Грег Иган – Научная фантастика. Ренессанс (страница 121)

— Должно быть, дно уже близко, — заметил старик.

— Нет, Уильям. Эти каньоны ужасно глубокие и узкие.

Мири сделала им знак подождать.

— У меня чертова батарейка села.

Пошарив по карманам, она заменила мертвую батарейку полумертвой. Потом подключила очки и перегнулась через перила.

— Ого! Отсюда хороший вид. — Она махнула в глубину. — Знаешь, Орозко, пожалуй, здесь можно поработать активным зондом.

Хуан вытащил «пистолет» и подключил его к снаряжению. Большая часть функций ожила.

— Что ты хотела испытать?

— Поверхностный георадар. — Она указала «пистолетом» на стену каньона. — Добавь своей мощности, а смотреть будем вместе.

Хуан повозился с управлением. Радар издал слабый щелчок, посылая импульс в скальную стену.

— Ага!

На инфракрасном изображении десантных очков появилась лавандовая россыпь. Снимки, сделанные при дневном свете, которые Хуан успел закачать, демонстрировали скалу белого песчаника с выемками и зазубринами, оставленными ветром и водой. Микроволновый импульс показал то, о чем можно было только догадываться: влагу, разъедавшую и подтачивавшую скалу изнутри.

— Наведи пониже.

— Сейчас.

Он снова выстрелил.

— Видишь, там, внизу? Похоже на высеченные в скале тоннели.

Хуан присмотрелся к лавандовому узору. Он отличался от рисунка выше, но все-таки…

— Наверное, там просто вода сочится.

Мири уже сбегала по ступенькам.

— Брось еще одну какашку!

Через тридцать футов они добрались до места, где тропа была завалена крупными камнями. Двигаться приходилось медленно. Уильям, остановившись, махнул в сторону дальней стены:

— Смотрите, указатель.

К песчанику была прикреплена квадратная деревянная табличка. Уильям включил свой фонарик и направил его на знак. Сдвинув очки, Хуан воспользовался сомнительным преимуществом освещения: уже за десять футов все скрывалось за жемчужной стеной тумана. Зато стали видны выцветшие буквы надписи: «ГОРЕ ТОЛСТЯКАМ».

Уильям хихикнул и чуть было не потерял равновесие.

— Вам не приходило в голову, что старомодные таблички — это как раз то, чего мы добиваемся от ярлычков? Они безличны, информативны и расположены именно там, где нужно.

— Вообще-то да… Но как мне ее выделить, чтобы запросить объяснения, что она означает?

Уильям выключил свой фонарик.

— Думаю, это означает, что дальше каньон становится еще уже.

Это мы и так знали из карты Мири. От начала тропы это выглядело ущельем футов сто в ширину. Оно сужалось и сужалось, пока расстояние между стенами не сократилось до десяти футов. А дальше…

— Брось еще несколько какашек, — попросила Мири, указывая вниз.

— Сейчас.

Их еще оставалось достаточно. Хуан осторожно скинул шесть крошек и стал следить за сетевым диагностером. Одна крошка, кажется, скатилась футов на двадцать пять — тридцать, почти на дно каньона. Хуан набрал воздуха в грудь:

— Мири, ты собираешься объяснить, что конкретно мы ищем?

— Я сама точно не знаю.

— Но люди из Калифорнийского Университета шарили именно здесь?

— Здесь тоже, но больше на юге долины.

— Круто, Мири. А ты, значит, притащила нас сюда?

— Слушай, ты! Я ничего не скрываю! С обзорной площадки на Дель-Мар я видела каньон. Через несколько недель после того, как шишки из Университета уехали, именно здесь я заметила небольшие изменения в растительном покрове, в основном в этой долине. А по ночам летучие мыши и совы были сперва более, а потом менее активны, чем обычно… А сегодня ночью мы обнаружили в скале что-то вроде туннелей…

Уильям явно недоумевал:

— И это все, Мириам?

Девочка не стала огрызаться, как огрызалась на расспросы Хуана. Кажется, она даже растерялась.

— Ну… это просто общая ситуация. За январской экскурсией в парк стояли Феретти и Восс, Один занимается синтетической этологией[97], второй — протеомикой[98]. И они ни с того ни сего собрались в Сан-Диего. И я уверена… почти уверена… что оба консультируют «Foxwarner».

