Гордей Юнов – Пузырь, Соломинка и Лапоть. Оттепель (страница 6)

– Так что ты мне можешь сказать о своем художнике? – улыбка вернулась на лицо детектива.

– А это имеет какое-то отношение к убийству?

– Мне было бы приятно узнать именно из твоих уст, что лестница позади дома была приставлена именно к твоему окну. Это значительно облегчило бы мне поиски убийцы.

– А ты можешь мне дать гарантию, что муж об этом не узнает? – на лице Кристины появилась напряженная улыбка.

– От меня он точно ничего не узнает, – Пузырев пожал плечами.

– Хорошо, уговорил. Да, в моей спальне в ночь убийства находился один молодой человек. Он приехал около полуночи на своей машине. Мы с ним занимались любовью. А потом мы услышали крик, и он быстро сбежал через окно.

– Ладно, этот вопрос мы прояснили, можем забыть, – кивнул детектив. – Скажи, Кристина, что ты делала в комнате матери, когда она тем вечером ложилась спать?

– Ты подозреваешь, что это я хотела ее отравить? – женщина нахмурилась.

– Я подозреваю всех, но я так понял, что у тебя с матерью были довольно напряженные отношения.

– Да, это так, – Кристина задумчиво кивнула. – Еще в детстве я поняла, что мать меня не любит. Она вообще никого никогда не любила, в том числе и моего папу.

– Почему ты так решила?

– Это видно. Пока была маленькая, я этого не понимала, а когда начала что-то понимать в жизни, сразу это увидела. Вы ведь были у нее в поместье. Вы видели там хоть одну фотографию ее мужа, дочери, внучки? Их там нет. А между прочим, мой сводный брат Миша в молодости увлекался фотографией, он часто делал снимки, когда мы все были молодыми, когда у нас дети родились. Фотографий у мамы должно быть много, но она их прячет, они ей не нужны… Но моя нелюбовь к матери не может быть причиной смерти Виктории. Мне нет смысла покушаться на ее жизнь.

– В финансовом плане у вас в семье всё в порядке? – поинтересовался детектив.

– Да, я хорошо зарабатываю, и у меня очень хорошие и теплые отношения с директором фирмы, в которой я работаю, – усмехнулась Кристина.

– Я понял, – Андрей покачал головой. – Кристина, а с дочкой твоей я могу поговорить?

– Пойдем, посмотрим, захочет ли она тебя принять, – женщина легко вскочила, сверкнув голыми ногами.

Через большую, обставленную модной мебелью комнату, Кристина прошла к закрытой двери. Без стука женщина открыла дверь и заглянула внутрь.

– Накинь на себя что-нибудь, – сказала мать, – с тобой молодой человек хочет поговорить насчет убийства в доме твоей бабки.

Дождавшись, по всей видимости, когда девушка оденется, Кристина повернулась к сыщику.

– Заходи, беседуй.

Она чуть посторонилась, пропуская Андрея в комнату. Ему пришлось повернуться боком, чтобы не задеть женщину.

Маша сидела у компьютерного стола в большом вращающемся кресле, подвернув под себя голые ноги. На маму она была почти не похожа, была крупнее, с более развитыми формами, только светлые глаза выдавали родство. Эти глаза смотрели на сыщика с вызовом.

– Я полиции уже всё рассказала, – скривив красивые, полные губы, произнесла девушка.

– Ну, я не полиция, – усмехнулся Пузырев, – и меня интересуют немного другие аспекты произошедшего.

– Да? И какие же? – некоторый интерес появился в светлых глазах, устремленных на сыщика.

– Ты ведь чаще других членов семьи общаешься со своей бабушкой, – не дождавшись приглашения, Андрей опустился на край широкого, раздвинутого дивана.

– Ну, дядя Миша не реже меня появлялся у бабули, – усмехнулась Мария.

– Но ты там у нее частенько и ночуешь, – продолжил настаивать Андрей.

– Ну, ему для его дела хватало времени и днем, а я не люблю впопыхах…

По манере разговора девушка была очень похожа на мать, и Пузырев уже понял, что и в плане поведения яблочко от яблоньки упало совсем недалеко.

– Так зачем же ты и твой дядя приезжали в дом Зинаиды Артемьевны? – спросил Андрей, уже зная ответ. Но ему было интересно услышать это из уст девушки.

– За одним и тем же, – усмехнулась Маша, но продолжать не стала.

– Ну и с кем ты там по ночам встречалась? – продолжал сыщик подталкивать девушку на откровенность.

– С Максом, конечно, там больше подходящих парней нет, – внучка не стала ничего придумывать.

– С садовником?

– Ну, можно его и так назвать. Вообще-то, он в Пушкине учится в сельхозе, парень вполне серьезный. У бабки он просто немного подрабатывает, деньги лишними не бывают… Ну, и со мной встречается, в усадьбе прикольно.

