Григорий Александров – Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога (страница 178)

— В горле у меня Ивлева стоит... Как поступить с ней?

313

— Руки есть, голова — тоже. Думай, действуй!

— Кончу Ивлеву — Лизутка мне в жизни не простит.

— Она может и не узнать.

— Как?

— Сдашь Ивлеву завтра в больницу, а через неделю она

выздоровеет. Жену пока отвези к родным. Твой перевод в

другой лагерь будем оформлять больше недели. Когда вер­

нешься в зону, сдавать дела новому начальнику лагпункта, по

дороге прихватишь Ивлеву. Успокой ее, скажи, что Елизавета

ждет ее не дождется. Скажи, что лекпомом к тебе в зону ее

назначают. Я заготовлю разрешение, ты ей покажешь. Она

доверится тебе. Ты приведешь Ивлеву домой, скажешь, что

приглашала Елизавета Петровна. По дороге нечаянно заведи

в тайгу и... побег.

— Страшно... Спасла она Лизутку! — капитан заскреже­

тал зубами.

— Ты вспомни, чего из-за Ивлевой пережил... Я мог ранить

Елизавету Петровну... Замучила тебя Ивлева.

— А вас?

— Не меньше досталось... Подумай, Михаил... Не ты сде­

лаешь — другой найдется... В другой лагерь перейдешь рабо­

тать... система лагерей везде одна... от нас не спрячешься...

Напомнят твои старые дела, шепнут, что ты человек ненадеж­

ный — вот тебе и суд, или... несчастный случай.

— Рука не поднимется... Лизутка узнает.

— За это можешь не беспокоиться. Издадим приказ, что

за поимку беглеца Ивлевой, взять ее живой не удалось, собако­

вод Кабанин награждается денежной премией. Кабанин от пре­

мии не откажется, возьмет и облизнется. А ты случайно доста­

нешь в управлении копию этого приказа. Число в копии про­

ставишь другое. Допустим, повезешь Ивлеву двадцать пятого

сентября, а число проставишь, ну, скажем, одиннадцатого ок­

тября. В этот день ты будешь рядом с уважаемой супругой.

А, следовательно, принимать участие в ловле Ивлевой не смо­

жешь. Узнает Елизавета Петровна, ты ей приказ подсунь и

от себя прибавь: «Вот что сволочь Кабанин сделал. Не уеха­

ли б мы с тобой и доктор была б жива» — вот как преподне­

сешь переход Ивлевой из одной комнаты в другую. Конфетка!

— полковник сладко прищурился и облизнулся.

314

— Здорово вы сообразили, Осип Никитич, мне бы не до­

думаться, — восхитился капитан.

Полковник полыценно улыбнулся, но тут же спохватился.

Лицо его приняло строгое деловое выражение.

— Таковы мои обязанности, Михаил... Думать много при­

ходится... За это и жалованье получаем.

— Умнее вас в управлении человека не сыщешь. С вашей

бы головой — в министерство.

— Затирают... завистники... бюрократы... Таланту не дают

развернуться, — огорченно вздохнул полковник. — Ты, Михаил,

не перехвали меня... Узнает Орлов, что я по твоим словам умнее

его, голову снесет, — строго предупредил полковник.

— Мне?

— А кому же еще? Не я же сам себя хвалил.

— Товарищ... Осип Никитич. Мы по-дружески говорим...

— Я тебя по-дружески и предупреждаю. Не будем ссорить­

ся, Михаил. Наши пути еще встретятся... Каков мерзавец лей­

тенант! Сколько хлопот нам обоим наделал! Я руки чуть не

лишился, ты — с женой чуть не поссорился. Часто он к ней

заходит... Очень часто! К моей Анжелике этот хлюст тоже

сперва только заглядывал... Я из дома не успею выйти, а его

парикмахерские усики ухо Анжеликино щекочут. Все сплетни

соберет — и ей. Сам плюгавенький, глазки свиные, брови и