Хуан вздохнул. Немногим больше, чем она рассказала с самого начала. Может быть, главный недостаток Мири не в том, что она корчит из себя начальницу, а в слишком уж живом воображении. Хуан недовольно хмыкнул:

— И ты решила, что стоит тут хорошенько пошарить, как непременно отыщутся серьезные доказательства?

— Да! Кто-то же должен быть первым! С нашими зондами и… ну да, с какашками Берти мы почти ничего не упустим. Я предполагаю, что «Foxwarner» намерен переплюнуть прошлогоднюю выдумку Спилберг/Роулинг с магма-монстрами. Это будет что-то маленькое, но очень правдоподобное. И раз киношники пригласили в качестве консультантов Феретти и Босса, могу поспорить, что это будет какой-нибудь «Побег из биологической лаборатории».

И Сан-Диего вполне подходит для такого сценария!

Новые крошки установили связь с ближайшими соседями. Виртуальные огоньки расширившейся сети поблескивали наверху и внизу. В результате Хуан и Мири получили два десятка маленьких «глазок», осматривающих весь каньон. Разрешение было по-прежнему низким, зато крошки передавали столько данных, что «носилки» не успевали воспринимать все сразу. Приходилось тщательно выбирать точку обзора.

— Ну вот, — сказал Хуан, — давайте просто посидим малость и понаблюдаем.

Тупица остался стоять. Он смотрел куда-то вверх: Хуан догадался, что старику не управиться с видео, которые он ему пересылал. Ему, верно, стало скучновато. Неожиданно Уильям заговорил:

— Вы не чувствуете запах дыма?

— Пожар? — с тревогой спросил Хуан и втянул носом воздух. — Может быть. — А может, так пахнет какой-нибудь ночной цветок. Запахи не идентифицируешь с помощью поисковой системы, и Хуан плохо в них разбирался.

— Я тоже чувствую, Уильям, — сказала Мири. — Но здесь очень сыро, наверняка это не опасно.

— И потом, — подхватил Хуан, — будь вблизи открытый огонь, мы в наших очках увидели бы горячий воздух.

Может быть, кто-то на берегу развел костер.

Уильям пожал плечами и снова принюхался. Ну разумеется, и у Тупицы найдется хоть один талант, и уж конечно бесполезный. Чуть помедлив, он уселся рядом с ребятами, но, насколько мог судить Хуан, старик не обращал внимания на картинки, которые пересылал ему мальчик. Уильям открыл свой рюкзак и вытащил контейнер службы доставки — никак не наиграется с этой штуковиной. Старик попробовал аккуратно выгнуть крышку, потом поставил коробку себе на колени. Несмотря на все предостережения Мири, Тупица явно намеревался выправить упаковку. Он осторожно заносил руку над серединой крышки, нацеливался поточнее… но тут рука неожиданно дергалась, и приходилось начинать все сначала.

Хуан отвел взгляд. Какая земля холоднющая! И жесткая! Он переполз поближе к стене и начал перебирать картинки, полученные от крошек. Ничего особенного. Но если сидеть тихо и молча… становятся слышны звуки. Возможно, их издают насекомые? А на заднем плане отдаленный рокот. Автомобили? Вероятно. И вдруг Хуан догадался, что слышит шум прибоя, приглушенный туманом и стенами каньона. Правду сказать, в этом звуке было что-то умиротворяющее.

И тут совсем рядом раздался щелчок. Оглянувшись, Хуан обнаружил, что Уильям снова взялся за свое выправлял контейнер. Теперь он больше не казался таким помятым, и на месте предостерегающего ярлычка загорелся зеленый огонек.

— Уильям, ты его починил! — воскликнула Мири.

Старик ухмыльнулся.

— Ха! С каждым днем я чувствую себя лучше во всех отношениях. — Он секунду помолчал и чуть ссутулился. — Ну, во всяком случае, не так, как раньше.

Хуан смерил взглядом расстояние между стенами каньона у себя над головой. Места должно хватить.

— Просто поставьте его на землю, и он улетит прямиком в Джамул, — посоветовал Хуан.

— Нет, — возразил Уильям и положил контейнер обратно в рюкзак.

Ну, ясно, прикольная коробочка. Играй себе на здоровье, Уильям.

Они еще посидели, слушая прибой и принимая картинки от крошек. Иногда в изображениях возникали изменения, мелькали темные пятнышки, наверное мошкара или мотыльки. Один раз показалось что-то побольше — светящийся нос и размытая лапа.