Грета Раш – Четыре подруги и все-все-все (страница 5)

– Не будь врединой, – вздохнула подруга. – И выбери десерт, которым будешь угощать гостей! Эта свадьба должна хоть немного похожа на настоящую!

– Она и так настоящая, – отрезала я.

– Вот я в этом очень сомневаюсь… А ты не боишься, что в самый ответственный момент появится Максик? Вряд ли он способен безболезненно пережить твой брак, который стал неожиданностью для нас всех.

– Не боюсь.

– Он вообще ещё в городе?

– Не знаю. Его ищут.

– Ищет, я так понимаю, Гриша? – сообразила подруга.

– Ага.

– Значит, можно не рассчитывать, что найдёт. Гриша – лицо заинтересованное. Заинтересованное в том, чтобы парень никогда не нашёлся.

– Ты преувеличиваешь, – безразлично проронила я. – Немногим в этом городе интересна моя личная жизнь. А тем, кому она может быть интересна в силу определённых обстоятельств сейчас вообще не до меня.

– А-а-а-а-а, – с красноречивым подтекстом протянула подруга, прекратив чавкать в трубку. – Кажется, я поняла, за каким лешим ты замуж намылилась. Решила Яна побесить? Вдобавок ко всему… Думаешь, вызывать ревность у кого-то вроде него – отличная идея?

– Ревность – спутник любви. И хоть любовь может быть разной, ревность всегда одинаковая. Чтобы ревновать – нужно желать.

– А Ян желает только одного – прикончить тебя, – подвела печальный итог Ниса. – Всё-таки его авторитет сильно пошатнулся после… ну… ты поняла.

Подруга неловко умолкла.

А слов и не требовалось, чтобы понять намёк. Некоторое время назад всем в городе стало известно, что именно Князь был тем самым таинственным любовником последней жертвы – актрисы, найденной растерзанной на куски в собственной квартире. Ян оплатил убийство девушки, которая ещё и умудрилась забеременеть от него. На Ирэн Гор череда смертей закончилась, не только потому, что закончились и спонсоры, но и потому, что участникам заговора пришлось в срочном порядке разбираться друг с другом. На организацию внеплановых убийств времени совершенно не осталось. Грязная история, порочащая светлый образ Князя, который вляпался в неё по самые брови. Нарушение закона. Всеобщее порицание, пусть тихое, но из-за коллективного согласия весьма весомое. Сам Ян решил, что это я потрудилась над комканьем его репутации. И направление его мыслей было понятным, ведь мы с Ирэн были знакомы с университета. Он решил, что это моя месть. Но правда была в том, что… это была не я. Не я раструбила об участии вампира в убийстве подружки на всю округу, приложив максимум усилий, чтобы задействовать как можно больше народу.

Это был кто-то другой.

– И теперь он удрал из города. А мы с Лозовским должны его догонять… А я ненавижу догонять! – с возмущённой усталостью воскликнула Ниса.

Я поморщилась. Да, задача перед подружкой стояла не простая, но это был отличный момент, чтобы загнать вампира в ловушку. Именно сейчас, за пределами своих владений, он стал достаточно уязвимым, чтобы я могла вступить в схватку.

Но вслух сказала совсем другое.

– Слишком малозначительный повод, чтобы заставить его покинуть свой тщательно отлаженный вампирский мир, – и я действительно в это верила. У Яна имелся другой, скрытый, мотив. Но причины его поступка были не так уж и важны. Важнее было другое: вцепиться ему в глотку и не отпускать, пока не испустит последний вздох. – Тебе не кажется?

– Нет, мне вообще редко что-то кажется, – ехидно ответила подружка. – А повод не такой уж незначительный, особенно на фоне прибытия в столицу Совета. Если бы о «заказе» Ирэн никто не узнал, то историю удалось бы замять. За очень большие деньги, конечно, потому, что старики мелочью из кофейных автоматов не берут. Но, по крайней мере, никто не требовал бы повесить вампиреныша на берёзе и не устраивал шествия с вилами к его замку. А теперь все всё знают и желают, чтобы Князя наказали по закону. Ты же знаешь, чем выше сидишь, тем большее количество людей желают увидеть, как ты падаешь. И пусть в Совете заседает дядюшка Яна, даже он не сможет его спасти. Правила одинаковы для всех. Если Совет проигнорирует народную жажду справедливости, то подставит под удар себя. Поэтому я думаю, что ты…

– Ниса, это была не я, – пришлось прервать пламенный монолог.

– А кто?

