Григорий Родственников – Весёлый Роджер. Сборник рассказов (страница 8)

– Долгая история, кэп. Давай всё обсудим за стаканчиком пряного карибского рома.

– Капитан, нам сейчас не до этого шута, – оживился стоящий рядом с Пузырём квартирмейстер.

– Ладно, потом, – махнул рукой Томми, вновь оборачиваясь к объекту своих наблюдений.

С того места, где стоял Билли не было видно, что происходит по правому борту, но боцман неожиданно понял причину аврала. Ведь от его прищуренных глаз не укрылось оружие, которым ощетинилась вся команда, от шкипера до юнги. Сказать что-либо он не успел. Раздался оглушительный грохот. «Ковчег» сотрясся от клотика до киля и в ту же секунду заговорили пушки. Причём как свои, принадлежность которых боцман мог играючи определить на слух, так и чужие. Осторожно заглянув за надстройку, он окончательно убедился в своих догадках. «Ковчег» и торговое судно сошлись бортами, пушки палили непрерывно и почти в упор. Ядра пробивали борта, ломали шпангоуты и настил. Испанский шлюп, законная добыча Томми, явно был не ровней пиратскому фрегату и бился больше от отчаяния. Десяток пушек на верхней палубе мало что могли противопоставить трём дюжинам орудий «Ковчега» расположенным на двух деках. Команда Пузыря уже закидывала испанца крючьями, рёв трёх сотен лужёных глоток порой заглушал грохот канонады. Несмотря на то, что испанцы ухитрились перерубить часть канатов, прикреплённых к абордажным кошкам, пиратам удалось подтянуть сопротивляющееся судно к борту.

– На абордаж! – взревел Томми, спрыгивая на палубу испанца и первым же выпадом пробивая доспех бросившегося навстречу солдата. Лавина пиратов перехлестнула через борт «Ковчега», сметая противников. Бой быстро разбился на отдельные дуэли. Наблюдая за происходящим, Косой Билл внезапно осознал, что порядочно соскучился по хорошей драке. Позабылись и девица с острова, и обида на команду, и злоба на капитана. Боцман бросился в оружейную, выхватил первый попавшийся палаш и с грозными воплями побежал к борту. Битва была в самом разгаре. Пираты теснили испанцев к юту, но те и не думали сдаваться. Всю палубу шлюпа заливала кровь, тут и там валялись мёртвые и умирающие. Среди воинственных торговцев особенно выделялся громила в дорогих доспехах. Наверняка, владелец груза. Вокруг гиганта, после десятка смертельных ударов и уколов, образовалось пустое пространство. Никто не хотел лезть на рожон и скрещивать шпагу с таким опасным противником.

– Всё, носатый, ты меня всерьёз разозлил, – взревел Пузырь Томми, – сейчас я раздавлю тебя, как клопа!

Кэп был почти одной комплекции с испанцем, вот только из доспехов носил лишь кирасу и наручи бычьей кожи. Драться Пузырь умел, но вряд ли смог бы победить такого опытного фехтовальщика. Боцман, удачно насадивший на палаш злого как чёрт солдата, удивлённо обернулся на крик кэпа. Что-то он раньше не замечал за Пузырём такой безрассудной бравады

– Сдохнет Томми, сдохнешь и ты, убогенький.

Шёпот над плечом заставил Билли отпрыгнуть. Рядом никого не было. Чертыхнувшись, боцман шагнул было к противникам, но быстро понял, что Томми не нуждается в помощи. Хозяин «Ковчега» взял из рук квартирмейстера заряженный пистолет и прицелился в дерзкого дворянина.

– Падаль! – злобно прошипел испанец. Затем резко рванул из-за голенища метательный нож.

Всё остальное происходило быстро, но боцман запомнил каждый миг. Выстрел, блестящей рыбкой летящий в пузырёву голову нож, роковой шаг в сторону кэпа и лезвие ножа, входящее в затылок.

***

Боцману не снились черти. И чертовки тоже не снились. Всё потому, что он ухитрился зажмуриться во сне. Так и сидел, прислушиваясь к шёпоту рогатых и волосатых. Ну а что? Выпивки лишили, баб лишили, даже самого завалящего трофея с захваченного шлюпа лишили. О! И жизни аж два раза лишали. Хватит. Теперь он рыба. Камбала на дне моря, та которая глазками кверху. Косой Билл сегодня на отдыхе.

– А ты, убогенький, оказывается, самый настоящий герой. Вон как грудью, ну, точнее, задницей капитана своего прикрыл.

Боцман приоткрыл один глаз и с неприязнью обозрел наглую девку. Надо же, в этот раз она сидит за столом, как и он, впрочем. Вокруг всё та же богом забытая лачужка, словно и не было ни абордажа, ни испанцев, ни ножа, воткнувшегося в затылок. На столе – початая бутылка рома. Почти полная. Стоп! Ром?

Билли молниеносно цапнул вожделенное пойло. Потом в голове что-то щёлкнуло. Бутылки здесь быть не должно. Она же… Боцман рассеянно потрогал многострадальную голову, конечно же совсем целую, потом вопросительно взглянул на девицу.

– Пей, кэпов пирожок, заслужил, – усмехнулась та.

