Григорий Александров – Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная (страница 105)
негодным к дальнейшему прохождению службы. Нарушение
паспортного режима. Напал на коменданта сорок первого лаг
пункта. Призывал заключенных выступить против нарядчиков
и воспитателя. Агрессивен, враждебен, неисправим. С ним кашу
не сваришь. Посмотрим, как у нас обстоит дело с женщинами.
Сара Гершович. Врач. Агитация и пропаганда. Говорила о не
обходимости создания отдельного еврейского государства. По
думайте какая мыслительница! Ей мало свобод, которыми поль192
зу е т с я в нашей стране каждый гражданин. Y нас принято
думать, что евреи трусливы. Я бы этого не сказал. Взгляните на
Гершович. На следствии отказалась подписать протоколы. Ни
какого общения с лагерной администрацией. Любовь Ивлева.
Доктор медицинских наук. Профессор. Почетный член об
ществ... ого, какой длинный список! Виновной себя не призна
ла. Свою вину скрыла настолько хорошо, что следователь не
сумел ничего обнаружить. Но это и не обязательно. Чем опасней
враг, тем трудней доказать его вину. Сам был членом тройки.
Не сумел доказать вину, пишешь: «Руководствуясь пролетар
ским чутьем и социалистическим сознанием...» Ну, и прочее.
И лет на пятнадцать его, миленького, сюда. Так-так... Отсутствие
контакта с лагерной администрацией. Открыто высказывается
против нас. Меры воздействия не помогают. С деревом скорей
договоришься, чем с ней. Денисова Елена. Лженаука. Генети
ка... Морганизм... Слова-то какие непонятные!.. Морганизм-Вейсманизм рифмуется с алкоголизмом. Знаю я этих лжеуче
ных. Если они за свой вредный, разгромленный правительст
вом морганизм готовы драться, то за контриков душу отда
дут. Болдина Екатерина. Телятница. Эта еще как к ним в
компанию попала? Крепкий орешек. Отравила, а может быть
и не отравила, все случается, колхозный скот. Туберкулез. Не
навидит лагерную администрацию. Не очень дорожит жизнью.
На свободу выйти не надеется. Меткая характеристика. С та
кой девицей попотеешь. Васильева Лидия. Шизофрения. С этой
связываться не стоит. Подпишет, а в нужный момент замяу
кает. Маргарита Воробьева. Сирота. Разбила бюст Сталина.
Очень впечатлительная. Иногда теряет сознание. Борется за
правду. Девчонка сопливая! Правды захотела! На вахту иди,
с нами по душам поговори и правду найдешь. Поставить птичку
на всякий случай? Поставлю. Посмотрим Клавдию Русакову.
Отец не вернулся с фронта. Пропал без вести? Кто знает...
Кража яблок. Ай-ай-ай... Какое легкомыслие! Еву наказали за
яблочки — и Клаве тоже захотелось. Сифилис. Сожительство
с лесбиянкой. Сигнал на главврача. Кто же лучше. Воробьева
или Русакова? Воробьевой поверят больше, она ближе к глав
врачу. Но Воробьева при побеге Ярославлевой назвалась ее
фамилией. Смелая девчонка. Кто знает, что она наговорит там
и как на нее воздействовать морально. Родных нет, любовника
193
тоже. Чем припугнешь? Обычные меры не всегда эффективны.
Нет, лучше Русаковой не найдешь. Что молчите, майор?
— Слушаю. Вы знаете моих заключенных лучше меня.
Прикажите вызвать Русакову на вахту.
— О Малявине знаю я один. О Русаковой — мы двое.
— Кто лее мне поможет?
— С людьми сотрудничайте, майор! С лучшими заключен
ными. С такими, как Малина, Волк и другие. Тем и сильны мы,
что в своей работе ищем опоры у народа. Даже здесь, в лагере,
настоящие патриоты с нами. Я бы не мог собрать такое по
дробное досье, если бы мне не помогал народ. Всякое отребье
вроде Денисовой, Ивлевой и других называют наших неглас
ных осведомителей сексотами. Это слово они говорят с пре
зрением. А что в нем плохого? Сексот — это секретный со
трудник. Он секретно помогает нам, потому что осознал наши
благородные конечные цели. Мы с вами не только внесем
ясность в некоторые детали биографии хозяина, но и спасем,
кроме Русаковой, еще одного человека.