Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 148)
— Говори все или выметайся! Завтра встретишься со сле
дователем. На воровских лагпунктах тебя ждут не дождутся.
— За что же, гражданин... товарищ... генерал-майор? Это
же Осокин все придумал.
— Договаривай или... — холеная ладонь Орлова потяну
лась к телефонной трубке.
— Все скажу, гражданин... товарищ генерал-майор, — за
хныкал Зотов. — Не губите... жена... дети... Жить-то как-то
надо... Он меня с толку сбил... Осокин. Он и в ответе, а я чист
перед вами. Не знал, что следят за мной.
— В такой системе работаешь. Следовало бы знать. Y нас
следят за всеми.
— Оно-то и так, да не думал, что наш разговор об Игоре
вам известен. Осокин надоумил меня, будто Игорь Николаевич
ваш брат двоюродный и вы с малолетства росли вместе.
— Знаю, — равнодушно бросил Орлов. Но это показное
равнодушие дорого досталось ему. Лицо оставалось спокой
ным, взгляд сухим и колючим, а по спине побежали холодные
мурашки. Внизу живота он ощутил резь. Вот-вот, еще минута
— и он обмочит генеральские брюки, обмочит самым постыд
ным образом. Проклятое недержание мочи. Разволнуюсь и
жди, что потечет. Врачи не велели мне волноваться. Попробуй
сохрани спокойствие. И все же надо. Спелись, звереныши!
— Продолжай! — приказал Орлов.
— Осокин велел, значит, добиться, чтобы донос о том, что
Игорь Николаевич ваш брат, исходил не от нас. — Майор
умолк. «Если знает от кого — скажет. А не скажет — на пушку
берет. Я тоже язычок придержу». Зотов опустил глаза и засо
пел.
269
— От заключенных, — как само собой разумеющееся и
давно знакомое подсказал Орлов.
Все донесли, — сокрушался майор. — А вдруг он просто до
гадался? Если не назовет фамилию, значит зря проболтался я.
— Так точно, товарищ...
— Фамилия? — в упор спросил Орлов.
— Не упомню я. Память-то у меня слабовата. Еще в школе
один учитель дал мне старорежимную кличку — Иван Непомня
щий. Отцу говорил, что выгнать меня следует за тупоумие и
неуспеваемость, — майор подобострастно хихикнул.
— Хорошо ж е ты запомнил свою характеристику: «тупо
умие и неуспеваемость».
— Какая ж е это характеристика? И не в праве учитель
характеристик выдавать. Только вы можете, — угодливо за
юлил Зотов.
— Молчать! — Темнит гад... Вертлявый, как уж. Дурачком
прикидывается. Увиливает... Назвать фамилию? Но чью? Про
махнусь — проиграю. В прошлом году Игорь говорил о дев
чонке... ее повесил Волк... Как же ее фамилия? А-а-а... Руса
кова... И о тайнике Игорь говорил возле его кабинета. Да-а-а...
Вскоре убили Волка... А перед этим Безыконникову... Она очень
грубо работала. Много кричала о своей преданности... Потом
вроде притихла, когда попала в больницу. Оттуда давала све
дения... только ли мне одному? Могла работать и на Осокина...
От нее он мог узнать кое-что об Игоре. Но при чем тут Руса
кова? Игорь не станет откровенничать с какой-то девчонкой...
Русакова подслушала? Она сексотка Осокина? Что я о ней
знаю. Пересылка... сожительство с вором, лесбиянкой... вензона
и самоубийство... Скорее все же убийство. Волк повесил ее.
Осокин не свяжется с Русаковой. А если бы связался, то как-то
бы заплатил ей... избавил бы от лесбиянки... Трудная голово-ломка... Впрочем, не исключено и другое: Игорь проболтался
кому-нибудь из врачей, Безыконникова подслушала, но не успе
ла сообщить Осокину... или... может быть, сообщила, но поздно.
Полковник делает ставку на Русакову, она должна донести на
Игоря. В руках Осокина Русакова — разменная карта. На