Грэм Джойс – Зубная Фея (страница 53)

— Это паранойя, — сказал Сэм.

— Все, оставь меня, ходячий кошмар! Прием окончен.

Сэм стал чаще проводить время наедине с Алисой, причем для этого ему не пришлось предпринимать никаких специальных усилий. Клайв был настолько потрясен исполнительским мастерством Стиляги Сейлема, что проникся отвращением к цвету собственной кожи и считал себя подло обманутым Природой, помешавшей ему родиться негром. Теперь он подолгу пропадал в магазинах и на сходках коллекционеров, где обменивались и продавались подержанные диски, разыскивая редкие альбомы и синглы. Уикенды Терри были заняты футболом: по субботам он играл за «Редстон» (где со сменой тренера ему нашлось место в основном составе), а по воскресеньям выступал за любительскую команду паба «Дубовая дверь», блистая на фоне пузатых мужиков, которые традиционно подогревали свой спортивный задор несколькими пинтами горького пива и двумя десятками сигарет, соответственно выпиваемых и выкуриваемых перед самым матчем.

Итак, имея в запасе много времени, Сэм выбрал подходящий момент и рассказал Алисе о Зубной Фее.

— Ты свихнулся, — сказала Алиса.

— Возможно.

Разговор происходил в воскресенье дома у Алисы, чья мать закрылась в своей комнате для «полуденного отдыха», под каковым подразумевалось лежание пластом с чудовищного похмелья.

— Я серьезно. Это уже перебор.

— Я говорил Скелтону, что не стоит тебе это рассказывать.

— Нет, я рада, что ты это сделал. Теперь многое в твоем поведении стало ясно. Скелтон говорил тебе, как с этим бороться?

— Он пробовал разные способы. По большей части давал советы, как вести себя, когда эта дрянь появится снова. Однажды всучил мне какие-то таблетки.

— Ты это скрывал.

— Да что толку… От этих таблеток в глазах стоял туман, густой как вата, а Зубная Фея все равно появилась. Просто вылезла из тумана. И еще он говорил, что мне может помочь, если я займусь этим с обычной девчонкой.

— Что? Он сказал, что, если ты перепихнешься с кем-нибудь, это избавит тебя от Зубной Феи? Я не верю.

— Это правда. То есть он не говорил, что наверняка избавит. Он сказал, что это должно мне помочь.

— Ты это сам придумал.

— Нет, честное слово. Он говорил, это типа отравы, которая становится противоядием.

— Что становится противоядием?

— Секс. Он переклинивает твои мозги, уводит тебя на другой путь или что-то в этом роде. Я не очень понял его объяснения.

Алиса смотрела на него широко открытыми глазами. Затем она протянула руку и скользнула ладонью по его щеке, перевела взгляд на узоры ковра и глубоко задумалась. Сэм уже собрался было нарушить молчание, когда она встала, вышла из комнаты и на цыпочках пробралась по коридору к спальне матери. Когда она осторожно приоткрыла дверь спальни, оттуда донесся храп. Удовлетворенная проверкой, Алиса вернулась в свою комнату и тихо затворила дверь.

Она стояла над Сэмом с видом хмурым и решительным. Щеки ее пылали.

— Поклянись, что ты не придумал все это только ради того, чтобы меня поиметь.

— Клянусь! — прохрипел Сэм.

Алиса кивнула и одним движением стянула через голову майку. Она не носила лифчика, и ее маленькие груди слегка подрагивали, когда она стояла перед ним, тяжело дыша и не сводя с него напряженного взгляда. Кожа ее была гладкой и желтовато-белой. Под одной из грудей Сэм заметил небольшую родинку.

«Боже мой, — подумал Сэм. — Она собирается сделать это из сострадания. Только из сострадания».

Алиса опустилась на колени рядом с ним и поцеловала его в губы. Целуясь, Сэм снял очки и погладил ее грудь, чувствуя, как соски твердеют под его пальцами. Его член напрягся, пытаясь вырваться на волю из тесных джинсов. Он быстро снял свою майку, и когда руки Алисы обвились вокруг него, соприкосновение с ее кожей

и ее особый, удивительный запах повергли его в состояние «возбужденного паралича». Он застыл, не в силах оказать содействие Алисе, которой пришлось самой возиться с пуговицами на его ширинке.

