Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 178)

пать не постесняется... здесь многому научилась... Не подсы­

пет... я собрал на нее неплохой материальчик... всю поднаготную знаю. Почувствую что — скажу ей: «Ну, моя дорогая су­

пруга, не вздумай полюбить другого или устроить мне прежде­

временные похороны. И ты, и папа, и мама — все на Север за­

гремят». Y меня против дорогого тестя кое-что есть... Подна­

коплю побольше — и на цепь ее, как Пирата... А Игорь? Когда

благая цель — благие и средства. Жаль мне его. Вот кого, по­

жалуй, я по-настоящему люблю. Нелегкая у меня жизнь. Ко­

шмары? Замученный и убитый в побеге? Несчастные случаи?

Пусть мучается тот, кто изобрел все это. А я рядовой исполни­

тель. Может, спасу Игоря? Приеду, поговорю с ним. Он скры­

вать своих мыслей не умеет. Даст слово, что будет молчать на до­

просе, от слова Игорь не отступится, подержу его сколько воз­

можно. Подержу... Это все равно, что заряженный пистолет ко

лбу приставить, нажать на курок и думать: а вдруг не выстре­

лит? YMpeT Игорь не от моих рук. Мало ли что я сказал Зотову?

Мог бы и отказаться. Жутко... Пойду на компромисс: не станет

Игоря — отменю этап, подарю ему Ивлеву и прочих... Зачем они

мне нужны? Пусть живут до конца срока, если выживут...

Игорь бы и сам одобрил такой шаг... Он у меня рыцарь... не то

что я, дерьмо! Сколько мы таких Игорей погубили! И за что?!

— Охрана пришла, Леонид Фадеевич, — сказала тетя Оля,

неслышно входя в комнату.

— Не серчайте на меня за беспокойство.

— Скоро ли вас ждать?

— Утром вернусь, часам к восьми. Управлюсь — и домой.

319

БЛИЗИТСЯ НОЧЬ

— Верны ли ваши сведения, Игорь Николаевич?

— Уж куда точнее, Любовь Антоновна. Васильева плакала,

когда рассказывала мне, а она притворяться не умеет. Седугин

успел записку передать через Илюшу. Со второй задержали его

дружка сержанта Миронова. Ануфриев, вы знаете его, моло­

денький лейтенант, копшо этапного списка показал мне. Се­

годня майор ходил по баракам с начальником конвоя Бусла­

евым. Слышал я о Буслаеве. Зверь. Мастер по несчастным слу­

чаям. Многих бежать заставил. Когда мимо вас проходили, Зо­

тов толкнул его локтем в бок, а Буслаев головой кивнул, запом­

нил мол. Память у него на лица лошадиная. Один раз увидит

мельком и через десять лет в темноте узнает.

— Возможно, это касается только меня?

— На одного заключенного полагается два конвоира, а не

двенадцать.

— А вдруг провокация?

— Дай Бог, Любовь Антоновна. С охраной ссориться никто

не намерен. Люди разошлись по своим местам. Утром посме­

емся над ночными страхами, поругаете меня за паникерство и

заживем мирно. Но наше начальство — народ деловой. Устра­

ивать такой грандиозный спектакль, с арестом Седугина, с по­

каянием Васильевой, с передачей мне списков, с тайным отбо­

ром неугодных лиц, с выводом меня за зону... И ради чего?

Развлекаются? Дорогая комедия. В управлении ее не одобрят.

При всем том играют со мной. Я могу и пожаловаться... Какая

цель у них? Бесцельно они и пальцем не шевельнут.

— Они хотят, я говорю предположительно, получше узнать...

— Моих друзей? Они их очень хорошо изучили. Игра не

стоит свеч... Кто бы мог подумать на Красноженову?.. Скром­

ная мещанка, подозрительных разговоров с заключенными не

заводила, а сексот со стажем. Вокруг пальца Лиду обвела...

Пора идти, Любовь Антоновна.

320

— А если вы останетесь?

— Рад бы в рай, да грехи не пускают. Майор пригрозил

вывести с наручниками. На приказ Орлова сослался. Зотов

врать не станет. Трус он. Я попытаюсь уговорить Орлова от­