Goblins – Стальное сердце. Часть 1 (страница 9)

— Но один Учиха в Конохе есть!

— Он ровесник мальчишке Узумаки, шаринганом не владеет и для девятихвостого просто пыль под лапами.

— Ты мудр, Иноичи.

— Я знаю — усмехнулся тот — Чему ты учишь мальчишку?

— Если ты про дзюцу, то ничему такому.

— Хорошо. Впредь, будь аккуратнее с расспросами, не стоит пугать мальчишку. Он пригодится клану Яманака, у меня на него планы. Джинчуурики нам пригодится, определенно. Когда он поступит в академию — постарайся удержать его при больнице, начни учить его каким–нибудь несложным дзюцу.

— Я поняла Иноичи, сделаю, как ты сказал.

Глава 7

Завтра последний день перед поступлением в академию шиноби. Я доберусь до их учителей, до библиотеки, и вытряхну из них все, что мне будет нужно, я парень упертый. А нужно мне много, потому, что знание может дать силу, а еще деньги, власть, женщин…

М-да, что–то занесло меня.

Обуреваемый приятными мечтами, я шел по улице Конохи, по направлению к клинике, дабы вернуть на место охапку макулатуры, состоящую из нескольких довольно толстых книг по физиологии человеческого организма, полутора десятков свитков и большого анатомического атласа. Всю эту кучу надо было отнести в кабинет Хатеми и сложить там по шкафам, как было до меня. Она не терпела бардака, поэтому приходилось быть аккуратным, и складывать все, что брал у нее на место.

Охапка была объемной, прилично закрывала обзор (да что там, я видел только то, что под ногами), поэтому существо, которое с разбегу протаранило мою тушку, стало для меня неприятным и неожиданным сюрпризом. Куча бумаги, которую я волок Хатеми, естественно рассыпалась и погребла меня под собой, а организм, сбивший меня с ног, еще и придавил сверху. Пока я выбирался из–под всего того немалого, что на меня навалилось, я рассказывал этому неуклюжему телу, все, что о нем думаю, кто оно есть такое — всю, как ни есть про него правду высказал, ничего не утаил. Наконец, мне удалось соскрести с себя этого торопыгу, и я воздвигся на ноги и с грустью оглядел место катастрофы: свернутые в рулончики свитки раскатились по дороге, книги валялись в беспорядке, а на атласе сидела причина аварии — миниатюрная розоволосая девчонка в красном платье длиной до колен.

Хм, да уж, как–то неловко получилось, учитывая, что я ей только что наговорил.

— П–п–простите меня, я вас не заметила…

Она подняла голову и посмотрела на меня. А красивые у нее глазки, однако, светло–зеленые, никогда не видел таких, особенно в сочетании с прической такого странного цвета — необычно, да. Люблю экзотику!

— Давай я помогу собрать тебе твои книги, надеюсь, я не сильно их помяла… И тебя тоже… Не сильно… — она порозовела от смущения.

— Ничего страшного, меня помять непросто, хотя тебе почти удалось. Как тебя зовут, и куда ты так мчалась?

— В магазин, моя мама готовит обед, и сказала мне купить специй. Я так торопилась, и запнулась обо что–то, и вот… Меня Сакура зовут, а тебя? Ты не сердишься?

— Наруто. Сердиться не буду, если поможешь мне все это собрать и донести до больницы.

— Ээээ, я вообще то … Хотя ладно, пойдем. Все–таки, это я тебя уронила, и должна теперь помочь.

Мы собрали рассыпанное барахло, которое вдвоем тащить было гораздо удобнее, и направились к больнице, и я твердо знал, что за испачканные в пыли и помятые материалы Хатеми будет меня бить.

По дороге мы разговорились, я узнал что она дочь торговца, по фамилии Харуно, ее мать домохозяйка, а сама Сакура очень любит читать, теплый дождь, цветы, котят, пирожные с кремом и много всего еще, она болтала, не переставая и я уже начал жалеть о решении припахать ее для переноски книг, но на подходах к клинике нам встретился Юки Яманака.

— Привет Наруто! Так значит, навестить сестренку у тебя времени нет, а с девушками гулять время есть? А Ино спрашивает меня постоянно, когда ты придешь.

— Почему бы ей самой не придти?

— Она… Она не может. Но это тебя не оправдывает.

— Юки, во–первых, Сакура не моя девушка, мы познакомились только что и совершенно случайно, во–вторых, у меня действительно нет времени.

— Так ты ей и скажешь, когда увидитесь. Она будет недовольна. А когда она недовольна — то все вокруг несчастливы. Такой уж у нее характер. И ты тоже будешь несчастлив — Юки сокрушенно покачал головой — Она съест твой мозг ложкой для рамена, потому что ты обещал придти и не пришел.

— Тогда, не говори, пожалуйста, ей, что ты меня видел, хорошо?

Он ухмыльнулся.

— С чего бы мне это делать? Сестра же все–таки. Да и одному мне, что ли, страдать от общения с ней? Нет уж!

— Ты мне должен, Юки, если помнишь, так что держи хлеборезку на замке — я покровительственно похлопал его по плечу.

— Ладно, договорились. Кстати, она любит цветы — белые лилии — намек понятен? Это на случай, если она будет слишком уж зла на тебя, а ты захочешь помириться.

— Спасибо, я запомню. Кстати, Это Сакура, Сакура — это Юки, вы пообщайтесь тут, а мне пора.

