Готика – Кошачья ведьма (страница 5)
– Как это – выкручиваться?
Обе девушки поморщились и ненадолго умолкли.
– Ну, не самым лучшим образом. Понимаешь, он не мог сказать твоей маме, кто он такой. Потому что не мог из-за моратория привести её к себе. Не мог представить своему народу, не мог сделать королевой. Детей – свою кровь, никто не мог помешать ему объявить эльфами и наследниками. А вот с женой все выходило не айс… – наконец, сформулировала Евлалия.
– Дети эльфов осознают свою сущность рано – они отличают бессмертных и представителей других рас от людей с раннего детства. Могут владеть родовой магией, природной магией – а порою умеют и многое другое! Твоему папе пришлось отвести в Сиреневый Дворец сначала Селестину, а потом и Июнию – девочки быстро стали выделяться, и вас бы разоблачили, – развела руками Ида:
– Я понимаю, для тебя это все пока что звучит странно…
– А открытое проживание среди людей – это нарушение Договора Равновесия, и это очень, очень серьезно, – вставила Евлалия, по-кошачьи округлив глаза:
– У твоей семьи могли случиться большие неприятности, поступи твой папа иначе!
– Обычно вы, эльфы, плохо поддаетесь гипнозу, – продолжала Ида, словно вбивая в меня гвоздь за гвоздём:
– А вот люди – хорошо. Твой папа убедил твою маму, что твои сестры умерли. Но он не учел, что она будет настолько сильно тосковать по ним… Когда родился ты, он принял решение временно назначить правительницей подросшую принцессу Селестину, а своего брата Альгатта сделать при ней регентом. А сам остался с вами. Твои магические способности, как все мы думали, были невелики. Валериан часто посещал свои земли и брал тебя с собой, после чего – как опять же все мы думали – ты легко забывал об этих визитах. Но к семи годам ты вдруг окреп и обычные эльфийские заклятия перестали на тебя действовать. И тогда совет клана поставил Валериана перед окончательным выбором – забрать тебя во дворец или оставить в Нижнем мире, у твоей матери.
– На него сильно давили, чтобы он выбрал первое, – снова подала реплику Евлалия:
– Но твой папа очень любил твою маму. И тогда наша командир наложила на тебя по просьбе Валериана заклятие забвения. Оно должно было оставаться нерушимым, пока твоя мама жива.
– Меня окунули в бочку с минеральной водой? – предположил я.
– Нет, просто в воды Стикса, как это обычно делают, – слегка удивленно ответила Ида:
– А что за прикол с бочкой?
– А потом ты сбежал, – перехватила инициативу Лали, быстро поняв, что я не отвечу:
– Удрал из дома сразу после совершеннолетия по-эльфийски. И тут же сменил имя и отчество – благодаря этой глупости твой отец формально утратил власть над тобой… А теперь вот ты вернулся. Как-то умудрился увидеть оборотней и форпост через заклятие. И вот – сидишь у нас на ковре.
– И я понятия не имею, к кому тебя отвести, такого красивого – к Селестине или к Июнии. Или снова дать тебе по голове обливиаром, окунуть в воды Стикса и отправить к мамочке?! – закончила Ида, картинно разведя руками. Видно было, что ей пришла запоздалая идея представить случившееся, как нечто обыденное. На мой вгляд, вышло у нее плохо.
А потом я почувствовал, что она уже приняла какое-то решение. И всё происходящее – лишь спектакль, и, скорее всего – только для меня.
– А есть тут что-нибудь покрепче кофе? – мне подумалось, что правильный герой в моей ситуации уже непомерно должен был выпить. В конце концов, мне было не шестнадцать, а двадцать девять. И Аркадий Гайдар в мои годы уже успешно покомандовал бы полком во второй раз… Ида подняла левую бровь – и в моей пустой чашке заискрилась темная жидкость медового цвета.
– Я умею только арманьяк, – хмыкнула она:
– И можжевеловку, но ты с ней не справишься. Издержки сурового прошлого…
Я выпил нечто терпкое и глубокое, как древнее зло.
– Хоть бы ты чашку помыла, – мне сразу сделалось море по колено:
– Хозяйки из вас так себе, милые дамы!
Девушки прыснули.
– А он забавный! – ухмыльнулась Евлалия. В прихожей отчетливо кто-то тявкнул – неужели Тревор?
– А почему мы не идем во дворец к моим сестрам? Или они тоже уверены, что я умер?! – сейчас я сам себе напоминал поддельного Ивана Грозного, требующего «почки один раз царице»:
– Этто нехорошо! Надо пойти туда немедленно! Надо идти сквозь говорящие подсолнухи, верно? А медведи? С нами пойдут говорящие медведи?