Некоторое время раздавалось яростное булькание и причмокивание. Потом пират оглушительно рыгнул и счастливо заулыбался:

– Как погляжу, ты повысила мой статус от убогенького до пирожка?

– Не обольщайся, убогенький пирожок. Ты всего лишь сделал первый шаг. Теперь капитан Томми Пузырь обязан тебе жизнью. А это значит, что с ним легче будет договориться.

– Ну да, я такой, – благодушно почесал пузо боцман. – Наверно, мне надо было пойти в миссионеры а не в пираты.

– Ну вот! Молодец! Закрепляй успех, убогенький, – хлопнула Билли по плечу девица. – Учти, пока я тебя восстанавливала, прошло немного времени. Что-то около недели. Думаю, что Томми успел по тебе соскучиться. Может не станем его разочаровывать? Явись к нему, заключи в объятия, скажи, что всю жизнь мечтал спасти любимого капитана. Глядишь, одарит тебя должностью квартирмейстера. А заодно и мою безделушку вернёт. Как тебе план?

Боцман радостно кивнул. План ему определённо нравился. Девица не стала медлить, раскрыла проход на корабль даже не сдвинувшись со стула. Косой Билл встал на ноги, покачнулся – ром начал действовать – и шагнул к светящемуся проёму. В какой-то момент затуманенный мозг позволил себе парочку несложных мыслей. Боцман застыл с поднятой ногой и успел буркнуть: «Постой, это же…", прежде чем мощный пинок отправил его навстречу новому приключению.

***

Согласитесь, полупьяный боцман в каюте капитана, да ещё и в тот момент, когда этот самый капитан то ли милуется с очередной пленной девкой, то ли насилует её – явление весьма редкое. Косой Билл с грохотом повалился на доски пола, перекатился на спину, сел и стыдливо прикрыв глаза ладонью, буркнул:

– Я ничего не видел, кэп. Ты же веришь своему лучшему другу?

– Какого чёрта? – взревел Пузырь Томми. Потом, вглядевшись в лицо нарушителя спокойствия, побледнел и просипел севшим голосом: – Билли? Ты как ты тут оказался?

– За наградой пришёл, разве непонятно? Странно ты друзей встречаешь, пузан, – выпятил губу кандидат в квартирмейстеры.

– Аааа! – взревел Томми и, как был в исподнем, бросился прочь из каюты. Следом с визгом выбежала его пассия.

До Косого Билла стала доходить пикантность ситуации и вопли кэпа из-за стенки только подтвердил догадку:

– Он вернулся! Этот поганый боцман вернулся за моей душой! Неделю побродил по дну, взрезал мешок и доплыл до «Ковчега»!

Неудавшийся пирожок чертыхнулся сквозь зубы. Как он не учёл, что числится в команде мертвецом? Если первое появление можно было хоть как-то объяснить, то второе только происками Сатаны. Моряки – народ суеверный. Им только дай повод – напридумают такого, что кровь в жилах застынет. И точно. Со стороны палубы слышался отнюдь не дружелюбный разбор ситуации.

– Братва, давайте сожжем капитанову рубку вместе с этим восставшим из ада!

– Я те дам «сожжём», паршивец. Фрегат мне решил сжечь? Так я тебя самого на вертел посажу.

Билли облегчённо выдохнул. Томми молодец, хоть чуть-чуть но соображает. Впрочем, боцман почти сразу вновь разочаровался в капитане, потому что тот продолжил:

– Выкурить его надо, вот что. А потом заколоть. Только в этот раз никаких мешков с грузом. На куски порубить и по частям за борт отправлять.

– Скотина неблагодарная! – взревел Билл. – Так ты отвечаешь за спасение? Знал бы, ни в жисть под нож не подставился бы.

– Заткнись, падаль! Никто тебя не просил воскресать. Мы тебя толком помянули. Я даже слезу пустил. Три ящика рома вылакали. Ещё вопрос – кто из нас неблагодарный.

– Три ящика? Без меня? Ну всё, Пузырь, ты больше мне не друг, – боцман повёл носом. Дым! Вот ведь гады. Зубы заговаривают.

Времени на раздумья оставалось всего чуть-чуть. Билли рванул к иллюммнатору, распахнул жалостно скрипнувшую створку и протиснулся в проём, отчаянно проклиная всех пиратов и их капитана. Беглеца довольно быстро заметили. Даже выстрелили пару раз, но промахнулись по причине наступающих сумерек. Билл презрительно фыркнул и сделал пару мощных гребков. Не станет Пузырь Томми разворачивать фрегат. Боцман, даже восставший из ада, того не стоит. Но вот как теперь спастись? Тут, наверно, сотня миль до ближайшей суши. Положеньице…

Что-то коснулось ноги. Хоть касание было лёгким, но ощутилось от лодыжки до бедра. Что это, чёрт побери? Боцман нырнул. Увы, лишь для того, чтобы увидеть огромную акулью пасть и челюсти, мгновением спустя сомкнувшиеся на его шее. Акула попалась немаленькая. Оттяпала голову добыче, как заправский палач.

***

Чертям снился боцман. Черти ворочались, плевались, обзывали Косого Билла нехорошими словами, а он всё прыгал из одной рогатой головы в другую, пока не был выдворен из собственного сна метким ударом адского копыта.