Грета Раш – Нефилим. Том 3. Крушение (страница 8)

Мисс Петреску закончила. В кабинете стояла тишина. Я была уверена, что уже слышала эту историю, и не только я. Всё её слышали. Но почему-то именно сейчас мне стало жутко. Появилось ощущение, как будто я только что получила какую-то очень нужную информацию, которая чётко укладывалась в схему. Вот только в какую схему? Этого я сообразить не могла.

– Получается, все химеры родственники, – подвела итог Рамира.

– В той или иной степени, и это является залогом их сплочённости, – подтвердила мисс Петреску. – Вернее, одним из.

– Но если химеры происходят из рода баронов, тогда почему среди них нет ни одной королевской семьи? – задал логичный вопрос Тони Льюис, оглядываясь на Джоша, который за весь урок даже губ не разлепил. – Ведь многие наши аристократы связаны с человеческим мелкопоместным дворянством. Некоторые даже притворялись людьми.

– Точно-точно! – подхватилась Рамира, её глаза жадно засияли. – Например, Бенуа состоят в родстве с Жанной-Антуанеттой Пуассон. А она вообще по рождению принадлежала к третьему сословию, то есть, фактически была простолюдинкой. Титул маркизы получила уже после того, как соблазнила короля и на долгие годы стала его фавориткой!

– А вот это вторая причина, по которой химеры стараются держаться друг друга, – наставительно подняла указательный палец вверх молодая румынка, продолжая говорить о многоликих так, как будто их здесь не было. Химеры чувствительностью не отличались, но что-то мне подсказывало, такой подход парням был не по душе. – Верно, Джош?

И мисс Петреску неожиданно улыбнулась Вонгу, из-за чего её лицо будто бы подсветилось изнутри. Она ему симпатизировала и не скрывала этого.

– Химеры присоединились к уже крепко сплотившимся вампирам и нефилимам, вынужденным долгое время единолично противостоять превосходящей по количеству нечисти. Многоликие объединились с нами последними, к тому моменту только формируясь как группа. Согласно подписанному соглашению, химеры должны были иметь своих представителей в высших кругах власти. Но возникла проблема. Как мы до этого проговорили, все химеры происходят из одного рода. Как определить достойных? Как выбрать тех, кто войдёт в круг королевских особ и получит наследуемый титул? Как определить лучших среди равных? Здесь следует оговориться, что к тому моменту объявились дети Ферди, которые также оказались носителями многоликости. Они ничего не знали о своем отце, никогда с ним не встречались, а остальных химер нашли случайно. Но, как и другие, сыновья Фердинанта считали, что имеют определенные права. И что же делать?

Вопрос был риторическим, он повис в воздухе и будто бы заполнил собой всё пространство аудитории.

– Подкинуть монетку? – пошутил Тони.

– Устроить поединок, – на полном серьёзе выдвинул идею Эрик.

– Звучало такое предложение, – ткнула пальцем в нефилима мисс Петреску, указывая на его неоспоримую правоту. – Но химеры отказались, решив, что братство – важнее, чем возможность когда-нибудь стать королём.

– Это неправда, – вдруг произнёс Джош.

Мы так редко слышали этот его голос с лёгким акцентом, не такой красивый и грудной, как у Блейка, но всё же приятно самобытный, что все дружно вздрогнули. Только Эрика не пробрало, как сидел неподвижной каменной глыбой, так и остался сидеть.

– Что, прости? – переспросила мисс Петреску, продолжая освещать своей улыбкой весь мир аж до соседней вселенной.

– Это неправда, – «любезно» повторил парень. – Что не было других вариантов. Густав был старше Ганса на несколько минут. Именно его дети должны были стать королевской семьёй от химер. Сам Густав к тому моменту погиб. Его подстрелили охотники в лесу Шварцвальд, а потом отрубили голову и как трофей прибили к стене. Он умел обращаться в медведя и черного аиста, но предпочитал большую часть времени проводить в первой ипостаси, в ней и погиб, успев оставить после себя трех малолетних сыновей. Старшему на момент смерти Густава было два года.

– Чувствую большое толстое «но», – пробормотала я себе под нос, и Джош услышал. Нарочито медленно перевёл взгляд, поглядел некоторое время, а потом, не отрываясь от моих глаз, проговорил:

– Но накануне дня, когда должны были объявить о присвоении потомкам первой химеры титула и появлении нового королевского рода, мать короля Альберта встретилась с женой Густава Ренатой, выступавшей регентом при предполагаемых несовершеннолетних принцах. Неизвестно, о чём они беседовали, но Рената отказалась от всех планов и прежних договорённостей. А через некоторое время тоже погибла при странных обстоятельствах. Позже её смерть назвали самоубийством. Через полгода после смерти Ренаты, тогда ещё живому Гансу пришло письмо от её имени. Он никого не посвятил в содержание послания, но после прочтения поджог рукописную бумагу сигаретой и оставил догорать на столе. А лидеры химер направили в королевский дворец открытое коллективное письмо с официальным заявлением об отречении от любых претензий на корону, говоря не только от своего имени, но и от имени всех своих потомков. В итоге мы, химеры, так и застряли на вторых ролях, превратившись практически в прислугу для вампиров и нефилимов.

