Григорий Володин – Газлайтер. Том 40 (страница 31)
— Данила, я должна сказать. Это была лучшая речь Консула, которую я могла себе представить. Ты выступил лучше, чем мы готовили. Это было сильно.
— Вообще-то, как ты помнишь, мне было не до речей, — усмехаюсь я. — Пришлось убивать одержимых и высших менталистов.
— Это и была твоя речь. Делом ты сказал больше, чем словами.
Между нами повисает короткая пауза, которую тут же нарушает Света. Она нетерпеливо ерзает и кричит по мыслеречи:
Маша реагирует мгновенно, шикая на неё и ментально затыкая рот. Похоже, у Светки сработал «перенос», как говорят в психиатрии: она спроецировала своё возбуждение на Ольгу и теперь совсем не прочь побыть наблюдателем. Я же игнорирую их возню. Смотрю только на Ольгу.
— Речь, — медленно произношу я, делая шаг к ней, — ещё не закончена.
Я подхожу к Ольге Валерьевне вплотную. Слова больше не нужны. Обнимаю её за талию, прижимаю к себе — и целую. В тот же миг пространство за спиной вибрирует от мощи: с гулом раскрываются гигантские световые крылья. По моей воле, точно такая же сияющая пара вспыхивает за плечами Оли. Порыв магии подхватывает нас, лишая веса. Ноги отрываются от земли, и мы устремляемся в небо, не разрывая поцелуя. Наши крылья бьют в унисон, ритм в ритм. Камила понимает мой ментальный сигнал мгновенно. Короткий взмах руки — и вихрь воздушных лезвий вырезает идеальный круг в своде шатра. Мы проносимся сквозь него, вырываясь на свободу.
Мы взлетаем всё выше, зависая над центром Штормсборга. Внизу, словно россыпь электрических искр, щелкают тысячи камер папарацци. Мимо с тяжелым рокотом проносится вертушка. В иллюминаторе я краем глаза замечаю Царя Бориса — он довольно ухмыляется и показывает мне большой палец.
Глава 12
— Забавно вышло, — усмехается Светка, едва мы вчетвером с женами шагаем из портальной арки в прохладу холла Багрового дворца.
Вокруг сразу суетятся слуги, но я жестом отпускаю их. А тем временем Светка никак не уймется. В её глазах пляшут те самые бесенята, которые обычно предвещают бурное сражение или бурную ночь. Всё-таки стоило выкроить для неё «пятиминутку» перед выходом. Сбить, так сказать, накал. А то теперь будет ерзать, словно у неё шило в заднице. Но после того затяжного поцелуя с Ольгой времени на приватные аудиенции с женами банально не осталось. Война с Демонами сейчас в самом разгаре!
— Ты про что именно? — уточняет Камила, поправляя прическу. — Про то, что Даня теперь Высший Грандмастер и официальный Консул, подмявший под себя половину политической карты? Или про Олю, которая теперь уже точно не отвертится и станет нашей полноценной «сестрой»?
— Ой, да кто тут еще отвертеться хотел! Олечка на него смотрела, как кошка на сметану, — фыркает Светка, бросив на меня выразительный взгляд. — Только на Золотого она могла так подолгу глядеть. Но я вообще про другое.
— Думаю, Света больше про то, как Даня одним махом устранил двух Высших менталистов, — спокойно замечает Маша. Она уже знает бывшую Соколову как облупленную и легко читает её недосказанности. Да и мыслят девушки похоже, только Маша более рассудительная, а Светка более боевая.
— Вообще-то это Хоттабыч устранил предателя Размысла, а затем случайно убил себя своей же техникой, — автоматически поправляю я.
— Это официальная версия, Даня, — кивает Камила с понимающей, мягкой улыбкой. — Но мы-то знаем, кто именно всё это провернул.
— И Правящий совет может тоже узнать, — предполагает Маша.
— Пусть догадываются, но доказательств нет, — парирует Светка. — Да и вообще, Даня сказал: в Лунном Диске сейчас тоже развернулась боевая колония. Думаешь, им там есть дело до судьбы старого Хоттабыча? Там сейчас такой хаос, что списание одного маразматика никто и не заметит.
— Подстраховка, Светлана Дмитриевна, никогда не бывает лишней, — бросаю я жене. — Всегда бери с собой запасной парашют, даже если прыгаешь с табуретки.
Мы движемся к выходу из зала. Мысли переключаются на глобальную картину. В Организации сейчас открыта боевая колония, и не только там: в Темискире, в Херувимии, в Морской впадине и даже в Фантомной Зоне. Последняя пока меня волнует мало — слишком далеко и непонятно, да и Багровый Властелин не маленький, пускай сам разберется. А вот про первые три точки мне как раз должна доложить Лакомка, которая уже спешит навстречу.
Альву сопровождают Змейка и Гепара. Сама Лакомка сияет. Её золотистые локоны, обычно аккуратно уложенные, сейчас слегка растрепаны от беготни, но это придает ей лишь больше очарования. Она летит ко мне, как солнечный луч, и её голубые глаза горят неподдельным восторгом.
— Мелиндо! — Альва с разбегу кидается мне на шею, обдав запахом цветов. — Ты неподражаем! Мне все девочки передали по мыслеречи, какой там вышел бой!
— Это было здорово, Даня, — тихо добавляет Гепара. Она стоит чуть позади, и вид у неё смущенный. На мутантке простая белая майка на тонких бретельках, плотно облегающая фигуру. Гепара ловит мой взгляд, скользнувший по её груди, и тут же краснеет, опустив свои пятнистые гепардовые ушки.