Удаляясь, с охапкой макулатуры, услышал краем уха обрывок фразы: …а что ты ему должен и кто такая Ино?

Хатеми кстати, на порчу материалов не обратила внимания, и сходу сделала мне предложение:

— Наруто, я знаю, что ты поступаешь в академию шиноби, но я бы хотела продолжить твое обучение, как целителя. Мне нравится, как ты делаешь свою работу, ты быстро учишься и хорошо соображаешь.

— Время, Хатеми–сан, не думаю, что у меня будет его много.

— Не на полный день? Скажем, после академии, ты будешь приходить, и несколько часов будешь помогать мне, и учиться заодно?

— Попробую — ответил я без особого впрочем, восторга.

— Отлично! Знаешь, я тут подумала… Я могу показать тебе начальные упражнения для контроля над чакрой, и основные ручные печати, чтобы ты начал их отрабатывать. Как тебе такое предложение?

— Не вижу причин отказываться! — широко улыбнулся я.

— Хорошо, Наруто. Упражнения мы начнем сегодня, а завтра можешь не приходить на работу, я разрешаю. Тебе нужно подготовиться, купить все необходимое для учебы. У тебя есть деньги? Если нет, я могла бы тебе помочь и с этим.

— Спасибо, Хатеми–сенсей, вы очень добры. У меня все есть.

— Тогда, если ты готов, то я покажу тебе упражнения контроля над чакрой…

Впрочем, как я и ожидал, ничего принципиально для меня нового она не показала. Похожие упражнения нам давали на первом курсе академии магии еще в империи: «представьте себе огонек в районе вашего сердца, посмотрите на него — он становится ярче, и увеличивается. От него отлетают искры, почувствуйте их…» — такая чушь, но срабатывало. Я не показал разочарования, и выполнял их — без видимого результата естественно. А вот основные ручные печати запомнил все — в ритуальной магии я был откровенно слаб. Как вот только их применяют — до меня никак не доходило, впрочем, это мне объяснить и не пытались.

— Просто отрабатывай их, Наруто. Доведи до автоматизма выполнение этих четырнадцати печатей — это основа основ, они используются и в ниндзюцу, и в фуиндзюцу, и в гендзюцу.

Ну, что такое фуиндзюцу я знал — некий гибрид из магии ритуалов и артефакторики, но вот что значит остальное?

— Ниндзюцу, Наруто, это особые техники, позволяющие применить твою чакру к посторонним объектам, и произвести с ним желаемые действия, либо же применить их к себе самому — для изменения своего организма, неважно какого — лечение, изменение формы, усиление, получение неких полезных способностей. Об этом вам вообще то должны рассказать в академии, но раз уж ты спросил…

— А гендзюцу?

— Так называют техники, воздействующие на разум человека и его органы чувств. Ими можно ввергнуть врага в безумие, обмануть и завести его в ловушку, парализовать или усыпить, заставить напасть на товарища или выведать секреты.

Интересно. Это смешение некоторых школ мистицизма и целительства получается? Да еще и некромантия там же, некоторые разделы, по крайней мере. Ну, парализовать или усыпить, я предположим и сам могу, но вот насчет «ввергнуть в безумие» или «выведать секреты»… Любопытно… Заманчиво!

Но нет, сначала фуиндзюцу. А то избавиться от демона скоро превратиться в навязчивую идею.

Хитрые комбинации из пальцев одной или обеих рук именовались, почему–то, по названиям видов животных: крыса, лошадь, дракон, бык, птица, змея, тигр, обезьяна, собака, кролик, овца, свинья — в чем сходство с ними — да хрен их знает, видимо, какие то местные заморочки. Ну и вдобавок к этому мне были продемонстрированы одна из печатей концентрации и печать накопления.

Кстати, я тоже знал несколько фигур из пальцев — помнил их еще с детства, но показывать их Хатеми как–то постеснялся. Обидится еще, ну ее.

Еще Хатеми показала мне графическое отображение этих печатей — то, как они обозначаются при создании, например, мелких артефактов или магических свитков. На просьбу, показать что–нибудь несложное, «ну просто показать, чтобы знать, к чему стремиться» получен был отказ, и уверения, что покажут, но позже.

Глава 8

И вот тот самый день настал — академия, я иду!

Собрав все необходимое — пара чистых свитков, караН-даши, тушь с кистями, пачку сшитых листов для записей, и запихав все это в свой новый рюкзак, купленный вчера — я отправился жевать гранит науки.

Академия Конохи располагалась в южной части деревни, и занимала собой довольно значительную часть ее территории. Предполагалось, что в ней будут учиться только местные жители, поэтому никаких казарм или спальных корпусов не было предусмотрено, сама академия же представляла собой большое четырехэтажное здание, с несколькими хозяйственными пристройками. Так же имелся небольшой полигон, для практических занятий видимо, проводимых без отрыва от обучения. Практические занятия, сопровождаемые сильными звуковыми или визуальными эффектами, как мне рассказала Хатеми, предполагалось проводить в лесу, за территорией деревни, дабы не нарушать покой местных жителей. Территория же академии была окружена невысокой каменной стеной, метра два высотой примерно — видимо, чтобы ученики не разбредались в промежутках между уроками, а может, чтобы оградить учащихся от излишнего любопытства местных жителей, или же этих местных жителей, от ученических экспериментов.