Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям том 2 Земля обетованная (страница 126)

— Тогда уж и вы со мной за компанию осушите свой бо кальчик. По русскому обычаю хозяин первый пьет, чтобы

гость не сомневался.

— С превеликим удовольствием, Герасим Петрович! — Орлов чокнулся с Осокиным и залпом выпил свой бокал. Пол ковник неохотно последовал его примеру.

— Хороший коньяк, Леонид Фадеевич. Прямо огонь по

жилам побежал.

— Вы лимончиком закусывайте. Две дольки пососешь — и трезвый как стеклышко.

— Спасибо, Леонид Фадеевич. Но делу время, а потехе — час. Вы упомянули о звонке ОТТУДА. — Осокин многозначи тельно указал пальцем на потолок.

— Все обсудим, Герасим Петрович. До утра у нас время

еще есть. Пока пригубим по второму бокальчику. — «Полковник

не умеет пить. От коньяка его развезет. Проклятые почки! Как

бы они о себе знать не дали... Голова у меня ясная. Выпьем еще, я объясню ему тайну пепельницы».

Спаивает, хитрец! Знает, подлец, что после второго бокала

я буду не в форме. Отказаться? Заподозрит. Он и бутылку ко ньяка проглотит не поморщившись. А я не научился пить не

пьянея... недостаток мой... — сокрушался Осокин, не решаясь

поставить бокал на стол.

— Я бы с удовольствием, Леонид Фадеевич. В таком при ятном обществе не грех и лишние сто грамм выпить. Но желу док у меня... Врачи подозревают язву.

— Вы меньше их слушайте! Следовать их советам, так и

дышать тоже вредно. Вздохнул раз — и сотни тысяч злодейских

микробов в организм ввел. А вот мы с вами дышим и ничего, живем. У вас желудок, у меня почки. Выпьем за их здоровье и

благополучие, — Орлов игриво усмехнулся и, не спуская глаз

с Осокина, осушил свой бокал. Полковник поморщился, но

выпил.

301

— Вот и хорошо. Мысль ясна. Сердце работает как новень кий мотор. Тело бодрое. Так легче и о деле поговорить. Я не

хотел вам сообщать подробности по телефону... Но... ко мне не

звонили.

— Зачем ж е вы меня вызвали? — насторожился Осокин.

— Специальный курьер ОТТУДА был.

— Где ж е он?

— Я не имею права расспрашивать, куда он уходит. Мы с

ним разговаривали больше часа.

— Если это тайна...

— Какие могут быть секреты от начальника секретной

части!

— Касается меня?

— К сожалению, тебя, Герасим Петрович. Посторонним

лицам стал известен мой шифр. Не худо бы вместе обсудить, каким путем просочились эти сведения.

— Я бы сам хотел поговорить с курьером. — «Продали...

Кто же? Зотов? Не успел бы добраться... да и не посмеет...»

— Я сам просил его зайти к вам. Но... — Орлов развел

руками. — Он не нашел нужным выполнить мою просьбу. Я

не смею приказывать людям ОТТУДА, даже если он в чине

лейтенанта. Но если бы только мой шифр! А то... Страшно даже

подумать!.. Его! — На слове «его» Орлов сделал многозначи тельное ударение.

— Чудовищно! Невероятно! — обескураженно воскликнул

Осокин, решительно отодвигая пустой бокал.

— Утечка секретной информации всем нам грозит больши ми неприятностями. Но в первую очередь вам, полковник Осо кин! Выпейте. Это вас приободрит. Так сказать, поднимет то нус.

— Не буду.

— Вольному воля.

— Разрешите удалиться, товарищ генерал-майор. Я немед ленно начну расследование.

— Поздно, полковник.

— Как... поздно?! — Осокин со страхом и тревогой взглянул

на Орлова. Мысли путались после выпитого коньяка. Он не мог

собрать их воедино, сосредоточиться, именно сейчас, в самый

опасный момент.

302

— Ночь. Темно, — пояснил Орлов. — За такую ответствен ную работу лучше всего браться со свежей головой.

— Ради выяснения истины я готов...

— Ни к чему вы не готовы, гражданин Осокин.

— Как прикажете понимать ваше обращение ко мне? По чему «гражданин Осокин», а не товарищ полковник?

— Вы опоздали, гражданин Осокин. Вчера вы были для

меня уважаемый товарищ, собрат по оружию, с которым мы

вместе шли к одной светлой цели, а сегодня...

— Я требую объяснений!

— Не вам их требовать! Вам разрешено просить. Или воз вращайтесь пока домой. Я не смею вас дольше задерживать.