— Мазззака воин, — раздается шипящий, одобрительный голос Змейки. Хищница уже протягивает мне дымящуюся чашку.
— Спасибо, Мать выводка, — я принимаю кофе и опустошаю чашку одним залпом. По телу разливается приятное тепло. Это не просто кофе, а особый энергококтейль, который Змейка варит по рецепту, выработанному совместно с Лакомкой. Усталость как рукой снимает. — Нет времени на комплименты, дамы. У нас вовсю идет война.
— Мелиндо, пошли наверх, — тянет меня за руку Лакомка, её светлая челка падает на глаза. — Там уже всё накрыто. Ты покушаешь, восстановишь силы, а я тебе всё подробно доложу.
Вскоре мы усаживаемся в малой гостиной. Стол ломится от спецдесертов — продуктов «Энергосинтеза», разработанных алхимиками Лакомки. Они выглядят как обычные пирожные, но на деле являются мощнейшими батарейками, помогающими мгновенно наполнять организм необходимыми элементами и энергиями после истощения.
Я сижу в окружении жен, чувствуя, как напряжение боя понемногу отпускает. Лакомка, устроившись рядом и поправив выбившуюся светлую прядь, начинает доклад.
— Сделали всё, как ты велел, мелиндо, — её голос серьезный, хотя улыбка не сходит с лица. — Настя и Лена уже отправились в Темискиру. Портал открыли час назад. «Тибет» там. Ауст тоже пошёл с девочками, конечно.
Я беру с тарелки пропитанный сиропом бисквит и отправляю его в рот, усмехаясь.
— Почему я не удивлён?
Уверен, у Алкмены неплохие шансы наконец-то «додавить» нашего «сильнейшего лорда». Давно пора этому вечному холостяку обзавестись семьей. Но пусть сперва спасет Темискиру, будем считать это его брачным испытанием.
— Ледзор и Кострица возглавили поход в Херувимию. Золотой Дракон с ними, — продолжает доклад Лакомка.
— С Золотым все пройдет быстро, — киваю я, отправляя в рот очередной кусок десерта. — Одиннадцатипалый не подведет, он своё дело знает. Я же пойду в Организацию. Логично, что сильнейшие одержимые и самые жирные твари собрались именно там.
— Организаторам, как всегда, самое вкусное, — хрипловато смеется Светка, поглядывая, как я ем. Ее грудь под платьем бурно вздымается. Прямо сейчас бывшая Соколова явно не отказалась бы оказаться на месте этого несчастного бисквита. Но отвлекаться нельзя. Темискиру бросать опасно, тем более что там сейчас мои жены. И еще хочу успеть сыновей проведать…
Я поворачиваюсь к Маше:
— Метель, ты отправляешься в Темискиру. Насте и Лене нужна поддержка. Снова поведешь «Буран». Покажи им там настоящий холод.
— Так точно, Филин! — Маша коротко кивает, её глаза загораются холодным азартом. — Я справлюсь. Заморожу всё, что движется не в ту сторону.
Бывшая княжна Морозова уходит в портальный зал. Я же обвожу взглядом остальных девушек:
— Лакомка, Иска, Вьюга, Змейка — вы со мной. Собирайтесь, выходим в полной боевой.
Светка и Камила мигом срываются с места — менять деловые платья на боевую экипировку. Лакомка уже одета, ну а Змейка это Змейка.
Наконец, я перевожу взгляд на Гепару. Она уже поняла, что её имени в списке штурмовой группы нет. Пятнистые ушки грустно опускаются, прижимаясь к голове, плечи никнут.
— Гепара, остаешься в Багровом дворце.
— Как скажешь, Даня… — тихо бормочет мутантка, отводя взгляд в пол.
— Эй, — произношу я мягко, но с нажимом. — Не смей вешать нос. Ты остаешься не потому, что ты слабая или лишняя. А потому, что ты — мой «ментальный якорь». Впереди нас ждет решительная битва, тот самый финал. И там ты мне нужна будешь свежей, на пике своих возможностей. От тебя будет зависеть слишком многое, возможно, даже моя жизнь. Поэтому сейчас — отдыхай и копи энергию. Наберись сил. Ты должна быть готова.
Её зрачки расширяются, она впитывает каждое слово. Ушки дергаются и снова встают торчком, а хвост за спиной начинает едва заметно ходить из стороны в сторону, выдавая вернувшееся воодушевление.
— Я поняла, Даня, — выдыхает она, и на её щеках расцветает румянец. — Я не подведу.
— Мелиндо, велеть готовить портал в Лунный Диск? — деловито уточняет Лакомка.
— Нет, — я качаю головой, предвкушающе улыбаясь. — Сначала мы заглянем в Кузню-Гору.
Давненько я не катался на поезде.
Прилетев на вертушке с портального острова, Маша ступает на землю Темискиры, присоединяясь к Насте и Лене, которые уже ждут её на острове вместе с основными силами под командованием Ауста. Диспозиция ясна: Настя вместе с Псом готовятся ударить во второй волне, Лена берет на себя поддержку роты Живых доспехов. Всё войско напряженно дожидается момента, когда барьер вокруг Женского дворца нальется багрянцем. Согласно инструкции Дани, именно изменение цвета укажет на то, что щит перенасыщен энергией одержимых и его структура критически ослабла. Тогда и нужно бить.