Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 58)
сят два человека. Больных и отсутствующих нет, гражданин
начальник корпуса».
— Семьдесят два и все ни за что, — привычно пошутила
корпусная.
105
Заключенные, привыкшие к ее ежедневной шутке, хмолча-ли. Начальник корпуса, внимательно пересчитав женщин, по
дошла к окну, несколько раз ударила деревянным молотком
по железным прутьям решетки и направилась к дверям.
— Y меня к вам жалоба, гражданин начальник корпуса!
— выступила вперед Безыконникова.
— Чего еще? — недовольно спросила корпусная. Она, как
видно, торопилась окончить проверку и непредвиденная за
держка была ей совсем некстати.
— Вот эти две заключенных, гражданин начальник кор
пуса, — Аврора пальцем указала на Варвару Ивановну и Еле
ну Артемьевну, — ведут в камере антисоветскую пропаганду.
А вот эта молодая троцкистка, — Безыконникова ткнула в
сторону Риты, — пыталась избить меня, когда я выступила
против их враждебной агитации.
— Почему дежурной по коридору не доложили? — стро
го спросила корпусная.
— Я докладывала. Дежурная вместо принятия мер всту
пила в разговоры с заключенными, — злорадно пояснила Без
ыконникова.
— Разберусь, — хмуро пообещала корпусная. Ей не хоте
лось ни в чем разбираться. Окажись права эта длинноносая
кикимора, корпусную первую не погладят по голове: «Как
воспитываешь своих сотрудников? Где бдительность?» И пой
дут, и пойдут...
— Я прошу, чтоб вы дали мне бумагу. Я изложу все пись
менно на имя начальника тюрьмы, — потребовала Аврора.
— Завтра получишь, — сквозь зубы процедила корпусная.
— Нет, сегодня! — настаивала Безыконникова.
— Ты меня не учи! — взорвалась корпусная.
— Товарищ начальник корпуса! Разрешите доложить! —
официально обратилась дежурная по коридору к корпусной.
— Говорите! — разрешила корпусная. Голос ее потеплел.
— Заключенная Безыконникова вела антисоветскую пропа
ганду и подбивала других заключенных на скандал, — отра
портовала дежурная по коридору.
— Почему не вызвали резерв?
— Виновата, товарищ начальник корпуса, ошиблась, —
покаялась дежурная.
106
— Кто из заключенных может подтвердить, что Безыконникова пыталась устроить скандал? Молчите? Скрываете свою
подругу? Я доложу начальнику тюрьмы и зачинщиков посадят
в карцер, — раздраженно предупредила корпусная.
— А-а-а... Замолчали?! Враги недобитые! Боитесь настоя
щей патриотки? Её сажайте в карцер! Ее! Ее! Ее! — палец
Авроры с мстительным торжеством указывал на Риту, Аню,
Варвару Ивановну, Елену Артемьевну.
— Я могу обсказать, как было, — прозвучал в наступившей
тишине спокойный голос Ани.
— Говори! — приказала корпусная.
Аня неожиданно закашлялась. На одутловатом лице кор
пусной мелькнула угроза.
— Кончай кашлять! — потребовала корпусная.
— Это Аврора, — начала Аня...
— Какая Аврора? Кличка такая? — удивленно спросила
корпусная. На ее поблекших жирных губах скользнула чуть
заметная улыбка.
— Не! Не кличка, а Безыконникова. Кличка только у со
бак бывает. А Аврора сама пожелала Авророй называться вме
сто Орины, — обстоятельно поясняла Аня.
— Не тяни резину! — заторопила Аню корпусная.