– Мы туда не идем, потому что королева Селестина уже обвинила в убийстве вашего отца клан еллионитов, принц Кай, – в комнату стремительно вошла ещё одна девушка, одетая, как готесса – маленькая, загорелая, желтоглазая, с густой гривой русых волос, заплетенных в две толстые косы:
– А ещё потому, что принцесса Июния до сих пор невеста их наследника. А ещё потому, что к тебе во время твоих гулянок были приставлены три еллионитки подряд. Доминика, Джеральдин, Изабелла. Селестина со дня на день обвинит сестру в государственной измене. К тому же Июния после убийства Валериана сбежала из Сиреневого дворца и находится в резиденции союза кланов. Где уже публично выступила за примирение селенианцев с еллионитами. А подозрения своей королевы назвала амбициозными интригами. Словом, у вас, эльфов, как всегда черт ногу сломит!
Я тотчас захотел что-то сказать про выступающую грудь вновьприбывшей – нечто остроумное и эротичное. Но желтые глаза посмотрели пристально куда-то вглубь меня – и приятное алкогольное опьянение исчезло напрочь.
– Вы нашли время бухать, – брезгливо сморщилась желтоглазая:
– Фу, мерзость какая. Опять арманьяк? Лучше уж можжевеловка Ариовиста! Тебе, парень, сейчас нужна трезвая голова. Твоего папу убили – и это сделали тут, прямо рядом с форпостом. Тебе повезло еще, что ты приехал уже на кремацию! А то бы и ты попал в подозреваемые…
Я потер виски. Это было уже чересчур!
– Согласно медицинскому заключению, мой отец скончался от обширного инфаркта, – я постарался, чтобы мой голос, наконец, зазвучал уверенно:
– Его никто не убивал! Кстати, леди, а как ваше имя? Вы тоже волшебница?
Желтоглазая фыркнула.
– Я Смоуки. Или Дымка. А назовешь меня «шпротой» – вырву язык!
– Ты даже не представляешь, Кай, что за чушь ты несешь! – Евлалия страдальчески подняла черные бровки:
– Древний девятисотлетний эльф взял да и умер от инфаркта?! Да это как если бы ты вдруг умер от кошачьей царапины на пальце! Разве такое бывает?!
– Теоретически это возможно, – мне почему-то захотелось повозражать им хоть в чем-то:
– Инфекция, столбняк. Сепсис. Упал, очнулся, гипс.
– Вместо мозгов у тебя, похоже, гипс, – вздохнула Смоуки. А Ида хлопнула в ладоши:
– Хранитель Сильвер! Подойди-ка!
В комнату вошел Сильвер – высокий, стройный, рыжий. В медных волосах его, несмотря на молодое лицо, ярко серебрилась седина.
– Сильвер – мой старый друг и давний сотрудник форпоста, – сказала Ида:
– Звание Хранителя просто так не дается! И я верю ему, как самой себе. Когда ты сбежал и бросил родителей, твой отец попросил его переехать к вам и присматривать за твоей мамой во время его отлучек. Сильвер был в доме, когда твоего отца не стало. Ты представляешь, кем надо быть, чтобы войти в дом, который охраняет боевой оборотень высшей категории?
Мне снова захотелось выпить. Сильвер выглядел моим ровесником. Я считал его милой собакой, чесал ему пузо, кидал мячик и разговаривал с ним, не закрывая дверь в туалет.
– Убийца открыл портал, – сказал оборотень, посмотрев на меня честными собачьими глазами:
– Вошел прямо в спальню короля, произнес заклинание и тотчас вышел. Я был в комнате через две секунды. Сердце короля взорвалось изнутри – он не успел ни поставить блока, ни запустить регенерацию. Это означает, что его убил представитель первой, второй или третьей расы. Ни один дилит не справился бы с Валерианом. И не опередил бы меня. И он умудрился не оставиться следов – заклятие, поразившее короля, было обезличенным…
– Кстати, Сильви, – желтоглазая взглядом спросила у Иды разрешения, и только после этого заговорила:
– Ты исследовал сам портал? Не хочу умничать, но часто остаются следы…
– Неизвестный открыл его через зеркало, которым пользовался сам Валериан, выходя на Темные Пути, – со скорбным лицом ответил ненастоящий сеттер:
– Оно взорвалось от перегрузки…
– Блестящая работа! – раздался откуда-то снаружи бас Арчибальда:
– Кто бы это не сделал, он суперпрофессионал. Малец, прости. Твоего батю мне, конечно, искренне жаль – мы дружили. Кстати, напоминаю: такое заклятие можно купить на черном рынке Обратной стороны. Разумеется, если иметь нужные связи и большие деньги… А еще я тогда утверждал и сейчас утверждаю: убийца был королю знаком!
– Ладно. Это всё нехорошо, но что нам теперь делать? – резонно спросила Ида:
– Ваши предложения, коллеги? Убийца короля пока не найден. Возможно, жизнь Кая теперь тоже находится под угрозой. Убивать «спящего» запрещено Договором о Равновесии – пока заклятие забвения действовало, мальчик был в относительной безопасности. Но теперь некоторые мудрые хранители опрометчиво поспособствовали его пробуждению… И ответственность за дальнейшее, соответственно, ложится на меня…