Григорий Родственников – Пристань звёздного скитальца (страница 5)

Флинт движениями фокусника достал из бездонного кармана парусиновых штанов гранёный стакан с водой и показал жестами, что надо пить. Гость понял и с жадностью опустошил ёмкость до дна. Потом моргнул глазной чешуёй в знак благодарности.

В это время Сан Саныч читал с экрана компьютера информацию о новеньком клиенте. Он прибыл из невообразимо далёкого прошлого планеты Земля, принадлежал к народу змееядов, который жил в пещерах Афонских гор. Христианские монахи там поселились гораздо позднее, просто минуту назад по Вселенскому времени.

Вдруг в мысли хозяина отеля вторгся низкий шепчущий голос: «Где он? Что с ним? Почему я не ощущаю его присутствия?»

«Ого! Этот разрушитель смеет мне внушать, значит, пронесло на этот раз и он, вероятно, почти невредим. Ну, ничего, и не таких гипнотизёров видали, справимся», – подумал Сан Саныч с облегчением, взял рацию и приказал киборгам перенести гостя на диван ресепшена.

– Как вы себя чувствуете? – поинтересовался чиновник, когда приказ был выполнен и гость удобно устроился на диванных подушках.

– Это не имеет значения. Где мой пациент и кто вы? – услышал Сан Саныч такой же низкий шёпот, какой недавно звучал в его голове, но теперь это было вербально.

– Не волнуйтесь. Вы в безопасности. Мы вам поможем, позаботимся о вас. Вы в отеле «Пристань звёздного скитальца» на перекрёстке времён и миров. Мы вас подлечим и отправим домой, – как можно успокаивающе ответил чиновник, но подумал, если сюда прибудет ещё один такой же разрушитель, это будет катастрофа, и запросил подробную информацию о точке отправления. Хорошо хоть аппаратура пока не показывала прибытия второго клиента.

Лента перемещения выдала странное. Действительно, в точке отправления чешуйчатый был вместе с обычным человеком, и они оба начали движение к отелю, вот только нормального не пропустило земное биополе, и тот плюхнулся обратно с большой высоты, но чудом остался жив. Ничего похожего Сан Саныч в своей практике не видал. Это было непонятно. И тем сильнее стало желание узнать историю этих двоих гуманоидов.

– Флинт! Принеси угощение нашему посетителю. Да смотри, на этот раз что-нибудь покрепче воды, – решил развязать язык чешуйчатого алкоголем автор популярных тридцати томов.

– Хозяин, через пять минут. У меня как раз жаркое из лягушек и змей с травами, грибами и ягодами подходит. И новый экспериментальный сорокаградусный коктейль с мятой, шалфеем и стеблями колокольчиков смешивается в шейкере.

– А где этот ваш перекрёсток с отелем и сколько дней пути до дома? – отреагировал «потеряшка».

– Дорогой гость, скажите, наконец, как вас зовут и что случилось? Чем подробнее я узнаю вашу историю, тем скорее мы сможем вас доставить обратно.

– Вы ведь меня обманываете, человек в странной одежде. Я вижу ваши мысли. И понял, что в этом необычном месте один вы живой человек, а оба помощника – ходячие железные куклы. Вы очень расстроены тем, что я невольно испортил ваш транспорт, и просто лопаетесь от любопытства узнать мою жизнь. Вот только я никак не пойму координаты этого дворца, который вы называете «отель», и не знаю, где больной и что с ним стало. А моё здоровье вас интересует лишь потому, что от этого зависит дальнейшая карьера. Ещё я понял, что домой меня отправят в любом случае, расскажу я что-либо или нет, – недовольно прошипел клиент.

Сан Саныч аж на минуту забыл от такой прямоты как дышать. Всё в этом змеином человеке было невероятно. Начиная от его способа попадания в отель до внешнего вида, способности внушения, манеры общения и голоса.

– Кушайте на здоровье, – подал приготовленные блюда Флинт и с поклоном удалился.

Гость попробовал напиток и пятернёй положил кусок жаркого себе в рот.

– Неплохо. Даже очень вкусно, – расплылся он в довольной улыбке. А съев и выпив примерно две трети угощения, стал разговорчив.

Речь его была бы совершенно непонятна современным людям, ибо изобиловала огромным количеством анахронизмов, давно вышедших из обихода. Но умная система отеля с лёгкостью адаптировала её для понимания человеку из будущего, каким являлся Александр Александрович Мезенцев. Хотя некоторые новейшие термины из уст такого древнего пришельца и казались порой неуместными.

– Зовут меня Йогель.

Имя было другим. Режущее слух и похожее на шипение змеи, но переводчик почему-то посчитал, что для слуха хозяина отеля правильнее будет Йогель.

