Грета Раш – Ангел, шельма и одноглазый кот 3 (страница 5)

И они последовали.

– Как поживает мистер Андрис? Мы с ним хорошие знакомые!

Имя показалось мне знакомым, где-то я его уже слышала.

– Кто?

– Как? – изобразил мужчина удивление, но перестарался, сразу стала очевидна фальшь. – Ты не знаешь декана своего факультета?

– Декан колдовского факультета – мадам Мелинда, – спокойно ответила я, наблюдая за попыткой незнакомца выяснить, правду ли ему говорят или нет.

– А, точно! – хлопнул себя по лбу мужчина. – Он же стал директором!

– Вы, видимо, очень давно не общались со своими знакомыми, – не удержалась я от колкости. – Потому что во главе Академии сейчас стоит леди Элеонор.

– Знаю, – перестал ломать комедию мужчина. – Я тебя проверял.

– Знаю, – кивнула я. – Но я действительно там учусь. Совсем недавно поступила, поэтому ещё очень мало знаю.

– Это заметно, что недавно, – громко хохотнул мой собеседник. – А сама откуда? В лесу, что ли, выросла?

– Нет, среди людей, – решила признаться я на свой страх и риск. – Меня шельмой называют.

Лицо мужчины вытянулось.

– Серьёзно? – не поверил он. – Настоящая шельма?

– Угу, – кивнула я.

– Надо же, никогда не встречал, – мужчина поставил руки на талию, сменив напряжённую позу на более расслабленную, взглянув как-то по-свойски. Словно, наконец, признал во мне свою. – Правда, всё равно непонятно, как ты миновала Даркера.

– Никак, – развела я руками. – Он что-то сказал, а потом дно просто исчезло, и я грохнулась посреди двора. Того, где стоят пустые белые амфоры.

– Это амфоры для сбора дождевой воды, – неожиданно мирно и даже почти дружелюбно пояснил мужчина. – Значит, Даркер тебя сам впустил. Интересно, почему?

– А… он обычно так не делает? – догадалась я из-за чего весь переполох.

– Конечно, нет, – разразился мужчина смехом. Кажется, его начала забавлять моя неосведомлённость. – Даркер охраняет границу, её первую линию. Никто не может пройти мимо него… и выжить. Озеро, которое ты видела, на самом деле очень глубокое. И оно заполнено мёртвыми телами тех, кто желал силой прорваться в Имерию.

Меня передёрнуло, потому что я вспомнила, как набрала полный рот воды, когда бултыхнулась вниз.

Моя реакция не осталась незамеченной и вызвала улыбку.

– А мы, – мужчина обвёл каменные стены в воздухе руками, – мы вторая линия.

– А это? – я повторила за собеседником его жест.

– Это военный гарнизон, расположенный вокруг города, – пояснил мужчина и неожиданно представился: – Меня зовут Амир, я – командующий гарнизоном.

Я выдала вежливую протокольную улыбку.

– Ты, наверное, устала, – спохватился вдруг Амир.

– Нет-нет! – замахала я руками и вскочила. Показалось, будто мужчина собрался уходить. – Мне бы вернуться в Академию!

– Вернуться? – спросил мужчина с таким подтекстом, что я невольно засомневалась в собственной адекватности.

– Ну… да, – растеряла я уверенность.

– А ты забавная, – широко заулыбался Амир. – Давно таких не встречал. Чтобы добраться до ближайшего пограничного пункта пропуска в Фергане придётся вновь пройти через Даркера, а потом добираться больше трёх лун. Это если пешим ходом. Верхом, конечно, будет быстрее, но тебя на лошадь никто не посадит.

– Почему?

– Наши лошади очень своенравны. Особая порода. Чужака к себе они не только не подпустят, но и постараются затоптать.

– А если найти сопровождающего? – попыталась я ухватиться за соломинку.

– Мы не имеем права покидать гарнизон, – безжалостно растоптал мою последнюю надежду его командующий.

– Что же мне делать? – прошептала я, чувствуя, как охватывает отчаяние.

– Рано или поздно твоё отсутствие заметят и начнут искать. Надо только подождать, – махнул рукой Амир.

– Да, но они не знают, где именно нужно искать! – бессильно застонала я. – И ожидание может продлиться вечность! А мне надо обратно в Академию!

