.
— Есть, шеф! — ментальные когорты рассыпаются искрами. Следом схлопывается и Расширение Сознания — на его поддержку мы с Хоттабычем тратились поровну, а теперь, без второго источника, держать такую затратную хрень нет смысла. Битва-то выиграна.
Мы вываливаемся обратно в реальность, на Лунный Диск, прямо на поле возле развороченного фундамента сторожевой башни. Грандбомж — нет, теперь точно Принц Кровавой Луны — сразу шагает к прислоненной к камню Принцессе Шипов. Рядом с ней уже сидит Асклепий, накладывая сложные плетения лечащих заклинаний.
— Я закончил, — деловито бросает рыжий, выпрямляясь. Он бросает быстрый взгляд на нависшего Грандика, а затем, отойдя в сторону, переводит его на меня. — Король Данила, с кем ты дрался? Штабные сканеры доложили о присутствии очень сильного менталиста в этом секторе.
— Как лестно, — улыбаюсь я. — Спасибо за комплимент, лорд.
— Хмм… — Асклепий смущенно треплет свою рыжую шевелюру. — Ладно, вообще-то они говорили о
Сказать высокопоставленному Организатору, что я только что замочил его босса? Хоттабыча ведь еще даже официально не сняли с поста Председателя за измену, нет ни приказа, ни трибунала. А я уже успел его два раза грохнуть. Грохнуть действующего Председателя могучей Организации! Сейчас начни доказывать, что ты не верблюд — погрязнешь в бюрократии расследования. Пристанут, придется отвечать на бесконечные запросы Правящего совета. Достанут эти конторщики, как пить дать! Нет уж, увольте.
— Здесь только я, лорд, — продолжаю я лучезарно улыбаться.
Асклепий тяжко вздыхает, поняв, что правды от меня не добьется, а времени на допросы у него нет. Высшему Целителю некогда прохлаждаться, когда каждая минута — чья-то жизнь. Он отчаливает, мигнув вспышкой портального камня. Вот дает! А мне до сих пор никто не потрудился выдать коды от здешних глушилок! То ножками хожу, то летаю. Могли бы и догадаться сервис наладить. Я пытаюсь тормознуть мелькнувшего мимо молнией Лиана, требуя код, но турбопупс, нагруженный ранеными, лишь разводит руками на бегу — мол, «я тут только бегаю, конунг, портальными камнями не пользуюсь» — и исчезает. Эх, ладно, другого поймаю.
Принцесса Шипов же, придя в себя, застывшим взглядом смотрит на Грандика. На его ровный, сияющий доспех без единого изъяна и на ясное, одухотворенное лицо в поднятом забрале.
— Принц?.. — шепчет она, не веря глазам.
— Благодаря нашему королю я вернулся, жена.
Грандик делает странный жест: он погружает руки прямо внутрь стального шипастого доспеха супруги. Металл поддается как жидкость. Он бережно, словно жемчужину из раковины, извлекает из раздвинувшейся стальной скорлупы саму Принцессу. Она оказывается хрупкой бледной девушкой с каштановыми волосами и тонкими, аристократическими чертами лица.
— Тебе больше не нужно носить на себе эту пыточную камеру, — нежно произносит Грандик, удерживая её на руках.
— Я дала обет, что буду носить доспех и терпеть боль пока наш главный враг жив…
— Наш король изничтожил Хоттабыча, — почтительный кивок в мою сторону, затем Грандик смело целует жену, прерывая дальнейшие расспрсы. Одобряю. Женщина может говорит долго, но не всегда ей нужно давать это делать.
— Мелиндо… — в голове раздается тревожный голос Лакомки по мыслеречи. Она не выдержала неизвестности, хочет знать, что я совладал с Хоттабычем. Вместо ответа я транслирую ей мыслеобраз нашей парочки кровавых голубков, которые смотрят друг на друга так, будто вокруг не руины и трупы, а цветущий сад.