– Я из древнего рода жрецов бога Асклепия, – продолжал гость. – По традиции, мне полагается стать служителем этого культа. Я потратил лишь тридцать пять лет на обучение всем премудростям врачевания и магии. Сейчас сдаю экзамены экстерном. Дело в том, что отец начал обучать меня с самого раннего детства, поэтому я закончил обучение на пять лет быстрее других. И благодаря помощи отца смог параллельно учёбе заниматься собственными изысканиями в области темпорального поля, которое окружает все материальные объекты и определяет их положение во времени. Выведенная мною формула гласит, что частота, с которой вибрируют объекты, обратно пропорциональна времени. Если научиться управлять этим полем, можно омолодить любого на сколь угодно лет.

– Йогель, – восхищённо перебил Сан Саныч, – у вас острый ум. Формула и умозаключения абсолютно верны. Мы давно об этом знаем. Вот только применяем для антигравитации и путешествий во времени. А омоложение таким способом запретили строгим вселенским приказом. Ведь жизнь должна течь по естественным законам.

– Спасибо, приятно узнать подтверждение! Мной были успешно омоложены только парочка кошек и три собаки. Пожалел их хозяев, сильно переживавших о скором неизбежном расставании с питомцами. И одному древнему старику сумел вырастить молочные зубы. Но раз они стали расти – значит, процесс омоложения пошёл!

– В нашем времени точно так же плачут о смерти домашних животных. А молочные зубы – это вообще восхитительно! Но продолжайте свою историю. Может быть, хотите десерт с чаем? Флинт готовит прекрасные торты и пирожные.

– От вина, настоянного на гадюке, не отказался бы. А сладостей не надо, они расхолаживают волю.

– Синтезировать гадюку – это так неэстетично, – заворчал Флинт. – Могу подать клюквенно-брусничный сок с мякотью голубики.

– Такие напитки у нас пьют только грудные дети, – стал привередничать гость, но всё же принял стакан из рук Флинта.

– Моя экзаменационная сессия подошла к последнему и самому главному испытанию, – продолжил Йогель, посасывая тёмно-малиновую жидкость через трубочку. – До этого дня я всё сдал на отлично. Две недели назад экзамены начались с проверки на самые элементарные знания первого курса. Мне поручили исцелить двух дровосеков, покусанных змеями. У них было тяжёлое состояние, еле могли передвигаться. Их принесли ко мне на руках воины племени. Сварив похлёбку из зёрен амаранта на кокосовом молоке и плюнув в каждую тарелку по три раза, я велел воинам накормить этим соплеменников.

– Как вы сказали? Плюнули по три раза в тарелки и заставили съесть? – еле сдерживая смех, переспросил Сан Саныч.

– Да! Ничего смешного. Это быстродействующее лекарство. Мы, жрецы Асклепия, питаемся с детства змеями и поглощаем маленькими порциями их яд. Таким образом, наши тела содержат противоядие. Наши дети с двухлетнего возраста, как только начинают крепко держаться на ногах, учатся гипнотизировать взглядом и ловить любых змей. Это прекрасная весёлая детская игра, которая развивает моторику и ментальные способности. Обычные люди так не могут, поэтому их тела беззащитны без чешуи и жизнь коротка, около ста лет. Жрецы же Асклепия живут примерно семьсот лет, оставаясь молоды душой и телом. Вот я и хотел найти способ продлевать жизнь простолюдинов, которые толпами приходят к нам в горы, ища исцеления от разных хворей.

– Продолжайте про экзамены. Это весьма любопытно.

– Те дровосеки встали на ноги через час, поблагодарили меня, обещав принести подарки Асклепию, и бодро побежали домой. Далее мне поручили вылечить ещё несколько человек, которые страдали такими болезнями, как слепота, глухота, озноб, кашель и неукротимый понос. Со всем этим я справился великолепно, ведь у меня есть запасы разнообразных минералов, трав, кореньев, порошков, отваров и мазей из мяса и яда гадюки и гюрзы на такие случаи.

Следующей проверкой моих навыков была операция по восстановлению переломанных костей пастуха, угодившего в глубокую яму, куда провалилась его коза. Пастух уже был без сознания от болей и ран. Его родственники боялись, что он умрет. Вот тут мне пришлось провозиться почти весь день. Для начала я влил ему в рот через трубочку змеиный яд, растворённый настоем рогоза, для обезболивания и обездвижения во время операции. Потом я смазал все раны отваром из кобры, затем стал нащупывать один за другим его переломы и аккуратно соединять кости, не разрезая при этом тела. Начал с мелких косточек на пальцах рук и ног, потом на крупных костях предплечий и бёдер. Наконец, ощупав позвоночник, я понял, что он невредим. А это означало, что пациент сможет вести активную жизнь после срастания костей. Разумеется, я зафиксировал его конечности прутьями ивы, пальмовыми и дубовыми листьями. Родственникам же дал с собой травяные настойки на различных змеях и минеральные растворы для скорейшего заживления костей. Вся деревня этого бедолаги пришла на следующий день с богатыми подношениями Асклепию.