Амир подёргал себя за косичку и неожиданно предложил:

– Завтра на рассвете недалеко отсюда будет проходить торговый караван. Конечный его пункт – Оша, но они пройдут и мимо Ферганы. Если ты способна выдержать несколько лун в пути и жуткую вонь, то я могу найти того, кто отведёт тебя к месту следования каравана.

– Вонь? – последнее уточнение показалось мне подозрительным.

– Ага, ослиную, – как-то слишком радостно кивнул мужчина. – Торгаши передвигаются на ослиных повозках. Так как, согласна?

Его лицо просто сияло доброжелательностью, что вызывало некоторое душевное беспокойство. Но выбора у меня не было.

– Хорошо, – вздохнула я, одёргивая пониже юбку, которая была влажной, но всё ещё смотрелась весьма достойно.

– А пока что ты можешь отдохнуть и привести себя в порядок, – щедро предложил Амир.

– Да, наверное… было бы неплохо, – что-то с каждой минутой беспокоило меня всё сильнее. Не давало покоя, словно царапая душу. Но я никак не могла сообразить, в чём именно дело.

– У нас здесь есть мыльня, думаю, тебе стоит ополоснуться, – Амир попытался скрыть улыбку, но не успел, я заметила. – Особенно после того, как Даркер тебя искупал.

Я вспомнила упоминание о трупах и вскочила:

– Куда идти?

Мы вышли из помещения, свернули налево и начали подниматься по каменным ступеням, выдолбленным прямо в камне, на котором построили башню. Ступени были неравномерно обтёсанными, будто бы сделанными на скорую руку, и очень высокими, на каждом шаге мне приходилось задирать колени чуть ли не до груди. А ещё покрыты мхом, в некоторых местах таким обильным, что я чувствовала, как растение проминается под ступнями.

К моей большой радости вскарабкиваться долго не пришлось. Мы преодолели ступенек десять и оказались перед очень низкой и широкой деревянной дверью, которая выглядела так, будто это был вход в шкаф.

Или винный погреб.

Или просто погреб.

Амир вцепился в металлические кругляши, служившие ручками, и потянул створки на себя. Дверь легко поддалась, и он ужом скользнул внутрь.

Я замерла, подумав, насколько это разумно – идти непонятно куда за мужчиной, с которым была знакома меньше часа. Но вот откуда-то из-за двери послышалось «Мира!» и я полезла следом.

Оказавшись внутри, моментально сообразила, что нахожусь в некотором подобии… бани!

Видимо, что-то такое отобразилось на моём лице, потому что командующий гарнизоном поспешил объяснить:

– Это мыльня. Тут моются, понимаешь? Ну, там, гигиена, всё такое…

– Да, да, конечно! Понимаю! – воскликнула я, заверяя в собственной цивилизованности. А то ещё решит, что я какая-нибудь дикарка, которая привыкла на себе килограммы грязи носить.

Я огляделась.

На каменном возвышении стоял большой деревянный тазик, высотой мне по пояс, собранный из гладких, хорошо обструганных досок. Доски держались вместе за счёт двух металлических обручей, опоясывающих тазик сверху и снизу. Рядом стояла бочка с водой, в которой плавал такой вырезанный из дерева ковшик на длинной, узкой ручке. Напротив тазика у покатой стены кривоватой пирамидкой были сложены круглые и плоские чёрные булыжники, совершенно одинаковые по размеру. Над пирамидкой торчал вмонтированный в стену металлический жёлоб, который начинался где-то по другую сторону, в соседнем помещении. Жёлоб был закреплён крайне ненадёжно, свободно двигался, чуть поскрипывая и периодически наклоняясь к булыжникам. И когда это происходило, по канавке вниз начинала стекать струйка воды, которая, падая на камни, шипела, пузырилась и превращалась в пар, распространяя вокруг клубы мутно-белых испарений.

Заметив мою заинтересованность, Амир пояснил:

– Камни раскалённые, они лежат на… не знаю, как это будет на межмирном… что-то вроде металлической пластины. А под ней огонь. Это для того, чтобы поддерживать одну и ту же температуру.

В мыльне действительно было тепло. Теплее, чем во всех остальных помещениях. У меня быстро вспотела шея и лоб. Я попыталась смахнуть пот, но новые капли выступили почти сразу же.

– Я пойду, – спохватился вдруг командир гарнизона. – Вот, – он указал на ворох белой ткани, лежащей у края таза. – Этим можешь вытереться, когда… ну… помоешься.