Вдруг в коридоре послышались шаги и скрип половиц. Алиса сделала большой скачок назад, попутно подцепив лежавшую на полу майку. Хлопнула дверь ванной комнаты. Алиса перевела дух и надела майку.

— Не здесь, — сказала она. — Надо найти место поспокойнее.

Сэм привел в порядок свою одежду и нацепил на нос очки.

— Мам, я пойду прогуляюсь, — крикнула Алиса, проходя мимо ванной.

— Ступай, — раздался ответный стон.

Был теплый весенний день. Рука об руку они уходили от дома Алисы и не произносили ни слова, переполненные ожиданием того, что должно было произойти.

Ноги сами привели их к пруду, на берегу которого еще сохранились участки густых зарослей, обещавших надежное укрытие. Однако здесь они застали компанию малолеток, швырявших камни в воду. Сэм разочарованно вздохнул.

— Остается лес, — сказала Алиса.

Он поскреб затылок в нерешительности.

— Не люблю я лес.

— Тогда что еще?

Этот вопрос следовало понимать как «Ты, в конце концов, хочешь или не хочешь?». Сэм не имел других предложений, и они двинулись в сторону леса.

— Погоди, а у тебя что-нибудь с собой есть? — спросила Алиса.

— В каком смысле?

Она остановилась, дернув его за рукав.

— Я не хочу забеременеть.

Смысл сказанного не сразу дошел до Сэма.

— Прозрачная пленка, — пробормотал он после паузы. — Планирующая в воздухе при слабом ветре. Тонкая, легкая материя.

— Что?!

— Я о резинке. У меня нет.

— Черт. Я забыла взять из дома.

Сэма посетила мысль.

— Мой дом отсюда ближе. Я смогу достать.

— Сэм, я не собираюсь заходить к тебе домой и отвлекать разговорами твою маму, пока ты будешь воровать гондоны.

Сэм испугался, что она сейчас передумает.

— Подожди здесь. Я мигом.

— О боже… — простонала Алиса.

А Сэм уже мчался в сторону дома. Он решил сократить путь и побежал напрямик через поле. Преодолевая ограждение, он поскользнулся и упал на одно колено. Жирная черная грязь прилипла к джинсам.

— Откуда это ты несешься как ошпаренный? — спросила копавшаяся в палисаднике Конни, когда он пробегал мимо.

— Я кое-что забыл.

Он взбежал по лестнице. Дверь в спальню родителей была открыта; Нев стоял перед зеркалом, повязывая галстук.

— Привет-привет, — сказал он.

Сэм промычал в ответ что-то похожее на приветствие, заскочил в свою комнату и, тяжело отдуваясь, сел на кровать. Отец вот-вот должен был уйти. Оставалось ждать.

И он стал ждать.

Нев не спешил со сборами. Наконец он спустился на первый этаж, хлопнула входная дверь, и Сэм услышал голоса родителей на улице. Он прокрался в их спальню и осторожно выглянул из окна. Нев и Конни в палисаднике беседовали о недавно высаженных розах. Взглянув вверх, они могли бы заметить его ходящим по комнате. Поэтому Сэм опустился на четвереньки, подполз к кровати и сунул руку под матрас. Там ничего не было. Он пошарил дальше — снова ничего. Все больше нервничая, он сместился к самому изголовью, и только тут пальцы нащупали заветную коробочку. Увы, в ней оказался лишь один презерватив.

Лишь один. Заметит ли отец пропажу? В этом можно было не сомневаться. Тем не менее Сэм положил презерватив в карман и убрал пустую коробочку на прежнее место, надеясь, что Нев сочтет это собственной ошибкой.

— Неудачная идея, — раздался над ним голос Зубной Феи.

Сэм в ужасе отпрянул и поднял глаза. Фея сидела на кровати, неодобрительно покачивая головой.