– Не знаю. Кто угодно! И вообще! Заканчивай трескать и приступай к работе! Будут новости – звони!

И я оборвала разговор. Постояла в центре спальни, бездумно рассматривая одну точку, а после потопала в ванную.

***

– У тебя есть топор?! – заорала Фируса, влетая в мою квартиру ошпаренной кошкой.

Я с перепугу выронила швабру и уставилась на взъерошенную подругу, которая и на себя-то была непохожа.

Застыв, муза огромными, ещё большими, чем обычно глазами оглядела меня, комнату, потом опять меня и удивлённо спросила почти нормальным голосом:

– Ты чего? – и указала на швабру.

– Пол хочу вымыть. А то пыль со мной скоро разговаривать начнёт и, возможно, даже поэмы декламировать. А ты чего?

Фируса отмерла, громко выругалась, совершенно в стиле Нисы и абсолютно точно не в своём, и заорала:

– Здесь Гриша! – вдохнула, выдохнула и дальше: – Я видела его в машине. Она припаркована на въезде в твой двор!

Подруга подлетела к подоконнику, выглянула вниз и с тихим писком отпрянула обратно.

– Он идёт сюда!

– Зачем? – я подняла швабру и продолжила уборку.

– С Ханукой, блин, поздравить! – вспылила Руся, интенсивно краснея. Это были признаки зарождающейся истерики.

– Иди в ванную и умойся холодной водой, – посоветовала я, оглядываясь на окно, сквозь которое просматривалось всё буйство красок, уже полностью перешедших в летние. – У тебя глаза как у мадагаскарской руконожки. А у меня под рукой нет баобаба, на который я могла бы тебя пристроить.

Руся потрясла головой и приложила ладони к горящим щекам.

– А ты что будешь делать? – спросила она беспомощно.

– Как что? – хмыкнула я, выпрямляясь. – Гостей встречать.

И крутанула в руке швабру, намереваясь при необходимости воспользоваться ею самым неожиданным образом.

Руська исчезла за дверью в ванную комнату. Некоторое время сохранялась тишина, нарушаемая лишь счастливым перегавкиванием собак, которых владельцы вывели погулять. Послышался скрип, потом шелест, неторопливые широкие шаги и на пороге кухни возник Гриша.

– Привет, принцесска, – и он угрюмо улыбнулся, держа руки в карманах модных брюк.

Меня почти передёрнуло.

– Не называй меня так, – потребовала я, возвращаясь к самому банальному занятию во вселенной – мытью пола.

– Почему? – повёл бровью вожак волков. – Потому что Ян тебя так называет?

Я промолчала.

Он некоторое время понаблюдал за мной, а после развернулся и молча прошёл в спальню.

Я удивлённо проводила взглядом его прямую спину.

– Чё это ты удумал? – пробормотала себе под нос и поторопилась тем же маршрутом.

Когда вошла в спальню, которая в моей однокомнатной квартире служила и кабинетом, и будуаром, и гостиной, он сидел на диване, вольготно развалившись. Расслабленная поза, незаинтересованный взгляд, сложенные на плоском животе руки. Он как будто бы пришёл в гости к троюродной тётушке, которую посещал раз в год, да и то исключительно из чувства врождённой вежливости.

Ага, врождённой… скорее, мертворождённой.

– Ты ничего не перепутал? – ласково улыбнулась я, крепче сжимая швабру.

Оборотень этот мой жест заметил, пристально оценил и криво усмехнулся. Пренебрежительно так, с поистине мужским превосходством, от которого хотелось орать.

И продолжил молчать.

Я постояла, оглядывая собственное скудное имущество, потом не выдержала, прошла к креслу и плюхнулась с размаху, устроив швабру между коленями.

С ней я чувствовала себя увереннее.

– Есть новости про Макса? Ты нашёл его? – меня нервировало такое поведение Гриши. – Мог воспользоваться телефоном, не обязательно было приходить.

– Я получил твоё приглашение на свадьбу, – как бы между делом проронил оборотень.

– Угу, – невразумительно промычала я, метнув взгляд на чуть приоткрывшуюся дверь в ванную. Вот же… муза! И зачем только включила Гришу в список гостей? – И?

– И меня оно не впечатлило, – закончил оборотень.

– М-м-м… твоё впечатление и не входило в программу, – я вздохнула. – Гриша…

– Малыш, у нас с тобой был уговор, – протянул он медовым голосом, и его лицо приобрело дьявольское выражение. Вот такое, что хоть прямо сейчас назначай главным по раскалённым котлам.

– Я ни о чём с тобой не договаривалась, – выпалила я.