Неизвестно, чем бы закончилась, а вернее, как бы продолжилась эта претензия, но урок закончился. Не успели мы выдохнуть с облегчением, как дверь распахнулась и стремительной походкой вошёл директор. Ребята, застыв на мгновение в полуприподнявшихся позах, попадали обратно с негромкими стонами разочарования. Всем стало очевидно, что придётся задержаться. А задерживаться не хотелось, хотелось в кафетерий.

Глава 4

Блейк оглядел присутствующих, скользнул взглядом по мне так же равнодушно, как и по другим, может быть, разве что уголки губ чуть сильнее опустились в выражении презрения, а после он сообщил мисс Петреску:

– Мне нужно сделать объявление.

– Да-да, конечно, – замельтешила вокруг директора дамочка, вновь пытаясь заменить собой солнце и глядя на директора такими обожающими глазами, что я невольно закашлялась.

– Что с вами, мисс Кьеллини? – посуровела учительница, обратив на меня и мой сдавленный кашель повышенное внимание.

– Аллергия, – выдавила я из-под руки, прикрывая рот.

– На что?

– На подхалимство, – прокашляла я, но достаточно невнятно, чтобы избежать очередной гневной тирады и нового вызова на ковёр.

На директорский ковёр…

Мисс Петреску в недоумении наморщила лоб, но соображала недолго. Махнула рукой и вернулась к директору, взирая на него с видом человека, к которому по сверкающей небесной лестнице спустился сам архангел Михаил.

– Вынужден предупредить, – начал Блейк, закладывая руки за спину, – что в этом году на Рождество школа будет закрыта. Мы обнаружили нашествие грызунов, которые успели не только попортить запасы на кухне, но и напрочь уничтожить часть библиотечного фонда. Поэтому на праздники мы вызовем дератизаторов. Они проведут санитарную обработку всех школьных помещений: от туалетов и спортивных залов до ваших комнат в общежитиях. Поэтому всем ученикам предписывается покинуть Исправу на время зимних каникул. Во-первых, вы будете мешать работе специалистов, во-вторых, они будут использовать химикаты, которым нужно время, чтобы выветриться.

– Серьёзно? – надменно выкрикнул кто-то с задних парт, где кучковались химеры. – Вы боитесь, что мы пострадаем от распылённого крысиного яда? Максимум, что может случиться – это несварение и понос. Отошлите вампирских неженок домой, выдайте уборщицам по паре дополнительных ёршиков и зовите своих дератизаторов! Нас такой ерундой не пронять!

– Мистер Дерек, – с угрожающей ласковостью начал Блейк и улыбнулся сердечно, как любящий людоед. Это выглядело до такой степени жутко, что у меня свело спину. Устремив взгляд поверх моей головы, директор продолжил: – Я нисколько не сомневаюсь в крепости вашего кишечника, но это не простые грызуны. Так уж получилось, что ведьмы немного промахнулись. И попали конкурирующей магией в нескольких местных крыс, что простимулировало их развитие из вполне осознанных и умных особей в ещё более осознанных и умных, способных не только плодиться с огромной скоростью, но и отлично самоорганизовываться. А ещё проявлять крайнюю агрессию при малейшей угрозе их колонии. Так что, если вы не хотите, чтобы во сне вам отгрызли кончик носа или большой палец на ноге, будьте так любезны, отправляйтесь на праздники к матушке с батюшкой и передавайте им мой пламенный привет, – Блейк обвёл студентов тяжёлым взглядом, угнетая и подавляя одним своим присутствием. Я мысленно сравнила его с мистером Уилсоном и поняла, что успела соскучиться по этому добряку. Блейка добрым мог назвать разве что… ну, не знаю… Чужой? – И перед отъездом обязательно проверьте свои вещи, чтобы случайно не вывезти одного из грызунов за пределы школы. Это опасно и может поставить под удар мир за забором Исправы. Я рассчитываю на вашу сознательность, молодые люди. На этом всё. Можете идти.

Только он это произнёс, как ребята подхватились и практически бегом, толкаясь у дверей, вынеслись из аудитории. Видимо, не только меня Блейк страшил и угнетал.

– Мисс Кьеллини, – прозвучало строгое за спиной. – Останьтесь, – и, не дожидаясь моего согласия, директор попросил: – Мисс Петреску, вы не дадите нам несколько минут?