– В ночь убийства он был в твоей спальне? – поинтересовался детектив.

– Нет, нам больше нравится у него во флигеле. Там атмосфера более… прикольная.

–Значит, ты возвращалась от него, когда услышала крик?

– Ага, я по лестнице поднималась, а тут она как заорет… И бабка тут же из своей комнаты выскочила, чуть в меня не врезалась.

– А какие у тебя отношения с твоей бабушкой? – переключил Андрей разговор на другую тему.

– Нормальные, – девушка пожала плечами, – мы терпим друг друга. Любовью это назвать нельзя, но… она меньше всех допекает меня нравоучениями. Я думаю, ей на меня просто наплевать. Зачем я приезжаю, она отлично знает, но ее это совершенно не волнует. Она не ханжа.

– У тебя ведь была возможность подсыпать отраву в рюмку на тумбочке, когда ты целовала бабушку перед сном.

Маша на минуту задумалась. Она сидела, прикусив нижнюю губу и не моргая смотрела Андрею в глаза, будто решая в голове какую-то сложную задачу.

– Да, я могла это сделать, – наконец кивнула девушка. – Мне следователь сказал, что отравление произошло мышьяком, а я знала, что в кладовке есть отрава от крыс. Я кое-что смыслю в биологии и знаю, что в крысиной отраве содержится мышьяк. Я вполне могла взять отраву и подсыпать в настойку. К тому же я знаю, что настойка очень горькая, я в детстве ее немного пробовала из любопытства, так что горечь отравы горечью микстуры вполне надежно скрывалась, но… Мне не было никакого смысла убивать бабулю. Она мне жить не мешала, а наследства от нее я всё равно не получу, всё предкам достанется.

– Логично рассуждаешь, – Пузырев задумчиво кивнул, разглядывая голые ноги девушки и признавая про себя, что у ее матери ноги даже красивее. – С тобой мы более-менее разобрались… А теперь расскажи, к кому же приезжал твой дядя.

– В доме постоянно жили только две женщины, – усмехнулась Мария, – и одна из них его мать. Если ты хороший детектив, то сможешь при помощи дедуктивного метода сделать соответствующий вывод.

– И как давно у твоего дяди отношения с домработницей?

– Я думаю, что он в какой-то момент сменил на этом посту моего деда, – девушка откровенно смотрела веселым, озорным взглядом в глаза детектива. – Я была еще маленькой, часто ночевала у бабушки с дедушкой, а по ночам я любила гулять по большому, как мне казалось, волшебному саду. Тогда для меня было загадкой, зачем по ночам дед ходит во флигель. После смерти деда во флигель стал ходить дядя Миша… Я несколько раз подглядывала в окошко, чем они там занимаются. Можно сказать, что в этом плане я получила раннее развитие.

Теперь Пузыреву стал понятен особый интерес, проявленный Михаилом Сидорцовым к смерти служанки.

– А как ты полагаешь, кто мог отравить Викторию? – Андрей решил на другой ноте закончить разговор.

– Понятия не имею, – Маша покачала головой. – Я думала об этом. Но я не понимаю, кому могла быть выгодна чья-то смерть. Виктория никому не мешала, бабуля тоже живет себе тихо-мирно, никого не трогает. Наследство у нее так себе, из-за него нет смысла заморачиваться.

– Ладно, тогда я пойду, спасибо, что уделила мне время, – Пузырев поднялся с дивана.

– А ты настоящий детектив? – неожиданно спросила девушка.

– Ну-у… да, – Андрей слегка опешил от такого вопроса.

– А можно я к тебе как-нибудь приду на прием?

– А зачем? – Пузырев всё же полез в карман за визиткой.

– Ты мне нравишься, – усмехнулась девушка.

– Это не причина, чтобы приходить в офис, – Андрей тоже усмехнулся и протянул в сторону кресла кусочек картона с адресом и телефоном.

– У меня есть одна идея… – Маша спрыгнула с кресла, подошла и взяла визитку. – Но мне её еще нужно обдумать. Я, когда всё придумаю окончательно, зайду. Окей?

– Заходи, только деньги взять не забудь, я забесплатно не работаю, – усмехнувшись, детектив взялся за ручку двери.

– Договоримся, – раздался у него за спиной смешок.

С Михаилом Сидорцовым Андрей договорился встретиться в здании правительства. Центр города, пробки, но всё же Пузыреву удалось к назначенному времени добраться до Смольного.

– Знаете, я согласился встретиться с Вами только потому, что Вас наняла моя мачеха, – сказал Михаил Сергеевич, широкоплечий, слегка располневший, лысоватый мужчина лет пятидесяти, когда мужчины расположились в небольшой переговорной комнате на первом этаже. – Я уверен, что полиция и сама справится с этим делом, но… раз уж Зинаиде так хочется… Спрашивайте.

– Какие у Вас отношения с мачехой? – Пузырев приступил к расспросам.